Семь девиц для некроманта (СИ) - Либрем Альма

— Как только дамы покинут оранжерею. Не готов оставлять их здесь в одиночестве, — Бастиан шагнул к Айрис и прикоснулся к её руке. — Ты можешь идти сама?

Вопрос прозвучал очень тихо, так, чтобы другие не услышали.

— Да, — подтвердила Айрис.

Идти сама она однозначно могла. А вот могла ли соответствовать всем требованиям к леди — это другой вопрос, и Айри не решалась положительно на него ответить…

Кристиан явно сгорал от нетерпения. Ему хотелось сию же секунду увлечь Себастьяна за собой, какой бы ни была цель визита. Айрис, впрочем, заметила, что и Сюзетт не терпелось дождаться ухода своего брата и предполагаемого жениха. Выглядела она достаточно уверенно, наверное, полагала, что выиграет это испытание без особых усилий. Хильда насторожилась куда больше, но и она не особенно чего-то боялась. А вот Айрис стало не по себе, наверное, от бессилия и выброшенной в пустоту энергии. Сюзетт даже не соизволила поблагодарить, а стоило Кристиану закрыть за собой двери оранжереи, прошла мимо Айри и нарочно толкнула её плечом.

— Если ты думаешь, — произнесла Хильда своим льдистым, надменным голосом, — что дружба с некромантом, не говоря уж о чём-то другом, может привести к чему-то хорошему…

— Уж не ты ли рвалась его поцеловать? — усмехнулась Айрис. Её вдруг взяло зло — она, единственная реальная претендентка, способная стать живой, а не оживлённой женой некроманта, должна выслушивать чужие оскорбления. И чего ради? Чтобы кто-то потешил своё самолюбие? О том, что никакого мирного общения у них не получится, Айрис уже давно не сомневалась, но с каждым днём соперницы раздражали всё больше.

— Я испугалась, — отметила Хильда.

Циклиана, притворявшаяся мёртвой, всё ещё подчинялась Айрис, и девушка с трудом сдержала желание отправить вьющееся растение прямиком на горло ведьме. Как было бы славно её удушить…

Дален сжала зубы. Возможно, некроманты переходили на сторону зла потому, что в них было много силы, а вокруг — такое огромное количество раздражающих личностей? Они, возможно, сражались за собственную жизнь, вот и приходили к довольно печальным исходам! В любом случае, Айрис не собиралась подчиняться словам Хильды, а уж тем более — расстраиваться из-за того, что девушка сказала ей нечто дурное.

— Ты испугалась чего? — с вызовом поинтересовалась она. — Того, что едва своими же руками не убила Сюзетт? Ведь из нас троих ты одна одарённая. И, скажи на милость, сейчас циклиана по собственной воле пытается оплести мою ногу?

На самом деле, циклиана пыталась опутать Айрис по её собственному велению, но Хильде об этом знать было необязательно. Тем более, что де Ожелл вдруг осознала, что оказалась на грани гибели и, отбросив в сторону обманчиво милый облик леди, строила планы по выцарапыванию чужих глаз.

Айрис повернулась к девицам спиной и, гордо расправив плечи, зашагала прочь. Якобы руководимый столичной ведьмой стебель циклианы полз за нею, изредка оборачиваясь на ту, кто никогда не был ему хозяйкой. Листва покачивалась из стороны в сторону при каждом движении, и, если б Айрис была посторонней наблюдательницей, разбирающейся в хищных растениях, она обязательно подумала бы, что циклиана готовится к нападению. Но бояться некромантке было нечего — ведь это именно она руководила уже мёртвым стеблем.

На улице и без того вязкое, лишённое всяких мыслей сознание растения окаменело и вовсе, и Айрис досадливо отпустила его. А жаль, мог бы оказаться полезным союзником… И только зайдя в замок, она вдруг осознала, что только что сделала. Наверное, следовало бежать к Себастьяну, рассказывать о произошедшем, молить о помощи — ведь она даже не представляла себе, как можно управлять даром некроманта! Но, скорее всего, лорд Брайнер не смог бы дать ответ на интересующие Айри вопросы, а она сама чувствовала себя совершенно беспомощной. Спросить, что ли, леди Трау? Или Остина?

Но кот предпочитал не попадаться на глаза, хотя они вроде бы и не ссорились, а оживлённая вряд ли могла проконсультировать некроманта в его профессиональной области.

