Русские разборки - Джеки Коллинз

— Только если не придется потом тащить тебя в травм-пункт.

— Тебе сегодня палец в рот не клади.

— На себя посмотри!

Бабушка Эми жила в частных апартаментах на верхнем этаже гостиницы «Уолдорф Тауэре». Этажом ниже жил ее дворецкий-вьетнамец, служивший у нее уже пятьдесят с лишним лет.

Бабушка Поппи была личность колоритная. Шустрая, языкастая, в девяносто лет она по-прежнему каждое утро принимала личного парикмахера, и тот укладывал ее седые волосы в модную прическу. Она носила наряды от самых известных кутюрье, выкуривала по пачке сигарет в день и не отказывала себе в паре бокальчиков красного вина как на обед, так и на ужин.

У нее было две собаки, кокер-спаниель и карликовый пудель. Они целыми днями сидели у ее ног, пока она читала мемуары, курила, потягивала винцо и смотрела Си-эн-эн. Старушка была преданной поклонницей Ларри Кинга. Она и собак-то назвала в его честь: одну — Ларри, другую — Кинг.

Бабушка Поппи обожала внучку. Эми всякий раз уходила от нее с очередной вещицей из ее необозримой коллекции драгоценностей.

— Привет, бабуля, — поздоровалась Эми. — Извини, я вся взмокла. Каталась в парке на велосипеде.

— Ты всегда прекрасно выглядишь, правда, Хуонг? — ответила бабушка Поппи, поворачиваясь к своему верному слуге, которому было хорошо за семьдесят.

— Да, мэм, — подтвердил Хуонг.

— Ну что ж, моя дорогая, — проговорила бабушка, роясь в коробке с драгоценностями, — давай посмотрим, что у меня сегодня для тебя есть.

— Бабуля, зачем ты мне каждый раз делаешь подарки? — запротестовала Эми. — Мне ничего не нужно.

— Тебе, может, и не нужно, — возразила старушка, доставая тонкий бриллиантовый браслетик. — Но настанет день, и ты поймешь, что дело совсем не в том, нужно или не нужно. Ты знай бери эти безделушки и складывай, как белка в дупло.

— Хорошо, бабушка, — послушно согласилась Эми.

Никто не знает, что будет дальше. Ты выходишь замуж за человека намного старше. Мужчины — они знаешь какие? Им веры нет, дорогая моя. Вечно на сторону глядят.

— А вот тут, бабушка, ты не права, — возразила Эми, примеряя браслет.

— Права. Еще как права. Мужчины не утруждают себя супружеской верностью. Если я еще в состоянии тебя чему-то научить, то только этому.

— А я уверена, что папа маме не изменял.

— Еще как изменял, — проворчала бабушка Поппи.

При мысли о том, что кто-то посмел изменить Нэнси Скотт-Саймон, Эми улыбнулась.

— И Хэролд, по-моему, не шляется, — заметила она, прекрасно понимая, что у маминого нынешнего мужа уж точно не хватит на это духу.

— Дорогуша, леди не должна так вульгарно выражаться, — сделала замечание бабушка Поппи. — Хуонг, налей-ка мне стаканчик. И вообще пора обедать, девочка совсем голодная.

— Вовсе нет, — улыбнулась Эми, хотя уже давно усвоила, что с бабушкой Поппи лучше не спорить.

— Нет, голодная! — возразила старая леди. — Хуонг, позвони вниз, пусть принесут два «Цезаря».

Эми нагнулась приласкать собак. Оба пса зарычали и попятились — они были приучены никого не подпускать к себе, кроме своей старой хозяйки.

— Не трогай их, дорогая. Они сегодня не в настроении.

Вошел Хуонг с двумя бокалами вина.

— Расскажи, Эми, как продвигаются приготовления к свадьбе? — поинтересовалась бабушка и сделала глоток. — Твоя драгоценная мамочка, как всегда, сводит тебя с ума?

— Угадала!

— Еще бы! Нэнси кого хочешь замучит. Я уже немолодая была, когда ее родила, и ее воспитывали няньки. Наверное, это было ошибкой.

— Почему? — удивилась Эми.

— Я ее совсем не видела, все моталась по миру со своим дражайшим супругом. И она мне этого никак не простит.

— Наверняка давно уже простила.

— Ну, да что уж теперь… Твой красавец-дед был охоч до путешествий. — Глаза бабушки Поппи мечтательно заблестели. — Мы ездили в Африку на сафари. А какие у нас были приключения в Перу! И вообще, где мы только не побывали, в самых необычных и чудесных местах. Весь мир объездили. Замечательный был человек.

— Бабушка, а он тебе был верен? — спросила Эми. Деда она совсем не знала, он умер еще до ее рождения.

— Конечно, нет! — беспечно ответила бабушка Поппи, словно это не имело никакого значения. — Мужчина не может быть верен. Совсем не слушаешь, что я тебе толкую?!

После ланча Эми позвонила Тине и спросила разрешения заскочить.

— Конечно, заезжай. Я тут сижу одна и страдаю от своего огромного живота. Брэд меня бросил ради какого-то дурацкого матча. Ох уж эти мужчины!

— Что-нибудь захватить?

— Дай подумать… Шоколада. И побольше. Молочного. Брэд мне не покупает. Ему-то что, не он же таскает за собой этот надутый мяч. Эгоист несчастный!

— Шоколада, — повторила Эми, — и побольше. Буду минут через двадцать.

«Хм-мм… Сегодня все говорят о мужчинах, — подумала Эми. — Мужчины изменяют, мужчины эгоисты. Зачем же я тогда замуж иду? Хороший вопрос».

Тина ждала ее с нетерпением.

— О господи, как мне хочется сладкого! — Она буквально вырвала пакет с конфетами из рук подруги. — Брэд все твердит: врач сказал, мне не следует больше поправляться. За кого он меня принимает — за идиотку? Я знаю, что не должна прибавлять, но когда же еще обжираться, если не сейчас?

— Это правда!

— Ну слава богу, хоть кто-то меня понимает. — Тина одну за другой разворачивала конфеты и запихивала в рот. — Идем на кухню, я там кофе варю.

— Извини, что так неожиданно нагрянула, — произнесла Эми, проходя следом за ней на неубранную кухню.

— Да ты что? Ты же моя самая близкая подруга. К тому же — с шоколадом, так что ты очень даже желанный гость, — заверила Тина и разлила кофе по чашкам.

— Я тут думала о том вечере…

— Надеюсь, воспоминания сладкие?

— Боюсь, не очень.

— Рассказывай.

— Меня ужасно мучает совесть. Это во-первых. А во-вторых, я думаю, может, мне стоит узнать, кто он такой.

— Тот парень, с которым у тебя был восхитительный секс? — уточнила Тина, возвращаясь в гостиную.

— Этого я не говорила! — возмутилась Эми, следуя за подругой.

— Ты что, ненормальная? Зачем тебе знать, кто он такой? Только все испортишь.

— Ну, не знаю…

— Не знаешь? — Тина опустилась в кресло.

— Понимаешь, в чем дело, — проговорила Эми. — Я не уверена, что хочу выйти замуж за Макса.

— Что?! — закричала Тина и чуть не пролила кофе на свой круглый живот. — Точно — ненормальная!

— Послушай, — объяснила Эми. — Если бы Макс так со мной поступил, мне бы не хотелось за него выходить.

— О господи! — Тина погрозила ей пальцем. — Только не вздумай ему признаваться.

— Почему?