Принцесса Марса. Боги Марса. Владыка Марса (сборник) - Эдгар Берроуз

Десять дней спустя после того, как я покинул троих братьев Птор, мы с Вулой достигли Зоданги. С того самого момента, как я начал общаться с краснокожими жителями Марса, мне бросилось в глаза излишнее внимание к моему стражу. Огромный зверь принадлежал к тому виду, который никогда не приручался красными барсумианами. Если бы я прогулялся по Бродвею в сопровождении нумидийского льва, эффект был бы примерно таким же, какой я произвел, появившись в Зоданге вместе с Вулой.

Сама мысль о расставании с верным другом рождала во мне огромное сожаление и искреннее горе, так что я отгонял ее до тех пор, пока мы не подошли к городским воротам, но там все же пришлось распрощаться. Если бы речь шла только о моей безопасности или моем удовольствии, никакие аргументы не заставили бы меня отвернуться от единственного на всем Барсуме существа, преданного мне всецело. Однако я добровольно посвятил свою жизнь той, ради которой готов был столкнуться с неведомыми опасностями в этом чужом таинственном городе, и не мог допустить, чтобы Вуле что-то угрожало. Стоило пожертвовать сиюминутной радостью нашего общения, ибо я не сомневался, что он скоро забудет меня. И потому я нежно попрощался с моим зверем, пообещав ему, что если я выберусь из переделок целым и невредимым, то приложу все усилия, чтобы отыскать его.

Он, казалось, отлично меня понял и, когда я показал ему в сторону Тарка, грустно побрел прочь, а я просто не в силах был смотреть ему вслед… В общем, я решительно повернулся лицом к Зоданге и с болью в сердце подошел к ее хмурым стенам.

Письмо, которое я получил от братьев, позволило мне беспрепятственно войти в огромный, хорошо защищенный город. Стояло раннее утро, и улицы были почти пустыми. Жилые дома, возвышавшиеся над металлическими столбами, напоминали огромные скворечники, а их опоры были похожи на древесные стволы из стали. Магазины, как правило, стояли на земле, и их двери не запирались на замки и задвижки, поскольку воровство практически неведомо на Барсуме. Марсиане вечно страшились одного – убийства, и именно поэтому их дома поднимались высоко над землей по ночам, а также в опасные моменты.

Братья Птор дали мне подробные указания насчет того, где найти ночлег и конторы государственных чиновников, которым и адресовалось письмо. Мой путь шел к центральной площади, имеющейся во всех марсианских городах.

Площадь Зоданги была размером в квадратную милю, ее окружали дворцы джеддака, джедов и прочих представителей правящего класса и знати Зоданги, а также главные общественные здания, закусочные и магазины.

Когда я пересекал это огромное пространство, восхищенно рассматривая архитектуру и великолепные алые растения, покрывавшие широкие газоны, какой-то красный марсианин свернул с улицы на площадь и быстро пошел в мою сторону. Он не обратил на меня ни малейшего внимания, но я его узнал. Как только барсумианин поравнялся со мной, я, повернувшись, положил руку ему на плечо и воскликнул:

– Каор, Кантос Кан!

Он отпрянул со скоростью молнии, и, прежде чем я успел опустить руку, острие длинного меча коснулось моей груди.

– Ты кто такой? – прорычал он, но, когда я отскочил назад футов на пятьдесят, лезвие ткнулось в землю, и марсианин засмеялся. – Лучшего ответа и не нужно, потому что на всем Барсуме не найдется второго человека, способного прыгать, как резиновый мяч. Но ради матери дальней луны, Джон Картер, скажи, как ты здесь очутился и что за чудо изменило цвет твоей кожи?

Я вкратце описал ему свои приключения с того момента, как мы с ним расстались на арене в Вархуне.

– Ты меня напугал, друг мой, – продолжил он. – Если бы мое имя и город, откуда я явился, стали известны жителям Зоданги, я бы очень скоро оказался на берегах затерянного моря Корус вместе с моими почтенными ушедшими предками. Я нахожусь здесь в интересах Тардоса Морса, джеддака Гелиума, и занимаюсь поисками Деи Торис, нашей принцессы. Саб Тан, принц Зоданги, прячет ее в этом городе, потому что безумно в нее влюбился. Его отец, Тан Козис, джеддак Зоданги, хочет принудить ее к браку со своим сыном, а ценой этого союза станет мир между нашими странами. Однако Тардос Морс не принимает его требований и уже послал весть, что он и его народ скорее увидят свою принцессу мертвой, чем выходящей замуж против собственного желания, а сам он предпочтет, чтобы Гелиум сгорел дотла, чем соединит знаки своего дома со знаками Тана Козиса. Ответ джеддаку Зоданги был самым оскорбительным по форме, но народ лишь сильнее полюбил за это Тардоса Морса, и теперь его популярность в Гелиуме выше, чем когда-либо. Я здесь уже три дня, – говорил далее Кантос Кан, – но пока что не нашел, где прячут Дею Торис. Сегодня я собираюсь присоединиться к отряду флота Зоданги. Во время воздушной разведки надеюсь завоевать доверие принца Саба Тана, который командует этим подразделением, и таким образом разузнать о местонахождении Деи Торис. Я рад, что встретил тебя, Джон Картер, – ведь ты так предан моей принцессе, а вдвоем мы сумеем сделать гораздо больше.

Площадь уже начала заполняться народом, люди шли в разные стороны по своим делам. Магазины открылись, в закусочных замелькали утренние посетители. Кантос Кан повел меня в изумительное заведение, где людей обслуживали исключительно механические аппараты. Ни одна рука не касалась продуктов с момента, когда они поступали сюда в сыром виде, и до того, как блюда появлялись на столах, горячие и аппетитные, – в ответ на прикосновение к одной из крошечных кнопок, по выбору заказчиков.

После завтрака Кантос Кан взял меня с собой в штаб воздушной разведки и представил своему начальнику, спросив, нельзя ли внести меня в список его команды. В соответствии с правилами необходим был экзамен, но Кантос Кан сказал мне, что бояться тут нечего, он все устроит. И устроил, сам отдав офицеру приказ о моей экзаменации и назвавшись Джоном Картером.

– Позже эта хитрость раскроется, – весело объяснил он мне, – когда они сверят мои данные – вес, рост и так далее – с твоими, но на это у них уйдут месяцы, а наша миссия должна быть к тому времени закончена.

Следующие несколько дней Кантос Кан учил меня управлять хитроумными летательными аппаратами, а также ремонтировать их. Челнок, рассчитанный на одного человека, имеет примерно шестнадцать футов в длину, два в ширину, толщиной он в три дюйма и заостряется к концам. Водитель сидит на этой плоскости на специальном сиденье, установленном над маленьким бесшумным радиевым мотором, который и движет суденышко. Само средство поддержания челнока в воздухе содержится в тонкой металлической оболочке и состоит из восьмого барсумианского луча, или луча движения, как его можно назвать в соответствии со свойствами.