Проект 'Дружина'. Притча о талантах. - Piri Reis

Ещё одно, прошедшее вкось по ключице обладателя четырех рук, развернуло того вокруг собственной оси, бросив его на покрытие площадки. Вторичная атака девушки, выглядела, как разноцветный поток блестящих частиц, клубы, струи и щупальца цветастой пыли, срывающиеся с её рук и плеча, которые точно обезумевшие змеи постоянно пытались задеть кого-то из монахов.

Спецсигнал и громкий призыв остановить сражение, прозвучавший через матюгальник, не отвлек талантов от боя и экипаж потянулся за пистолетами.

Их попутчик вылез из машины, выругавшись, устало и без искры, как грузчик, в конце дня узнавший о том, что сделал только половину работы. Скинув на землю куртку, он, оставшись в изрядно порванных штанах и ошметках футболки, напряг все свои мышцы, словно позируя для конкурса культуристов.

Тело Колонтаря взбугрилось, раздуваясь и разрастаясь почти вдвое. С неприятным, влажным хрустом, из его спины, предплечий и ребер, вырвались похожие на щупальца морской звезды, отростки красно-серого цвета. Влажная, покрытая кровью и какой-то слизью масса оплела его тело и конечности, наползла на голову, накрыв его подобием капюшона-балаклавы. Несколько мелких отростков обмотали его протез, намертво фиксируя его в позиции сжатого кулака. Вся трансформация выглядела одновременно мерзкой и болезненной, но сам талант не выказал никаких признаков неудобства. Открыв багажник, и возможно заехав задержанному по лицу, он достал свою массивную булаву, возможно заехав задержанному по голове, после чего кинулся в бой.

Не было никаких лозунгов, боевых кличей или даже предупреждений. Это была мощная, брутальная атака. Пройдя сквозь металлическую обрешетку, словно через разваренные спагетти, государственный талант обрушил град ударов на группу монахов.

Колонтарь не был быстрым, он уже дважды сражался за сегодня с весьма сильными противниками, был ранен и слеп на половину обзора. Но из восьми талантов, собравшихся на этой площадке, он был так или иначе самым опытным.

За то время пока оперативники ещё только строили план действий, он просчитал всю ситуацию, понял, кто напал на государственного героя, нашел уязвимое место в их стратегии и реализовал свое преимущество. Он прорвался точно между монахами и его первый удар, со спины сжатым кулаком протеза, пришелся точно прямо между лопаток вооруженного мечом бойца. Монаха швырнуло вперед, словно им выпалили из цирковой пушки.

Четырехрукого он схватил за воротник экзоскелета, зацепив его выростами брони и пальцами протеза, одновременно обрушив удар на щитоносца. Тот успел прикрыться щитом от удара сверху, выставив руку и выстрелив лучом света в синюю копейщицу бегущую к упавшему мечнику, но промахнулся. Мгновением спустя в его все ещё выставленную руку прилетел раскаленный и плотный шар огня, попавший почти под прямым углом, даже сторонний зритель мог заметить, как неестественно выгнулось его запястье от этого удара, вывернувшись в сторону. Ещё через мгновение, удар сверху по щиту отбил щит вниз, ударив краем по монашескому капюшону, и буквально вбил монаха в землю, потому что покрытие площадки разорвалось под его ногами, а его стопы по щиколотку ушли в подстилку и землю под ней. Новым ударом Колонтарь протаранил щит сбоку, отбросив монаха в воздух, где тот по изящной дуге полетел к ограде. На излете, его перехватила копейщица, ткнувшая своим копьем в его ногу. Ослепительно яркая молния прошла от его тела в ограду, вызвав поток искр и ещё раз отбросив тело, после чего монах неподвижно замер на земле.

Последний из монахов, все ещё удерживаемый за воротник экзоскелета отчаянно сопротивлялся сразу двум противникам. Металлические руки обрушились на Колонтаря, со скоростью и безжалостностью стрельбы из крупнокалиберного пулемета. В нескольких местах, его броня промялась и прорвалась, обнажая плоть. Мощнейший апперкот, нанесенный с использованием одной из рук, как опоры, деформировал часть его лицевой защиты. Параллельно с этими атаками, монах отбивал атаки девушки в разноцветной броне, которая дважды выстрелила ему в корпус снарядами размером с кусок детского мыла. Вместо третьего выстрела, она, проигнорировав двойку в лицо и корпус, ударила монаха баклером в голову, сбив с него капюшон. Под капюшоном оказался вполне современного вида конусовидный шлем с двумя тактическими окулярами, дополнительными линзами на висках и открытым подбородком. Пока Колонтарь с помощью булавы и ног вырывал из экзоскелета лишние конечности, девушка с третьей попытки смогла пробить защиту монаха и попасть ему по лицу закованным в броню кулаком, от подбородка к носу. Воспользовавшись тем, что он поднял руки к лицу, она ещё раз выстрелила в него, заляпав его шлем и торс густым, желеобразным клеем который почти мгновенно затвердел, склеив между собой его руки, балаклаву и шлем. Колонтарь с видимым усилием, наконец, то смог вырвать из пазов одну руку, отломав вторую в районе плеча, и бросил обездвиженного противника вниз.

Четверо талантов обменялись взглядами, далекими от симпатии. Колонтарь демонстративно крутанул булавой, и перебросился парой каких-то реплик со стоящей перед ним девушкой.

Прежде чем оперативники успели подбежать, та сорвала с пояса что-то похожее на грушу и бросила этот предмет вверх. Площадку, оперативников, лежащие тела и всех талантов на ногах скрыло густым, плотно-серым аэрозольным туманом, противно скрипящим на зубах. Пока экипаж нацепил маски и подобрался, пока огляделись, негосударственные герои скрылись, прихватив с собой одного из монахов, и его экозскелет с конечностями.

Два других, после того как их заковали и связали детонирующим шнуром, отправились в багажник, к экоактивисту, которого в процессе возможно случайно приложили по лицу и уронили на пол.

Колонтарь принявший нормальный вид, высосал в одно лицо двухлитровую бутылку минералки и накинув куртку ушел в машину. Свежий приехавший наряд кинули на опрос и сбор свидетелей, сами надиктовав отчет, отправились в отдел, сдавать улов. Сразу по приезду натолкнулись на авральный сбор экипажей, сбросив задержанных под присмотром Колонтаря и одной из наименее готовых команд, пересели на новую машину, легковушку в гражданском виде.

На этот вызов с ними поехал государственный талант, живчик в бронежилете и шлеме поверх синей униформы и форменных штанов с берцами. Во время поездки разговорились.

Талант звучал как типичный подросток, лет семнадцати. Представился Майером. Работал на комитет по противостоянию угрозам неопознанной природы при правительстве Российской Федерации уже больше двух лет, туманно обмолвившись, что вступил в ряды государственных героев в обмен на амнистию. Про способности свои тоже особо не вдавался, обозначил только, что у него есть телекинез и олимпийский набор.

Обстановка к разговорам не располагала, но по внутренним каналам, эзоповым языком, экипажи мчащиеся на юго-восток города, обменялись информацией.

Поводом для аврала, стал замеченный в промзоне «Уткина заводь», крылатый силуэт похожий на «…гигантскую бабочку…». Выругались всем экипажем, под подобным описанием в реестре проходила сразу целая