И в шутку, и всерьез (былое и думы) - Александр Аронович Зачепицкий

Юрий Николаевич был человеком решительным и ответственным, он умел рисковать. Я вспоминаю, как в самый напряженный момент работы, в цейтноте (раньше сроки срывать было немодно), он, видя нашу усталость, принял нетривиальное решение: послать нас в дом отдыха передохнуть. Принес нам путевки и велел ехать, несмотря ни на что. Конечно, для такого заботливого начальника я готов был работать круглые сутки: только бы не подвести. Правда, я готов был работать круглые сутки и без этого – толкала любознательность и стремление найти и добиться оптимума.

В то время мы разрабатывали новый радиолокатор, который, как показало будущее, явился, пожалуй, одним из наиболее массовых и любимых в войсках ПВО, его последующие модификации эксплуатируются повсеместно вплоть до настоящего времени. За этот локатор группа разработчиков (в том числе Юрий Николаевич) получила Ленинскую премию.

Разработка новой техники требует от человека предельного напряжения сил и полной отдачи. Не сомневаюсь, что до конца этот буквально титанический труд может довести не каждый, так как надо уметь переживать, сохранив жизненные силы и работоспособность, долгие годы неудач, пройти этапы, когда делу не видно конца. Юрий Николаевич обладал для такой работы всеми необходимыми качествами.

Я был в восхищении от своего начальника, мне казалось, что он мог бы по праву занять самую высокую должность в отрасли вплоть до министра (я и сейчас не сомневаюсь, что не ошибался). Главное, Юрий Николаевич умел подобрать перспективных работников, умел расковать их инициативу, обеспечить работу всем необходимым. Он способствовал дружбе в коллективе, своим примером являя добросовестность и порядочность в высшей степени. Он очень радовался успеху подчиненного, новой идее, которую умел оценить по достоинству. Всегда было интересно рассказать ему то, что удалось понять или придумать самому.

Не помню точно, в каком этом было году, то ли в 1960, то ли в 1961, Юрия Николаевича назначили начальником вновь образованного отдела, в состав которого вошла и наша лаборатория. А начальником Первой стал другой человек, к сожалению, неудачно подобранный. Он хотя и был, безусловно, талантливым человеком, но не обладал достаточной внутренней культурой, чтобы сохранить сложившийся стиль руководства лабораторией.

Юрий Николаевич стал руководителем крупной научно-исследовательской работы, а затем главным конструктором нового радиолокатора. В это время наметился его отход от лаборатории: во-первых, в силу его занятости и увлеченности новым делом, в котором его внимание поглотил новый творческий коллектив, во-вторых, и мы занялись каждый своей самостоятельной работой. В дальнейшем тематика лаборатории непомерно разрослась и была разделена между множеством новых коллективов, ставших наследниками “Первой”.

Лучшие традиции Первой лаборатории – высокий научно-технический уровень, творческий запал и целевой настрой сотрудников, порядочность в отношении друг к другу – еще долго сохранялись и развивались в нашем коллективе. И в настоящее время дух первой лаборатории и ее блестящего начальника – Ю.Н.Соколова – продолжает витать в коллективе, хотя, к сожалению, находились люди, которым этот дух был ненавистен, они приложили много сил, чтобы развеять его.

Но в настоящее время коллектив возвращается к свободной творческой жизни. Это и является лучшей памятью о светлой личности Юрия Николаевича Соколова.

А.А. Зачепицкий

Овсяников Василий Иванович

Главный конструктор всемирно известной РЛС ЛЕНА (П-14) и радиолокационного комплекса ЛЕНА-М (П-70),

Зам. Главного конструктора РЛС П-10 и П-12

лауреат Сталинской премии (государственной 1952 г),

Ленинской премии (1960 г).

Награжден орденами Ленина (1971г.),

Трудового Красного Знамени (1968 г.), четырьмя медалями.

Воспоминания о Василии Ивановиче Овсяникове (и немного о себе)

В 1956 г. я поступил на работу в СКБ-197 (ныне ННИИРТ) и был привлечен к разработке аппаратуры СДЦ РЛС метрового диапазона волн П-14 («Лена»). Впоследствии меня познакомили с главным конструктором разработки, лауреатом Сталинской премии Овсяниковым Василием Ивановичем. Ему в то время было 42 года, а мне 26. Одет он был, мягко выражаясь, неважно, на голове проступила лысина, говорил неразборчиво, писал отвратительным подчерком. Кто-то в шутку рассказывал, что Василий Иванович, бывало, и сам не мог разобрать, что им написано. Тогда он шёл к Василию Алексеевичу Авдентову (Авдентов был в то время начальником СКБ, исключительно порядочным и деловым) и только тот мог разобрать его текст.

Василий Иванович был начальником антенной лаборатории. Кроме антенной техники Василия Ивановича интересовал широкий круг вопросов, в том числе помехозащищенность РЛС, которой я занимался. Мы сблизились и много времени уделяли обсуждению актуальных вопросов разработки П-14 и других общетехнических тем.

Василий Иванович любил подумать, это был трезвомыслящий, мудрый человек, обладавший огромным опытом, понимавшим потребности клиента – войск ПВО страны, и возможности промышленности.

Василий Иванович был простым, скромным и доступным человеком. Вокруг его стола в лаборатории «дым стоял коромыслом», сидел народ, решали множество замысловатых вопросов разработки РЛС. Это называлось «варить колун». Работа могла прерываться свежими анекдотами, какой-нибудь забавной байкой. «Колун» мог затянуться до глубокого вечера. А после этого можно было остаться и пообщаться с Василием Ивановичем лично на двоих-троих.

Как руководитель лаборатории, Василий Иванович был не очень требовательный, а старался помочь в сложных вопросах, он был снисходителен, умел простить даже недобросовестность.

РЛС П-14 отличалась от предыдущих станций значительно более высоким энергетическим потенциалом. По сравнению с П-12, которая находилась в то время в разработке, средняя мощность передатчика увеличивалась примерно в 10 раз и площадь антенны – в 5 раз. Потребность в РЛС с таким высоким энергетическим потенциалом вытекала из идеи создания над страной сплошного радиолокационного поля с минимальным числом радиолокационных позиций. С учётом огромной территории страны, наименее затратно эту идею можно было реализовать в метровом диапазоне волн.

Прорабатывалось 2 варианта построения антенны: ФАР на базе излучателей типа Уда-Яга (антенно-волновой канал) и зеркальный – параболоид вращения с горизонтальным размером 32 м и вертикальным – 11 м. На полигоне Орловские дворики, который был выбран Василием Ивановичем и создан по его инициативе, были развернуты макеты этих двух вариантов РЛС. По результатам технического проекта остановились на варианте с зеркальной антенной. Кстати, Василию Ивановичу принадлежит утверждение: «есть антенна – есть станция».

Зеркальная антенна подобных размеров в метровом диапазоне – это было новаторское решение, посильное двум неординарным личностям: Василию Ивановичу и конструктору «от Бога» – Глухих Рафаилу Михеевичу.

Другой особенностью РЛС П-14 была стационарность. РЛС располагалась в домике, это было очень удобно для эксплуатации, особенно в северных районах. В домике была печка, можно было не только согреть помещение, но и поджарить картошки и т.п. Да и в южных районах домик