Свободное владение Фарнхэма - Роберт Хайнлайн

Прекрасно все же будет иметь в доме детей.

И в этот момент радостного опьянения Хью Фарнхэм понял, что он еще никогда в жизни не бывал так счастлив, как сейчас.

– По-моему, нормально, Хью. А эти лишние плитки захватим домой.

– Хорошо. Возьми ружье, а я понесу инструменты.

– Сдается мне, – сказал Джо, – что мы должны…

Его слова заглушил выстрел. Они замерли. За первым последовали еще два.

Они побежали.

Барбара стояла на пороге. Она подняла ружье и помахала им. Когда они подбежали к дому, она вышла навстречу, осторожно ступая босыми ногами и двигаясь медленно и осторожно, чтобы не упасть. Теперь ее беременность была хорошо заметна. Большой живот покоился в просторных шортах, сделанных из старых джинсов Дьюка. На ней была мужская рубашка, перешитая так, чтобы поддерживать увеличившиеся груди. Ружья в ее руках уже не было.

Джо подбежал к ней раньше Хью.

– Карен? – быстро спросил он.

– Да. У нее началось.

Джо поспешно вошел в дом. Подбежал Хью и спросил, задыхаясь:

– Ну, что?

– У нее отошли воды. Затем начались схватки. Тогда я выстрелила.

– Но почему же ты… Впрочем, ладно, что еще?

– Грэйс с ней. Но она хочет видеть тебя.

– Дай мне отдышаться, – Хью вытер пот и постарался успокоиться. Он сделал глубокий вдох, задержал воздух в легких, затем медленно выдохнул. Восстановив дыхание, он вошел в дом, за ним последовала Барбара.

Койки у двери были убраны. Проход загромождала кровать, но убранные полки обеспечили достаточно места для того, чтобы пробраться в комнату. Одна из коек теперь находилась в жилой комнате. На кровати лежал травяной матрац, застеленный медвежьей шкурой. На ней сидел пестрый кот.

Хью прошел мимо, почувствовав, как другой кот потерся о его лодыжку.

Он прошел в следующее помещение. Здесь из коек была сооружена кровать, на которой лежала Карен. Грэйс сидела около нее и обмахивала ее веером. Джо стоял тут же, с выражением молчаливого сочувствия на лице.

Хью улыбнулся дочери.

– Привет, толстушка! – он нагнулся и поцеловал ее. – Ну как ты? Больно?

– Да, сейчас больно. Но я рада, что ты здесь.

– Мы спешили изо всех сил.

Кот вскочил на постель и разлегся на Карен.

– Ах, ты! Черт бы тебя подрал, Красотка!

– Джо, – сказал Хью, – собери кошек и отправь их в изгнание.

Ход в туннель был заложен кирпичом, правда оставили вентиляционные отверстия и лаз для кошек, который можно было заложить. Коты были невысокого мнения об этом, но необходимость сделать это стала насущной после того, как Счастливчик пропал без вести и считался погибшим.

Карен попросила:

– Папа, я хочу, чтобы Красотка была со мной!

– Джо, к Красотке моя просьба не относится. Когда наступит самый ответственный момент, схвати ее и суй ко всем остальным.

– Ясно, Хью, – Джо вышел, столкнувшись в дверях с Барбарой. Хью потрогал щеки Карен, пощупал пульс. Затем сказал жене: – Ее побрили?

– Пока не было времени.

– Тогда вы с Барбарой побрейте ее и вымойте. Детка, когда же разверзлись хляби твои?

– Только что. Я сидела на горшке и тут-то все и началось. Сижу я себе, никого не трогаю… а потом вдруг – р-раз – и вот я уже Ниагарский водопад!

– Но схватки-то у тебя были?

– Еще какие!

– Это хорошо. Значит о схватках можно не беспокоиться, – он улыбнулся. – Вообще в принципе, беспокоиться не о чем. Думаю, что большую часть ночи ты проведешь за игрой в бридж. Дети, как и котята, имеют обыкновение появляться на свет под утро.

– Всю ночь? Хочу, чтобы этот сопляк родился побыстрее, и делу конец.

– Я тоже хотел бы, чтобы все кончилось поскорее, но у детей на этот счет свое мнение, – сказал он и добавил, – ладно, тебе предстоят кое-какие дела, и я тоже должен кое-что сделать. Я в грязи с головы до ног. – Он собрался уходить.

– Папа, подожди секундочку. А я обязательно должна оставаться здесь? Здесь очень жарко.

Нет, у двери светлее. Особенно если наш юный Тарзан соблаговолит появиться при свете дня. Барбара, откинь эту потертую медвежью шкуру – будет прохладнее. Возьми вот эту простыню, или, лучше, возьми чистую, если есть.

– Стерилизованную?

– Нет. Прокипяченную простыню не распаковывай до тех пор, пока не начнутся роды. – Хью похлопал пациентку по руке. – Дай бог тебе обойтись без боли до тех пор, пока я не вымоюсь.

– Папа, тебе нужно было стать врачом.

– А я и есть врач. Самый лучший в мире врач.

Выйдя из дома, он встретил Дьюка, задыхающегося после долгого бега.

– Я слышал три выстрела. Сестренка?

– Да. Не волнуйся, у нее только начались схватки. Я собираюсь принять ванну. Не желаешь присоединиться.

– Сначала я хочу повидаться с сестренкой.

– Тогда поторопись, сейчас ее будут купать. Заодно захвати Джо, он там размещает котов по камерам. Мужчины там сейчас – помеха.

– Может быть следует накипятить воды?

– Пожалуйста, займись, если это успокоит тебя. Дьюк, я давно уже заготовил все необходимое, по крайней мере то, что у нас имеется. Уже с месяц как заготовил. В том числе и шесть бидонов кипяченой воды на то и на се. Так что пойди поцелуй свою сестру и постарайся не показать ей, что ты обеспокоен.

– Ну и хладнокровен же ты, отец!

– Сынок, я сам не свой от страха. Я уже сейчас могу перечислить тринадцать возможных осложнений – и ни с одним из них мне не справиться. В основном я гожусь на то, чтобы похлопывать ее по руке и уверять, что все идет как надо… а ей именно это и необходимо. Я осматриваю ее, сохраняя каменное спокойствие, а сам и не знаю, на что обращать внимание. Я делаю это просто, чтобы она обрела спокойствие… я буду тебе очень признателен, если ты в этом мне поможешь.

– Вас понял, сэр. Буду поддерживать вашу игру, – участливо сказал Дьюк.

– Только не переигрывай. Просто постарайся убедить ее в том, что ты разделяешь ее уверенность в старом доке Фарнхэме.

– Я постараюсь.

– Если Джо слишком разволнуется, вытаскивай его оттуда. Он дергается больше всех. Грэйс прекрасно справляется. Ладно, поспеши, а то они не пустят тебя.

Немного позже, искупавшийся и успокоившийся Хью, выбрался из воды раньше Джо и Дьюка и направился к дому, неся одежду в руках, чтобы ветерок высушил его кожу. Он задержался у дверей, чтобы натянуть шорты.

– Тук-тук!

– Нельзя, – отозвалась из-за двери Грэйс. – Мы заняты.

– Тогда прикройте ее. Мне нужно кое-что сделать.

– Мама, перестань. Входи, папа.

Он вошел, пробрался мимо Барбары и Грэйс и зашел в ванную. Там он очень коротко подстриг ногти, вымыл руки – сначала проточной водой, затем кипяченой, затем повторил процедуру еще раз. Затем он помахал ими в воздухе, чтобы они высохли и вернулся в комнату, стараясь ни до чего не дотрагиваться.