Искупление - Сюзанна Бэк

Отвечая тем же, я первый раз в жизни дотронулась до женской груди. Мягкая, теплая, упругая. Я невольно вздрогнула, когда моя ладонь почувствовала реакцию соска. Бессознательно, мои пальцы сжали ее грудь. Она подвинулась ближе ко мне и тихо застонала от удовольствия. Неожиданно, я почувствовала физическую необходимость дотронуться до нее и, прервав поцелуй, я потянулась к молнии на ее комбинезоне. Мне удалось расстегнуть ее только наполовину, когда снова мигнуло свет и бездушный голос объявил о том, что через пять минут все должны быть в своих камерах.

Остановившись в нескольких сантиметрах от своей цели я тупо уставилась на ее грудь. Желание дотронуться до кожи губами было таким сильным, что я содрогнулась, а потом посмотрела Айс в глаза. Они потемнели от желания до фиолетового оттенка, ее дыхание было прерывистым, а над верхней губой проступили капельки пота. Господи, никогда я не видела такой красоты...

Кто-то кашлянул и, развернувшись, я увидела покрасневшую охранницу, которая остановилась у входа в камеру Айс.

"Леди", - извиняющимся тоном произнесла она, - "Время отбоя. Ты должна вернуться в свою камеру, Ангел".

Я снова повернулась к Айс, которая улыбалась мне так, что это совсем НЕ помогало мне придти в себя.

"Ангел..."

"Хорошо, хорошо. Господи", - я велела себе встать и очень обрадовалась тому, что, несмотря на дрожь, ноги меня удержали.

"Помни что я сказала, Айс. Мы еще не закончили"

"Я запомню", - сказала она тихо, - "Спокойной ночи, Ангел"

Глава 8

Все было кончено. По крайней мере, на время. Верная своей натуре, Айс снова отдалилась, как будто наш вечер вместе слишком обнажил для меня ее душу. Не скажу, что не была разочарована, потому что БЫЛА. И очень. Но я все-таки изо всех сил старалась посмотреть на мир с ее точки зрения. Каждое проникновение в ее израненную душу позволяло мне больше понять женщину, в которую, как я признавала, я влюбилась. Но каждое проникновение много стоило и Айс, и мне. Знаете, это сродни тому, как выводятся токсины из тела. Всегда нужно время на восстановление баланса.

В то же время, я продолжала работать в библиотеке, преподавая, и даже позволив себе играть в команде по софтболу, так называемых "Всех Звездах Болота". Мы играли против команды охраны в первую неделю лета.

Мой статус амазонки позволил мне общаться с людьми, с которыми я раньше даже не мечтала разговаривать. Я выслушивала их вопросы и заботы, и как могла, старалась помочь. Как я уже говорила ранее, большинство обитателей Болота не были жестокими зверями. В основном, это были молодые женщины, отсиживающие короткий срок за глупые ошибки. Хотя я помогала, как могла, их обучению, мне хотелось большего. Хотелось подготовить этих девушек к жизни за стенами тюрьмы. С помощью охраны, нескольких бескорыстных организаций и местных университетов, я смогла устроить несколько различных курсов для заключенных. К моему приятному удивлению, такие курсы как "Умение управлять собой", "Воспитание детей", "Ведение домашнего хозяйства" и "Успешная карьера" посещались очень хорошо. Мне очень нравилось ощущение, что я оказываю положительное влияние на жизнь товарок по несчастью. Чтобы выйдя из Болота, они никогда сюда больше не вернулись.

Моя вторая весна в Болоте ознаменовалась также тем, что я оказалась способна вмешаться в драку без чьей-либо помощи. Вообще-то, мне даже не пришлось применять насилие.

Я направлялась в прачечную за чистыми униформами (и если вы дочитали до этого места, то уже знаете, что в тюрьме надо держаться подальше от прачечной). Там уже были двое новеньких и коленопреклоненная девушка, только-только вышедшая из изоляции. Все трое были в синяках и следах побоев, но на третьей девушке они были свежие и сильно выделялись на фоне бледной кожи.

Я вошла в помещение, постаравшись произвести побольше шума. Девушка, стоявшая на коленях, посмотрела на меня с мольбой в глазах, остальные-со злостью.

-Что здесь происходит?

-Мне кажется, что это тебя не касается,-ответила одна из стоявших.

-А если я сделаю так, что будет касаться? Это поможет?

Вторая отпустила воротник формы жертвы и придвинулась ко мне.

-На твоем месте я бы не стала этого делать. Эти синяки могут стать гораздо хуже и очень быстро.

Уловив мой тон, она остановилась и вопросительно-оценивающе посмотрела на меня.

-Ну?

Она обернулась на свою напарницу, та пожала плечами. Тогда первая снова повернулась ко мне и подняла руки на уровень груди.