— Дедушка, почему ты так рано умер? — исступлённо глядя на свои руки, прошептала Айри. — Ведь ты так мог бы мне помочь! Научил бы! А я бы приняла твою науку…

Но дедушкины знания, доставшиеся огромному количеству чужих людей, были похоронены вместе с самим Арнимом, и Айрис чувствовала себя до жути одинокой в этом огромном замке, в котором намеревалась искать своё счастье. Да и всё, что казалось дома, теперь было таким далёким, что Айрис боялась о нём и вспоминать. Губернатор, пристававший к матушке, скрылся за пеленой местных проблем, сама Арника не могла написать своей дочери, ведь замок лорда Брайнера был защищён, чтобы никто не сумел проникнуть и проведать какую-нибудь секретную информацию.

Айри подобрала юбки и зашагала вверх по ступеням. Ноги у неё подкашивались от усталости, но мысль о том, что уже вечером будет какое-то испытание, не покидала девушку. Лорд Себастьян вздумал искать настоящую леди, подумать только! Или это выдумка Кристиана?

Скорее всего, ведь Бастиан не особенно обрадовался его сообщению. Может, де Ожелл пытался как-нибудь поднять повыше свою сестру в глазах друга? Если они вообще были такими друзьями, как об этом говорили…

— Госпожа? Почему ты столь гр-р-рустна? Мне выр-р-рвать этому некр-р-романту кадык? — деловито поинтересовалась с верхней ступеньки леди Трау. — Госпожа! Ты выглядишь очень уставшей!

Айрис с таким облегчением опёрлась о протянутую костлявую руку, что даже глупый догадался бы о том, как ей плохо. Милена же не была глупой, потому приобняла свою госпожу за талию и осторожно помогла ей подняться. Она отлично ориентировалась в замке, потому выбирала самый короткий путь, а Айрис просто повиновалась воле оживлённой — пускай сама определяет, что делать.

— Он хочет устроить какое-то испытание для леди, — прошептала устало девушка, когда они наконец-то оказались за закрытой дверью в её комнатке, а значит, в безопасности. — А я — ни капельки не леди. Мы были обычными мещанами…

Леди Трау хмыкнула.

— Главное, что у тебя добр-р-рое сер-р-рдце! — сообщила она, усаживая Айрис на пуфик. — И живой, подвижный ум! Вот что выделяет тебя в глазах каждого некр-р-романта. Они любят смышлёных бар-р-рышень, — здесь опять должно было случиться что-то вроде подмигивания, и Айрис даже обратила внимание на лицо леди Трау, но та, разумеется, не обладала живой мимикой. Вообще, она и так вела себя слишком активно, как для обыкновенного скелета.

— Мой живой и подвижный ум нисколечко не будет волновать тех, кто попытается оценить мои манеры, — отметила Айрис. — А де Ожелл прибыл именно для этого. Не сомневаюсь, он сделает всё, чтобы именно Сюзетт вышла замуж за его друга.

— Де Ожелл не дур-р-рак, и навер-р-рняка Себастьян поделился с ним своими пр-р-роблемами относительно девиц! — фыркнула леди Трау. — А ты будешь самой пр-р-рекр-р-расной леди на этом балу, уж повер-р-рь моему опыту. Я умею пр-р-риводить бар-р-рышень в пор-р-рядок.

— Ну, Дару-то мне точно не перебить.

Леди Трау щёлкнула зубами, явно представляя себе, как перекусывает горло Дараэллы. Хотя Айрис и не желала зла горной ведьме, порой лёгкая зависть, невольно мелькавшая в её мыслях, передавалась и оживлённой, а в той — вспыхивала с удвоенной силой.

— Дар-р-раэлла не так пр-р-роста, — согласилась леди Трау. — Но, как мне показалось, ей незачем Бр-р-райнер-р-р. Она подыщет себе др-р-ругой вар-р-риант! А значит, вы не конкур-р-рентки и можете даже подр-р-ружиться. Что же касается остальных, то особой кр-р-расоты мой опытный глаз в них не видит!

Айрис могла бы и поспорить, но с леди Трау это всегда было бесполезно. Она не успела сказать ни слова, а скелет уже рылся в гардеробе в поиске какого-нибудь подходящего к случаю платья. Там было всё чёрное, и Айри невольно скривилась. На празднике, вероятно, все они будут выглядеть одинаково, а Сюзетт наденет какое-нибудь очень дорогое платье, привезённое братом, и перещеголяет в нём всех, даже Дараэллу! Впрочем, нет, с её бледной, неинтересной внешностью Дараэллу переиграть точно не получится.