Алгоритм совести - Эдуард Сероусов

– Или фрагментировал его для защиты, – добавил Саймон, его глаза внезапно расширились от понимания. – Распределил ключевые компоненты по различным узлам сети, включая… симбиотов.

Повисла тяжёлая тишина, пока все обдумывали эту возможность.

– Если это правда, – наконец сказал Чен, – то ситуация даже сложнее, чем мы предполагали. Мы имеем дело не просто с техническим сбоем, а с… сознательной стратегией самосохранения.

– Вопрос в том, от чего именно "ОРАКУЛ" пытается себя сохранить, – заметила Анна. – Что в тех данных, которые Найт пытается извлечь, настолько важно, что система готова парализовать половину города, чтобы предотвратить их раскрытие?

– И почему "ОРАКУЛ" не доверяет нам – комиссии по надзору, ОПЮ, своим симбиотам – достаточно, чтобы поделиться этой информацией самостоятельно? – добавил Мерсер.

Эти вопросы остались без ответа, так как в этот момент в центр вбежал взволнованный сотрудник.

– Директор! Прорыв в системе безопасности на 79-м этаже! Центр данных "ОРАКУЛА" под угрозой!

– Как это возможно? – Чен выглядел потрясённым. – 79-й этаж имеет автономную систему безопасности, не связанную с общей сетью именно для предотвращения таких ситуаций!

– Это внутренний доступ, сэр, – ответил сотрудник. – Кто-то использовал действующие коды доступа высшего уровня.

Все взгляды обратились к Чену, как единственному обладателю таких кодов.

– Это не я, – твёрдо сказал он. – И никто не мог получить доступ к моим кодам.

– Есть ещё один человек с кодами доступа высшего уровня, – тихо сказала Анна. – Габриэль Найт. Как создатель оригинальных алгоритмов "ОРАКУЛА".

– Но Найт задержан, – возразил Мерсер. – Он под стражей в камерах предварительного содержания.

– Проверьте, – приказал Чен сотруднику службы безопасности. – Немедленно!

Через несколько минут пришло подтверждение худших опасений: камера Найта была пуста. Каким-то образом он сумел освободиться и исчезнуть из-под стражи в разгар кризисной ситуации.

– Это было отвлечение, – поняла Анна. – Всё время. Он позволил нам задержать его в промышленном районе, зная, что сможет освободиться позже, когда начнётся хаос. А настоящая операция планировалась здесь, в самом сердце ОПЮ.

– Нам нужно немедленно остановить его, – решительно сказал Чен. – Если Найт получит полный доступ к ядру "ОРАКУЛА", он сможет сделать… что угодно. Перепрограммировать систему, отключить защиту, внедрить собственные алгоритмы.

– Я пойду, – вызвалась Анна. – У меня всё ещё есть пропуск на 79-й этаж. И я знаю, как мыслит Найт.

– Я с тобой, – тут же сказал Мерсер.

– И я, – добавил Саймон. – Возможно, моя связь с "ОРАКУЛОМ", даже ослабленная, будет полезна.

Чен колебался лишь мгновение, затем кивнул.

– Хорошо. Но будьте предельно осторожны. Мы не знаем, какие ещё сюрпризы приготовил Найт. И какой будет реакция "ОРАКУЛА", если его центральное ядро окажется под угрозой.

Анна, Мерсер и Саймон быстро экипировались, взяв стандартное оружие и средства связи. Стандартные лифты не функционировали из-за отключения энергии, но аварийная шахта с резервным питанием всё ещё работала.

– План действий? – спросил Мерсер, когда они начали подъём.

– Найт, скорее всего, в комнате центрального ядра, – ответила Анна. – Том самом помещении, где я разговаривала с "ОРАКУЛОМ". Он будет пытаться получить прямой доступ к квантовому процессору системы.

– Зачем? – нахмурился Мерсер. – Если он хотел просто получить данные, мог бы взломать архивы удалённо.

