Последний ученик магистра - Корж Сергей

– Я тоже только что приехал, не люблю, знаете ли, долгие проводы, слезы прощания. Отдал внучат, деньги на содержание, сказал – ищите меня в столице и, даже не пообедав, ускакал. Угощайтесь пивом, пока вам принесут ваш заказ.

Хлебнул глоток пива. Что сказать, очень средненькое на вкус.

– Согласен, пиво так себе, но хозяин клялся, что это лучшее. Жаркое, кстати, вкусное.

Наконец принесли и мой заказ. Да, жаркое оказалось отличным, и даже кислинка в пиве была как бы продолжением кисло-сладкого вкуса мяса.

– Дорога в столицу здесь одна, харчевни на всем пути, так что грузиться продуктами ни к чему. В двух или трех местах пошаливают разбойники, и такие участки обычно проезжают, сбившись в обоз.

– Ха! Мы-то с вами, Лир, знаем, что такое караван. Это когда отара баранов расплачивается с волками своими слабейшими особями. У меня и у вас есть опыт встречи с разбойниками. Нам сейчас надо решить, что будем делать: переночуем здесь и утром отправимся или уезжаем прямо сейчас и ночуем в поле.

– Сьерж, вы командир нашего отряда. Как скажете, так и будет.

– Тогда отправляемся прямо сейчас. По дороге полно деревень, хуторов, усадеб. Где-нибудь нас примут на ночлег, ну а нет, так и не надо. Есть реки, озера, а я, чтоб вы знали, Лир, еще и удачливый рыбак.

– То есть вы сидите на берегу с удилищем? Или все-таки пользуетесь магией?

– Я объяснял вам ранее и повторю еще раз: я даже не ученик мага. Искра моя только-только зажглась, и вообще я больше надеюсь на себя, на свое умение, чем на магию. Да вы и сами увидите, дорога у нас длинная, вот мы и выясним, кто что умеет. Надеюсь, вы не сочтете за урон своей чести приготовить ужин на костре или помыть после себя миску?

– Я прежде всего воин, Сьерж, побывал в нескольких походах, не всегда победоносных, приходилось и убегать от погони. И не по торной дороге убегать, а бездорожьем и лесами, налегке, без слуг, с одной шпагой и кинжалом. Вот там, в бегах, я и научился всем премудростям выживания. Так что опыт кое-какой у меня есть.

– Тогда по коням и в путь. До вечера мы либо доберемся до следующей харчевни, либо заночуем около тракта.

Так, то молча, то переговариваясь, то рысью, то шагом мы проделали немалый путь. До заката оставалось около двух часов, когда стало ясно, что до харчевни доехать мы не успеем и надо искать место для стоянки.

– Смотрите, Сьерж, мне кажется, та рощица подойдет нам для ночлега: и от дороги недалеко, и для костра веток наверняка найдем.

– Согласен с вами, Лир, скачем туда.

Роща действительно была хороша и, видимо, пользовалась популярностью у путешественников, ибо мы обнаружили свежее кострище, обложенное камнями, рядом запас дров. Чистый родник бил струей из-под небольшого обломка скалы.

Расседлав и напоив лошадей, мы отправили их пастись, а сами сели ужинать, единодушно решив не заморачиваться варкой каши, а съесть то, что купили в харчевне. Полдня дороги утомили нас, поэтому мы накинулись на мясо и овощи, запивая их неплохим вином. Лир все-таки разжег костер, бросил на получившиеся угли пару зеленых веток, от дыма которых мигом исчезла вся летающая и кровососущая братия. Привычно кинув взгляд на сканер-карту и не найдя на ней отметок, достойных внимания, я достал инструмент. Судя по успеху в доме графа Эра, это умение надо оттачивать. Подтянул струны и для разминки сыграл несколько простых мелодий.

– Может, споете, Сьерж?

– Не сегодня, Лир. Сегодня я просто поупражняюсь в игре. Мне надо многое вспомнить, некоторые мелодии я слышал давно, но не было времени попробовать их сыграть, на некоторые мне еще надо сочинить слова. Но, увы, пока они не приходят мне на ум. Вы ложитесь, отдыхайте, первая половина ночи моя, вторая ваша, а завтра, если захотите, поменяемся.

– Договорились, Сьерж, только не забывайте время от времени подбрасывать в костер эти ветки. Очень не люблю, знаете ли, засыпать под писк кровососов.

Я достал мешочек с заветными зернами, котелок, заварил себе кружку крепкого кофе. Мой попутчик заснул, а я отдался музыке. Негромко перебирая струны и мурлыча про себя слова песен, я вспоминал их все больше и больше. Мало того, я поймал себя на том, что помню и тексты прочитанных книг. А произошло это так. Имя моего попутчика напомнило мне шекспировского короля Лира, и тут мне вспомнились строчки из этой трагедии.

