Путь воина - Валерий Михайлович Гуминский

приняли бой, задержав на целые сутки отряды Всеслава Ярославского, и только потом мелкими группами отошли в сторону Шексны. Там они присоединились к княжичу Владимиру. Маги установили устойчивый телепорт, по которому молодая семья и часть высокопоставленных бояр ушла в Тверь. Остальным была дана команда добираться своим ходом к Боровичам по автомобильной трассе, потому что через Ярославский удел все дороги оказались блокированными.

Первые дни мятежа и в самом деле оказались тяжелыми для легитимной власти. В большей мере все, что рассказал Владимир, Никита уже знал от полковника Одоевского. Юрий Иванович приказал выдвинуть войска на подавление мятежа, а сам вместе со штабом обосновался в Ростове, где позже и погиб от взрыва заложенной бомбы.

— Мне будет трудно пощадить дядьку Всеслава, — Владимир, повзрослевший и осунувшийся от бесконечного напряжения, расхаживал по кабинету. — Точнее, я его уже решил казнить за предательство, но меня сдерживает реакция Данилы. Потеряв отца, не пойдет ли он по той же дорожке?

— То есть ты не знаешь точно, и опасаешься усиления противостояния?

— Данила любит отца, чем Всеслав и пользуется. Но мне кажется, дядька играет против Тэмико, лавируя между любовью принцессы к его сыну и страхом потерять его. Она же стала заложницей добровольно, не захотела покидать княжича, когда все началось. Данила сам по себе — парень бесхитростный, всем заправляет Тэмико. И дядька легко мог согнуть сына, заставить его повлиять на Хранительницу.

— Судя по тому, что Ярославль до сих пор не дымится в развалинах, Тэмико себя сдерживает, — усмехнулся Никита.

— Здесь и кроется загадка. Почему не рискнула вызвать парочку тварей и не разнесла по камушкам резиденцию Всеслава, — кивнул Владимир, потирая выбритый подбородок.

— Она Хранительница, — напомнил волхв. — Большая часть демонических сущностей находится за Вратами, и стоит приоткрыть створку — весь живой мир будет уничтожен. Принцесса понимает, к чему приведет минутная слабость. Я восхищаюсь ее твердостью.

— Ты думаешь, она готова пожертвовать Данилой?

— Склоняюсь к этой мысли, — Никита не стал скрывать то, о чем думал последние дни. — Ты подозреваешь ярославского князя в хитрой игре. А почему бы и Тэмико не прийти к такому же выводу? Если княжич в сговоре с отцом, ей придется встать перед тяжелым выбором.

— А что тебе известно о Хранителях? — Владимир оживился с той минуты, когда понял, кто будет участвовать в переговорах. — Почему именно клан Китамуро несет ответственность за недопущение демонов в наш мир?

— Потому что дайме Ичиро Китамуро, насколько я узнал из своего прошлого посещения, является преданным человеком императора. А преданность дорого стоит. Вот Ичиро и удалось пристроить свою дочь к Хранителям, когда ей было шесть лет. Девочка с раннего возраста оказалась весьма одаренной в призывах тварей бездны, но без систематических знаний она крупно рисковала, поэтому отец вовремя подсуетился. Через десять лет Тэмико стала младшей Хранительницей по статусу, ее перспективность была замечена. Так что я не удивлен, что она стала во главе клана Хранителей. Соответственно, клан Китамуро теперь тоже ответственен за ошибки принцессы.

— Именно поэтому Ичиро рвется сюда, — догадался Владимир, — а не из-за беспокойства за дочь!

— Да, государь, — улыбнулся Никита. — Тэмико — женщина, а значит, руководствуется эмоциями. Мы же не знаем, насколько ей сейчас тяжело, и какой выбор придется сделать. Поддастся шантажу тестя — пострадают все. Русь, а следом вся Европа, окажется во власти демонов, клан Китамуро уйдет в опалу, Тэмико могут и смерти предать. Запрет на открытие Врат, какой бы ни была текущая ситуация — табу. Нарушить его — подписать смертный приговор для всех живых. И Хранители это понимают как никто другие.

— А как же твой демон? — с хитрецой спросил Великий князь. — Да расслабься, об этом я узнал сразу, как тебя упустил Басманов. Он рассказал о впечатляющем прыжке барона Назарова из окна Опричной Палаты. И прекрасно видел, кто тебя спас.

— Стихия, — пожал плечами Никита.

— Угу, Стихия… Магический фон и прочие показатели не проигнорируешь.

— Я уже объяснял Тэмико, что демон не призванный, а мой слуга. Он достался мне в качестве приза.

— А принцесса знает о твоем слуге?

— Да. Мне пришлось жестко защищаться. Тэмико требовала упрятать слугу в бездну. Жаль, что мы так и не пришли к общему согласию.

— И как ты хочешь использовать этот момент в переговорах? — заволновался Владимир. — Не случится ли так, что она объявит тебя виновным в призыве демона и откроет Врата? Якобы, прецедент случился, а я чем хуже? Мне мужа спасать надо.

— Такой вариант возможен, — не стал отпираться Никита. — К сожалению, повторю, Тэмико будет руководствоваться эмоциями, если не поймет истинную игру Всеслава Ивановича.

— Черт бы побрал дядьку! — в сердцах воскликнул Владимир. — Я, честно говоря, не ожидал от него такого хода. Посадить на цепь сына как шелудивого пса и начать торговаться его жизнью с принцессой — это ведь стальные яйца надо иметь!

— Ну, они у Всеслава, судя по развитию ситуации, есть, — грустно улыбнулся Никита. — Подозреваю, что у ярославского князя за пазухой огромный выбор вариантов.

— На каких основаниях твои подозрения?

— Слишком уверенно ведет себя Всеслав Иванович. Как будто заранее просчитывает ходы и выбирает наиболее оптимальный для продвижения своих целей.

— Ты о Пророке намекаешь? — взметнул брови Великий князь.

— Есть такое подозрение.

— А-аа, — махнул рукой Владимир. — Не Пророк это. У дядьки лет десять назад Ведун прижился. Кузьмой кличут. Ему уже лет далеко за шестьдесят, если не больше. Интересно, что его дар прорезался с началом мятежа, а до этого Кузьму не раз ловили на обмане. Слабенький Ведун, слабенький. Из десяти предсказаний дай боги три исполнится, и то с разными вариациями.

— И все же нам придется учитывать этот фактор, — напомнил Никита. — Если нетрудно, государь, найди мне информацию по Кузьме. Любую. Даже слухи подойдут.

— Сделаю, — кивнул Владимир. — В Твери, оказывается, есть люди, знавшие его в молодости. Организую встречу, поговоришь с ними…

…Проходя мимо застывших на невысоком крыльце охранников, он кивнул им как старым знакомым, про себя улыбаясь. Больно уж растерянными и озадаченными выглядели бойцы, ненароком ставшие свидетелями утреннего приветствия Перуну. Взбодрившись после хорошей разминки, Никита принял душ и стал обдумывать, как бы ему съездить к Сабуровым. Самому принимать решение