ИСКАТЕЛЬ.1980.ВЫПУСК №5 - Владимир Рыбин

— Посмотреть на что?

— Мисс Гренджер сообщила, что в ее квартире кто-то учинил разгром.

— Что за разгром? — попросил уточнить Мейсон.

— Протестую! Вопрос не по существу, а потому не правомочен, — выкрикнул со своего места прокурор.

— Протест отклонен, — зло бросил судья Моран. — Я намерен предоставить защите полную свободу действий для выяснения истинного положения вещей. У нас появился прямой очевидец, и я полагаю, что защита сумеет прояснить обстановку путем перекрестного допроса. Свидетель, отвечайте на заданный вопрос.

— Значит, так. Мисс Гренджер мне сообщила, что, пока она уезжала на уик-энд, кто-то вскрыл ее квартиру и… ну, в общем, отрезал донышки у тюбиков и выдавил из них всю краску на…

— О, прошу у суда прощения, — вмешался Хэмилтон Бергер. — Это всего лишь слухи. Я уже говорил суду, что сообщение мисс Гренджер о том, что произошло в ее квартире, сделанное свидетелю не под присягой, является не чем иным, как слухом. А это противоречит правилам перекрестного допроса.

На несколько секунд судья Моран задумался, а затем произнес:

— Мне кажется, что нам надо выяснить, о чем шла речь во время той беседы, — сказал он, — а не то, что беседа состоялась. Поэтому… я хочу задать свидетелю несколько вопросов.

Судья Моран повернулся так, что ему был виден профиль свидетеля.

— Посмотрите сюда, мистер Ричи.

Ричи неохотно поднял глаза и встретился со взглядом судьи.

— Вы поднялись наверх для того, чтобы самолично убедиться в подлинности совершенного в квартире варварств?

— Да, сэр.

— Вы своими глазами видели размазанную по квартире краску?

— Да, сэр. Красна была размазана по стенкам ванной и умывальника… Было что-то ужасное.

— Сколько тюбиков было вскрыто? — спросил судья Моран.

— Одну минуту, ваша честь, — вмешался Хэмилтон Бергер. — Я хочу прервать ваши вопросы именно в этом месте с тем, чтобы мелкие и побочные детали не увели нас в сторону и мы не выпустили из рук нить расследования. В конце концов, это не имеет отношения к выясняемому нами вопросу. Мне не хотелось бы терзать суд своими протестами, поэтому я считаю необходимым обратить его внимание на то, что существует предел уместности задаваемых вопросов.

— Я совершенно с вами согласен, — весьма неохотно сказал судья. — Пожалуй, мы несколько отклонились от темы, но просто невозможно не поверить в то, что существует некая связь… В общем, я не буду комментировать показания.

— Но, с другой стороны, ваша честь, — вмешался Мейсон, — я позволю себе надеяться, что защите будет позволено довести изучение этого вопроса до конца. Я уверен, что существует непосредственная связь между тем, что случилось в квартире мисс Гренджер, и тем, что происходило в квартире Этель Билан. А ввиду того, что обвинению было позволено представить суду события, имевшие место в квартире Этель Билан, я полагаю, что и защита имеет аналогичное право изучить необычные и странные обстоятельства, которые, как только что выяснилось, произошли в квартире Сюзанны Гренджер.

При этих словах Связанна Гренджер снова сделала попытку вмешаться.

— Мисс Гренджер, — взорвался судья Моран, заметив ее движение, — прошу вас сесть. Я запрещало вам обращаться к суду. Вы будете либо молча сидеть, либо я попрошу судебного пристава вывести вас из зала. Вы меня поняли?

Она опустилась па скамью, сжав от негодования губы.

— Вот и прекрасно, — сказал Моран. — А теперь давайте проясним обстановку. Я полагаю, что в данных обстоятельствах суд в каждом отдельном случае будет выносить свои решения.

Хэмилтон Бергер, не скрывая своего волнения, взглянул на часы, потом на растерянного свидетеля и понял, что тщательно подготовленный им план атаки рушится на глазах.

Мейсон обратился к свидетелю.

— Итак, не будем отклоняться. Вы вошли в квартиру Сюзанны Гренджер, использовав для этого свой служебный ключ. У вас было на это официальное право?

— Я полагаю, что да. Да.

— Значит, упомянутый здесь акт вандализма произошел перед вашим приходом?

— Да.

— В котором часу вы об этом узнали?

— Около часу пополудни. Мне сказала об этом мисс Гренджер.

— Теперь ответьте мне вот на какой вопрос, — сказал Мейсон. — Опишите, в каком состоянии находилась квартира.

— Там был полный разгром.

— Что вы подразумеваете под разгромом?

— Квартиру тщательно обыскивали. Вещи были выброшены из ящиков и…

— Я протестую, — заявил Хэмилтон Бергер. — Свидетель не имеет права говорить, что это обыск. Это вывод, и его сделает суд.

— Вы опоздали с протестом, — возразил судья Моран, весь вид которого говорил, что допрос его очень заинтересовал. — Свидетель уже ответил на вопрос. Лучше продолжим нашу работу и попробуем прояснить ситуацию.

— Значит, Сюзанна Гренджер пригласила вас к себе в качестве официального представителя домовой администрации? — спросил Мейсон.

— Да, сэр.

— Говорила ли вам она о том, что не проинформировала о случившемся полицию?

— Да, сэр. Я спросил ее, сообщила ли она в полицию, а мисс Гренджер ответила, что знает, чьих это рук дело, и не собирается никому сообщать.

— После этого вы пригласили уборщицу и распорядились навести порядок?

— Да, сэр. Я попросил ее вымыть ванну и раковину умывальника скипидаром. Женщина все сделала как надо.

— А затем и вы ушли?

— Нет, я ушел раньше.

— Значит, когда уборщица ушла и пока мисс Гренджер отсутствовала, вы снова пробрались в ее квартиру?

— Да, я пришел обратно.

— Зачем вам понадобилось возвращаться?

— Чтобы удостовериться, что все убрано.

— А затем возвратилась мисс Гренджер?

— Да, сэр.

— Вы дали ей знать, что находитесь в ее квартире?

— Нет, сэр. Когда я услышал, что она возвращается, я спрятался в стенном шкафу.

— И все время оставались там?

— Да, сэр.

— Как вела себя мисс Гренджер?

— Мне показалось, что она торопилась: она поспешно разделась и приняла душ. Затем остановилась перед туалетным столиком…

— И вы, должно быть, все видели?

— Я приоткрыл створку шкафа и оставил маленькую щелку.

— Для чего вы это сделали?

— Я оказался в ловушке и ловил удобный случай, чтобы исчезнуть.

— Скажите, а по чему вы не ушли, пока она была в душе?

— Я… я был в замешательстве все это время.

— Да, похоже на то, — сухо заметил Мейсон и добавил: — Вопросов больше нет. У меня все.

Хэмилтон Бергер громко и с явным облегчением вздохнул.

— Все, мистер Ричи. Вы свободны. Итак, ваша честь, обвинение считает дело законченным.