Вот черт! «Что-то с памятью моей стало! Все, что было не мое, помню!» – опять процитировал я известные строчки. Надо магистра поспрашивать, это его работа. Ковыряется в моих мозгах, как у себя дома. Та-ак, а на местном как это будет звучать? Офигеть! Не менее рифмованно. А что там еще у Вильяма нашего Шекспира можно позаимствовать? Да за эту историю о двух несчастных влюбленных меня все дамы столицы на руках будут носить.

Наступила полночь, и я, разбудив Лира, напоил его кофе и сдал ему пост. Закрыл глаза, ожидая знакомого: «Здравствуй, ученик» – и не дождался.

– Ау! Учитель! Вы же говорили, что навсегда со мной! Куда вы пропали?

– Здесь я, ученик, и не надо кричать на всю вселенную. Я решил изменить форму нашего обучения. Зачем нам терять драгоценное время? Я навожу порядок в твоей памяти, раскладываю все твои воспоминания по полочкам. Теперь тебе, да и мне тоже, не надо искать необходимые знания в том хаосе, что творился у тебя в голове. Все раскладывается, сортируется, получает код. Если тебе надо вспомнить что-нибудь, ты инстинктивно вызываешь в памяти кодовое название – и полочка с нужными знаниями к твоим услугам. Теперь я, систематизируя твои знания, пристроил несколько полочек и со своими знаниями, по мере заполнения появятся новые. Для поиска моих знаний тебе достаточно вспомнить мой образ, на крайний случай мое имя, и тебе откроется моя память. Извини, Сьерж, у меня бездна работы – твое прочитать и свое тебе в память записать. Когда я немного освобожусь, дам тебе знать, а пока обходись тем, что у тебя есть. Спи!

И я провалился в сон.

Проснулся сам, без чужого вмешательства. Лир колдовал у костра, пахло довольно аппетитно. Умывшись, окончательно прогнал сон и решил немного потренироваться со шпагой.

– Лир! Не желаете ли слегка размяться?

– В смысле?

– Мне нужен партнер для фехтования, хотя бы три схватки.

– Что ж, давайте. Заодно я узнаю, насколько ваши слова не расходятся с умением держать шпагу. Помнится, вы угрожали дуэлью своему земляку, а вот при штурме баржи вам не удалось себя проявить. А он, кстати, уложил человек пять.

– Да! Он молодец! И я рад, что мне не пришлось скрестить с ним шпаги. Вы, кстати, были правы, он действительно нам пригодился живой. Но к хрогам слова! Становитесь в позицию. Нападайте!

Лир, став в позицию школы Соло, попытался достать меня двумя длинными шагами и уколом. Отбив этот маневр тростью, я в свою очередь обозначил атаку. Лир в ответ достал кинжал и, чтобы отвлечь мое внимание манипуляцией шпагой, попытался обозначить удар кинжалом под ребра. В следующую секунду трость заплела руку с кинжалом, уперлась ему в подмышечную ямку, нажав на болевую точку. Кинжал выпал из руки, а острие моей шпаги слегка оцарапало ему горло.

– Ого! Сьерж, одно очко в вашу пользу. Еще одну схватку?

– Пожалуй.

Вторая схватка была еще короче. Лир просто не успевал следить за моими движениями и перемещениями. Еще подшаг, я у него сбоку, моя шпага обозначает укол в почку.

– Теперь я понимаю, Сьерж, что ваши слова не пустая угроза. Интересно, сколько у вас беретов?

– Не поверите, пять. Еще столько же должно быть тюрбанов, но их у меня выкупил родственник ушедших к Матери.

– С вашим талантом – и всего пять? Да где вы скрывались все это время? В ваши годы у меня их было за двадцать, и пять раз мне приходилось выкупать свой.

– Знаете, Лир, – начал плести я свою историю, – баронство наше невелико, отец, переживший две напасти, решил не рисковать всеми своими сыновьями и отправил меня на вольные хлеба, дав немного денег, шпагу и коня. К тому времени я умел кое-как фехтовать, читать и писать, и этого оказалось достаточно, чтобы поступить на службу к нашему графу, а уж он отправил нас, молодых балбесов, в столицу. По дороге я заболел, меня оставили в какой-то деревушке на излечение, а сами уехали. С тех пор я не видел своих родственников, пришлось мне самому учиться выживать и зарабатывать деньги. Я наемничал, давал уроки пения, игры на сатуре. В один из редких промежутков между работой отправился путешествовать. Вот так я набрел на умирающего мага, он связал меня словом взамен моей инициации. Как оказалось, я был расположен к магии. Теперь еду в столицу, там ведь единственная академия магии. Может, что-то у меня получится.