Не суди по оперению - Зои Брисби

и нажала на красную кнопку. Послышался звук электрического разряда, и верзила, после нескольких конвульсий, грохнулся об пол.

– Я так и знала, что электрическая дубинка однажды пригодится. Бернар де ла Вильярдьер никогда не обманывает.

36

– А что нам делать теперь? – спросил Алекс, прикасаясь носком ботинка к плечу бесчувственно лежавшего на полу грабителя.

– Я вызвал полицию, – сообщил кассир.

Максин и Алекс обернулись к нему. Она сильно недовольная, а он в жутком испуге. Старая дама была очень огорчена отсутствием выдержки у обоих молодых людей.

– Все приходится делать самой! Если я не возьму инициативу в свои руки, придется ждать до морковкиного заговенья.

Она отправилась в глубь магазина.

– Вы куда?

– Разве непонятно? За веревкой.

– В глубине слева, – по привычке объяснил кассир.

– Благодарю.

Она бросила на Алекса взгляд, в котором ясно читалось: «Ты видишь? От него, по крайней мере, хоть какая-то польза». Уязвленный молодой человек пошел к последней полке.

– Нам надо убраться отсюда, пока не приехала полиция. Если нас застанут, прощай, наш побег и ваш брюссельский план.

И Алекс живописно изобразил веревку вокруг своей шеи. Хотя Максин никогда не думала о том, чтобы повеситься, она, разумеется, поняла намек.

– Мы не можем уйти как воры.

– Это мы-то воры? Вор – он!

И он махнул рукой в сторону огромного тела, распластавшегося на полу.

– Не переживай. Сделай мне одолжение, достань моток веревки.

Алекс поднялся на цыпочки, достал бобину и передал ее старой даме.

– Самые нужные вещи всегда кладут слишком высоко. Ты не замечал?

– Я веревками не интересуюсь.

– До чего у тебя скучная жизнь!

Они вернулись к кассиру, который сторожил лежащего без сознания грабителя.

Максин в задумчивости склонилась над ним.

– Почему он в балаклаве? Ведь на улице не холодно.

– Чтобы его не опознали, конечно.

– Жаль. Кажется, он красивый.

– Плевать, что красивый! Он хотел нас убить!

– У него, наверное, были свои причины.

– Может, причины убивать резонны?

– Что за манихейство! Нельзя во всем видеть только белое или только черное. И потом, он тебя, кажется, не убил?

– Он меня чуть не задушил.

– У тебя слишком тонкая шея, а у него огромные ручищи. Он, должно быть, не рассчитал.

Алекс закатил глаза.

– Слушайте, Максин, если бы вы не подоспели с вашим пистолетом, меня бы уже, наверное, не было в живых.

Она скромно пожала плечами.

– О, я почти ничего не сделала.

– Вы смеетесь? Да вы его нокаутировали!

Она улыбнулась, и ее напускная скромность мгновенно улетучилась.

– Ты еще многого не видел! Я и без оружия с ним разделалась бы. Я бы его завалила, двинула бы ему, не оставила бы от него мокрого места…

Алекс перебил ее.

– Кажется, я понял, о чем вы.

– Я занималась Крав-Мага.

– Крав-Мага? Техника защиты в контактном бою, которую применяют секретные службы Израиля? Вы ей занимались?

– Именно ей.

– В доме престарелых?

– До того, как пришла Дюрефе, у нас был временно исполняющий обязанности директор. Молодой, с разными новаторскими идеями. Он до этого работал в досуговом центре с детьми. А поскольку стариков принято считать детьми, только в морщинах, бюрократы, управляющие нами сидя в своих башнях из слоновой кости, не нашли в его начинаниях ничего предосудительного. Он нас хорошенько встряхнул. Но старики не любят, когда нарушают их привычки. И когда он захотел поменять бридж на бадминтон, все начали брюзжать. Хотя параплан все-таки лучше, чем «Инспектор Деррик».[33] И потом произошел инцидент с нырянием.

– А что же случилось? – поинтересовался кассир, явно заинтригованный этой историей.

– Вы представляете себе, каков объем легких у стариков? Ныряние было не самой лучшей идеей…

Максин хлопнула в ладоши и сказала уже серьезно:

– Хватит болтать. Время идет, а мы не сдвинулись с места. Этот верзила скоро очнется.

Она жестом приказала молодым людям перенести его на стул. Они помогли привязать его к спинке. Когда все было сделано, Максин отступила на шаг назад.

– Неплохая работа!

Вдали послышался вой сирен. Алекс съежился и побледнел.

– Надо уходить.

– Почему? Вы не дождетесь полицейских? Вам надо остаться и рассказать, как все было.

– Нам надо уехать.

– Но мадам, вы одна задержали вооруженного грабителя.

– Не вгоняй меня в краску, – ответила Максин, с притворной скромностью махнув ручкой.

– Не время отвешивать комплименты. Уходим, – отрезал Алекс, беря Максин за руку и таща ее к дверям.

Однако ей удалось высвободиться, и она направилась решительным шагом к прилавку.

– У вас найдется блокнот?

Алекс, уже стоявший у дверей, стремительно вернулся.

– Какой блокнот? У нас нет времени делать список покупок. Пора срочно смываться!

Пот градом катился по его лицу, а сердце в груди стучало так сильно, что Алекс думал, оно вот-вот разорвется. Он хотел пить, в горле пересохло. Его бросило в жар, но от холодного пота, струившегося по спине, он задрожал. Он не знал, были ли это симптомы страха, что его заберут в полицию, или же последствия нехватки кислорода после «объятий» грабителя. А может быть, это просто была боязнь, что его безумное путешествие с Максин закончится?

Старая дама воспользовалась замешательством своего спутника и взяла блокнот из рук кассира.

– А ручка?

Этой молодежи все нужно говорить! Она, к счастью, умела не выходить из себя и ценить смешные моменты, когда они возникали. Вот, например, ей практически никогда не выпадало случая воспользоваться своей почти новой электрической дубинкой. Хорошо еще, что она потренировалась на арбузах в доме престарелых. И на Мартин Фюс, но это не считается, та лежала в коме уже много лет. Ну и еще, конечно, был случай, когда она случайно шарахнула дубинкой Марти. Хоть он этого и не оценил, но у него как по волшебству опустились и давление, и уровень сахара в крови. Но когда она, по доброте душевной, предложила ему повторить, он категорически отказался.

Кассир наконец очухался и подал ей ручку. Максин отошла в сторонку и прикрыла свободной рукой листок, как школьница, которая не хочет, чтобы у нее списывали. Она нацарапала несколько слов и сложила записку.

Затем подошла к заснувшему грабителю и сунула листок ему в карман. От этого движения он проснулся и в ошалении открыл глаза. Старая дама тихонько наклонилась к нему и прошептала на ухо несколько слов, которые ни Алекс, ни кассир не могли разобрать.

– Все в порядке. Теперь можно уходить.

Видя, что Алекс застыл на месте, она похлопала его.

– Ты спишь, что ли? Нашел время мечтать!

И Максин потащила его к двери. Но прежде чем исчезнуть, она послала кассиру воздушный поцелуй.