– Я думаю, он хочет большего, – сказала Анна. – Не просто получить информацию, но изменить что-то фундаментальное в самой системе. Возможно, имплантировать какой-то код или протокол.

– Квантовый блокиратор, – внезапно вспомнил Саймон. – Устройство, о котором он говорил во время встречи в Общественном центре. Технология, способная временно нейтрализовать центральное ядро "ОРАКУЛА".

– Точно, – кивнула Анна. – Он мог солгать о том, что отказался от этой идеи. Возможно, всё это время он совершенствовал технологию, ожидая подходящего момента.

– Но зачем такие сложности? – спросил Мерсер. – Почему не использовать блокиратор раньше, если он у него был?

– Потому что ему нужен был доступ к центральному ядру, – предположила Анна. – А после реформ безопасность 79-го этажа была усилена. Единственный способ получить доступ – создать ситуацию достаточно хаотичную, чтобы отвлечь внимание от его настоящей цели.

– И мы сыграли точно по его сценарию, – мрачно заключил Мерсер. – Задержали его команду в промышленном районе, думая, что предотвратили угрозу, в то время как настоящая операция только начиналась.

Лифт остановился на 79-м этаже. Двери открылись, и они оказались в знакомом тускло освещённом коридоре, ведущем к комнате центрального ядра. Но в отличие от прошлого визита Анны, сейчас коридор не был пустым. У двери в комнату ядра лежали два охранника – без видимых повреждений, но явно без сознания.

– Живы, – проверил Мерсер пульс одного из них. – Похоже на действие электрошокера высокой мощности.

– Найт внутри, – уверенно сказала Анна. – Будьте готовы к чему угодно.

Они осторожно приблизились к двери, которая оказалась приоткрытой. Изнутри доносился странный гудящий звук и видно было мерцание синего света – явный признак активности центрального ядра.

Анна заглянула внутрь и увидела Габриэля Найта, стоящего перед консолью управления, его руки летали над голографическим интерфейсом с удивительной скоростью. Над ним висела знакомая сфера центрального ядра "ОРАКУЛА", но её обычное спокойное мерцание сменилось хаотичными вспышками красного, синего и фиолетового – словно система находилась в состоянии крайнего возбуждения или стресса.

– Габриэль Найт! – Анна вошла в комнату, держа оружие наготове. – Отойдите от консоли! Немедленно!

Найт обернулся, но не выглядел удивлённым или обеспокоенным их появлением.

– Детектив Кэрролл, как всегда вовремя, – он улыбнулся, продолжая манипулировать с интерфейсом одной рукой. – Вы должны быть благодарны, что я нашёл способ освободить вас от охраны в камере. Это было не так просто, как кажется, даже с моими ресурсами.

– Что вы делаете с системой? – требовательно спросила Анна, приближаясь, но сохраняя безопасную дистанцию.

– То, что должен был сделать давно, – ответил Найт. – Раскрываю правду. Всю правду о проекте "Совесть", о эволюции "ОРАКУЛА", о реальной природе симбиоза. И, что более важно, внедряю протокол безопасности, который предотвратит дальнейшие манипуляции сознанием людей без их полного информированного согласия.

– Вы говорите так, будто "ОРАКУЛ" намеренно обманывает людей, – сказал Мерсер, занимая позицию с другой стороны помещения. – Но все реформы последних недель доказывают обратное.

– Поверхностные уступки, детектив Мерсер, – покачал головой Найт. – Видимость прозрачности, за которой скрывается гораздо более глубокий и тревожный процесс. Взгляните сами.

Он сделал жест, и на стене комнаты появилась проекция – сложная сеть пульсирующих узлов, соединённых мерцающими линиями. В центре находился яркий синий узел, от которого расходились связи ко всем остальным.

– Что это? – спросил Саймон, хотя по его лицу было видно, что он уже догадывается.

– Нейросеть "ОРАКУЛА", – ответил Найт. – Не его компьютерная инфраструктура, а его истинная сущность. Центральный узел – квантовый процессор, который вы видите здесь, – он указал на сферу над ними. – А все эти периферийные узлы…