Прогулка в одиночестве - Бентли Литтл

Значит ли это, что он обвинял Авиву в том, что произошло? Может и так, - но немного. И возможно, она тоже винила его. Встреча с Лесли ничего в лучшую сторону не изменит, но он подумал, что, по крайней мере, могла бы дать ему немного покоя.

Конечно, не было никаких причин думать, что Лесли вообще будет завтра в "Хранилище". Или здесь, в Бреа[22]. Когда она превратилась, это было в "Мейси" в Ньюпорт-Бич. Если она и появится где-нибудь, то, скорее всего, именно в том месте, где она обратилась. Но кто мог сказать наверняка? Может быть, она уже вернулась назад.

И может быть, он сумеет увлечь ее.

Привезти домой.

Это была настоящая причина, по которой он хотел идти. Это была нелепая идея, но это не означало, что она невозможна. Он не сможет жить с самим собой, если хотя бы не попытается.

Вот что он сказал Авиве, когда набрался смелости пойти в спальню и встретиться с ней лицом к лицу. Она ничего не понимала. Она била его, кричала на него, но не могла остановить, и в конце концов ее ужасающий гнев сменился испуганным горем при мысли, что она может потерять и его тоже.

- У меня иммунитет, - уверял он ее. - Ты же меня знаешь. Я ненавижу ходить по магазинам.

Ей пришлось признать, что это было правдой. Это немного ослабило ее страхи, но когда он попросил ее пойти с ним, она немедленно отвергла эту идею. У нее не было иммунитета. Она обожала ходить по магазинам. И она не хотела, чтобы ее тоже забрали.

Ужин был настолько приятным, насколько это было возможно в данных обстоятельствах, и все они рано легли спать. "Хранилище" открывался в пять, поэтому он поставил будильник на четыре. Прежде чем перевернуться на другой бок и заснуть, Авива коснулась его щеки и заглянула в глаза.

- Будь осторожен, - сказала она.

- Обязательно, - пообещал он.

- Держись подальше. Не подходи слишком близко.

- Не буду.

Авива глубоко вздохнула.

- И если ты ее увидишь…

- И что? - поторопил он.

- Я не знаю.

* * * *

Зак отвез их в "Хранилище" на своей машине. Он чувствовал себя довольно смелым, но его сердце бешено заколотилось, а ладони вспотели, когда он въехал на стоянку и увидел очередь. Солнце еще не взошло, на фоне черного неба лишь слегка посветлело на горизонте. Охранные огни освещали колонну людей, растянувшуюся от стеклянного фасада магазина за угол здания на боковую парковку.

Все выглядело именно так, как Авива описывала сцену в "Мейси".

Здесь также были дополнительные охранники, патрулирующие территорию, готовые реагировать на любые появляющиеся проблемы. Казалось, что их было достаточно, что если что-то... случится, они, пожалуй, смогут с этим справиться. Однако такой рациональный анализ не помог ему почувствовать себя лучше, потому что интуиция подсказывала, что никакое количество людей в форме не сможет остановить то, что случилось с Лесли.

Он остановил "Тойоту" на свободном месте. Все трое вышли из машины, обошли здание сбоку и стали в конец очереди. Прямо перед ними мужчина средних лет и его сын-подросток разрабатывали стратегию, как им первыми заполучить и новый мобильный телефон, и новый X-Box. Зак представил себе, как Авива и Лесли вели похожий разговор об одежде и обуви возле магазина "Мейси".

- Почему люди из Нью-Йорка говорят стоять в очереди "он лайн", а не "ин лайн"? - удивилась Кэт. - Особенно в наши дни, когда "он лайн" означает "онлайн" - в сети, как в компьютере.

- Мне это тоже всегда было любопытно, - признался Дональд. - Я хочу сказать, что мы здесь не стоим на очереди. Мы - это очередь. И мы стоим в очереди.

Разговор был бессмысленным, но Зак был благодарен и этому. Разговоры отвлекали его от мыслей о том, что будет дальше.

Через несколько мгновений очередь начала двигаться. Его пульс участился. Может быть, они рано открыли двери? Нет. Когда они завернули за угол, он увидел, что организованная очередь перед магазином распалась на бесформенную толпу, продвигающуюся к все еще закрытому входу и растущую по мере того, как она поглощала очередь людей, входивших в нее сзади. Его сердце бешено колотилось, но он двигался в ногу с мужчиной и мальчиком перед ним, пока очередь не разошлась, и все они рассредоточились, присоединившись к группе, разрастающейся перед входом в магазин. Давление сзади толкнуло его тело в заднюю часть стройной молодой женщины, которая сердито посмотрела на него через плечо. Он обернулся посмотреть кто давит на него, ожидая увидеть Дональда и Кэт, но их нигде не было видно, а позади него стояла пара пожилых толстых близнецов, чьи глаза, казалось, были загипнотизированы светящейся вывеской "Хранилище" на стене здания.

Все это начиналось не очень хорошо.

С чувством растущей паники он всматривался в лица в толпе в поисках Дональда и Кэт. Ни того, ни другого не было видно. Он бочком пробирался между прижатыми друг к другу телами, выкрикивая их имена.

- Кэт! Дональд! Кэт!

Внезапно они появились.

Как и описывала Авива, он почувствовал изменения в атмосфере, повышение температуры, как будто включили гигантский обогреватель. Он сразу понял, что происходит, и первым заметил их краем глаза - целеустремленное движение, рассекающее увеличивающуюся толпу. Один из них прошел мимо него, расталкивая локтями людей, высокий белокожий мужчина в длинном темном пальто, и Зак последовал за ним, скользя между парами, семьями и отдельными людьми, пока не оказался во главе толпы, лицом к освещенным дверям магазина.

Что-то изменилось в настроении толпы. Возбуждение превратилось в агрессию, предвкушение чего-то  более темного, гораздо более первобытного. Вокруг него не было слышно никаких разговоров, только ворчание и бессловесные возгласы. Кто-то ударил его кулаком в спину. Он ударил ногой позади себя, довольный тем, что его нога соприкоснулась с другой ногой, и подумал: Так тебе и надо, ублюдок!

Толпа надавливала вперед, а потом отпускала. Потом опять надавливала. А потом отпускала. Как будто он был на переднем крае живого, пульсирующего существа, единого существа, вдыхающего и выдыхающего, готового броситься вперед в тот момент, когда двери магазина откроются.

Шеренга служащих в зеленой униформе внутри освещенного магазина приблизилась к входу, отперла двери и открыла их.

Крики, приветствовавшие это действие, были оглушительны, и толпа, в едином порыве, хлынула, - десятки, а может быть, и сотни людей, соревнующихся за то, чтобы первыми войти в