-Я ничего такого не имела в виду.

-Вижу,-улыбнулась я. -Тогда, наверняка, ты не будешь против того, чтобы отпустить эту девушку, а? Пусть она сделает то, за чем пришла, и уйдет.

-Ну конечно,-сказала первая.-Никаких проблем.

-Хорошо, -я кивнула девушке на полу, и она, кивнув в ответ, медленно встала. В глазах ее все еще плескался страх. Разрешающий кивок от меня, и она взяла стопку чистой одежды. Оглянув всех нас, она направилась к двери. Я видела, как злится одна из заключенных, ее глаза просто метали молнии в направлении двери.

-Знаешь,-продолжила я спокойно.-Было бы гораздо умнее не преследовать ее, когда я уйду. Окажите себе услугу и оставьте ее в покое. Вам так будет намного лучше, поверьте мне.

-Кто ты?-спросила первая.

Я почувствовала, как мои губы расползаются в улыбке.

-Меня зовут Ангел.

-Ангел, ха!-презрительно хмыкнула она, снова оценивающе меня оглядывая. Она была среднего роста, с гладкими темными волосами, которые свисали на близоруко прищуренные глаза.

-Именно так меня называют.

-Ты не выглядишь очень круто.

-Внешность обманчива. Ты можешь попытаться выяснить правду, хотя я бы хотела, чтобы все прошло по-взрослому.

Вторая подошла к подруге, давая мне возможность осмотреть ее повнимательнее.

-Похоже, над вами обеими изрядно поработали,-сказала я. Когда они обе злобно на меня посмотрели, я всплеснула руками.-Все нормально. Со мной тоже такое было. И не раз.

-С нами ничего не случилось, -запротестовала первая. -Мы просто были несколько... неуклюжи.

Мне разобрал смех, но я сдержалась.

-Да, на меня тоже пару раз "неуклюжесть" нападала. Неприятно, правда? Хочется заставить других побыть столь же... "неуклюжими", а?

Теперь обе на меня щурились.

-Какого черта ты тут мелешь?-наконец выдавила вторая.

-Я говорю о том, чтобы избить кого-нибудь, потому что вас самих отлупили. Я говорю о том, что вы думаете, что почувствуете себя лучше после этого. Но должна вам сказать, что лучше не станет. Единственное, что вам поможет, это способность противостоять людям, которые вас имеют. Нельзя самим становиться такими же зверями, дамочки. Потому что есть кое-что, что вы должны знать о зверях. Всегда есть кто-то круче, больше и сильнее, чем вы.

-Ты?-фыркнула первая недоверчиво.

-Ну, хотя бы я. Но мне проще давать вам уроки самообороны, чем обороняться от вас. Что скажете?

Они переглянулись, затем посмотрели на меня, очевидно, не зная, что делать. Потом наконец сказали в унисон:

-Ладно.

Я снова улыбнулась.

-Отлично. Я бываю во дворе с одиннадцати. Последнее время я больше занимаюсь софтболом, и если я не смогу помочь, то там будет куча моих друзей. Увидимся завтра в секции тяжеловесов, и я представлю вас им, хорошо?

-Секция тяжеловесов? Но это же территория амазонок!

-Точно.

-Так ты амазонка?

-Да,-боюсь, моя улыбка стала несколько самодовольной, но разве вы не реагировали бы также? Выражения их лиц изменились: на них проступило уважение, что заставило меня ощутить еще большую гордость за то, кем я была.

-Ну так что? Мы договорились? Больше никаких издевательств над беззащитными?

-М-м... да, договорились.

-Отлично! Тогда завтра увидимся!-провожаемая их взглядами, я взяла стопку одежды, за которой собственно пришла. Улыбнувшись напоследок этой парочке, я вышла из прачечной.

Система распространения новостей (и слухов) в тюрьме работала отлично, в чем я и убедилась, придя в библиотеку. Дюжина амазонок и язвительная библиотека обрушили на меня груду поздравлений и дружественных похлопываний по спине. Я пялилась на все это в недоверии, а они аплодировали за мое первое "сольное выступление".

Хриплый смех и всякие неприличные шуточки аккомпанировали их поддразниваниям, а я зарделась как мак. Пони почти достала меня, выйдя вперед и неся небольшой кекс, явно стащенный из торгового автомата, и дополненный свечкой. Мне спели "Она-чертовски хорошая амазонка", а желание, которое я загадала, задув свечку, знать никому не положено.

Тепло весны постепенно уступило место жаре и влажности. Айс стала снова высовываться из своей раковины, как рак-отшельник, вытянутая оттуда парилкой дней и благоуханием ночей. Мы частенько сидели во дворе в сумерках и просто болтали, в основном, ни о чем. Было очевидно, что рана, нанесенная смертью Жозефины, еще болела, но постепенно затягивалась.