Варела - Игорь Валентинович Денисенко

позавидовал. К коньяку он был равнодушен, а вот сырокопчености всякие очень любил.

Старший неторопливо в благодушном расположении духа сличал документы по описи, а потом вдруг спросил:

— Что лейтенант, жалеешь, что клиента твоего забираем?

— Да как сказать, — растерялся Сергей, — не особо…

— А что так? Не нравился он тебе?

— Да я толком знаком не был… Видел то всего один раз. Недавно дело веду… вел точнее.

— И как личные впечатления? Что он за человек?

— Тяжело сказать, — замялся Краевский, — Вроде простой в общении, но очень не простой по сути…

— Люди в большинстве своем такие, — кивнул старший, — Каждый не тот, что из себя изображает. Ладно, тут вижу, по описи всё сходится…

Он поднялся со стола и, взяв шариковую ручку Сергея, расписался в двух экземплярах размашистой уверенной росписью. Один экземпляр оставил на столе, а второй сложил вчетверо и сунул во внутренний карман пиджака.

— Ну, давай лейтенант, счастливо оставаться, хорошей тебе службы! — протянул руку.

Краевский пожал.

Младшему пожать руку не получилось, тот уже с двумя стопками документов подмышками стоял у дверей.

* * *

Как бы ни торопился капитан, но естественные потребности организма никакие приказы отметить не в силах, ни капитанские, ни генеральские. Разошлись мы по кустам. Сижу, и любуюсь красотами природы. И понимаю, что это Оно. Вроде ничего инопланетного, но точно Оно. Казалось бы, что необычного в обычном грибе рыжике? Но я никогда не видел рыжик размером с колесо от Камаза. Говорить сразу не стал, а только когда завершил процесс.

— Слышь, Федотов, я тут кое-что углядел необычное, как ты и говорил…, - произнес я задумчиво.

— Где?

— Иди сюда, посмотри…

— Хм… Так это гриб!

— Может, возьмем с собой? Засолим.

— Шуточки! — фыркнул капитан.

— Ну как хочешь, а я посмотрю….

И я пошел до гриба.

— Стой! Не трогай руками! Веткой коснись сначала…

— Так точно, — согласился я, и, подобрав с земли сухую ветку, коснулся гриба. Вот сейчас рыжик внезапно отрастит зубы, и вцепиться в ветку, как собака. Но ничего подобного не произошло. Даже жалко. Я ткнул сильнее. А потом, вытащив из ножен штык-нож, попытался подрезать ножку. Коротковат штык, для такой ножки. Пришлось удовольствоваться куском гриба, полоснув по шляпке. Хорошая твердая мякоть без единого следа червячков и пахнет приятно.

Жаль, телефона с собой нет, сфоткать эту красоту! А ведь я обещал жене звонить каждый день. Телефон отобрали. Нельзя с собой. Да и толку от него тут все равно не было. До ближайшей вышки сотовой связи, как до Китая.

— Хорош грибы нюхать! Бегом!

Прервал мои размышления черствый Федотов.

— Слушай, Федотов, ты чего такой злой как собака? У тебя мама — папа был?

— Приказ надо выполнять! Мы время теряем!

— Понятно. Орать то зачем? Тебя не смущает, что я в отцы тебе гожусь?!

— Ты мой подчиненный! И я за тебя и выполнение приказа отвечаю в первую очередь! Отец мне тут нашелся!

— Пусть не отец! Пусть приказ! Но человеком нужно оставаться всегда! При любых обстоятельствах!

Так мы закончили обычную перебранку, и рысью двинулись в направлении, что указывал капитан. А потом, когда немного пробежавшись, перешли на шаг, капитан произнес как бы в сторону, а не мне:

— Мой отец, когда я учился в колледже, нашел меня в общаге, избил, и отобрал все деньги, что мать присылала… Больше я его не видел.

* * *

Лейтенант Краевский проводив гостей до авто, пошел к Кудряшову, раздумывая, как бы отпроситься, или взять отгул за работу в выходные, чтобы сгонять в аэропорт. О том, что Колдуна забрали, американский шпион вряд ли успел узнать и наверняка будет ждать того в аэропорту. Вдруг Сергей сможет агента опознать? Вдруг это кто-то знакомый? И самое главное спросить на счет отгула ненавязчиво, как бы между прочим, Ведь он только что остался без дела в буквальном смысле слова. И главный предлог зайти, спросить: чем ему теперь заниматься?

В приемной Надежда Константиновна опрокинула все планы, Кудряшов отбыл в неизвестном направлении. Краевский пожал плечами. Так может даже лучше. Выйдя с работы, он отправился на автобусную остановку, чтобы на десятом маршруте доехать до аэропорта. Это даже хорошо, что слишком рано. Он может засесть заранее в удобном месте, и потихоньку фотографировать всех входящих в здание. А там по фото в поиске, можно будет опознать большую часть тех, кто заходил в аэропорт, и, отсеяв, найти с кем может быть знаком Колдун.

* * *

Вскорости, нам под ногами стали попадаться кости. Белые кости. Большие. Некоторые с кусками гнилой плоти. Встречающиеся рогатые черепа, без слов поясняли, чьи это кости.

Коровы в деревне раньше были. И надо полагать скоро должна была появиться сама деревня Черемша, как заметил я название на карте капитана. И когда просвет за деревьями стал светлеть, по спине Федотова я заметил, как он напрягся.

— Сейчас пойдем медленно и тихо. Старайся не шуметь, — произнес он, не оглядываясь на меня.

— Звери? — спросил я.

— Всякое….

Мы пошли, не торопясь, и я искренне этому радовался. Сначала радовался, что не меня сожрали звери, потом, что не замерз на дереве, затем радовался пробежке, что наконец согрелся после ночи, а теперь вот радуюсь тому, что не надо бежать, высунув язык, а можно спокойно идти, и почти отдыхать. Не жизнь у меня, а сплошная полоса радости.

Но самое главное, чему я в тайне радовался деревне — это здания, сеновалы, стайки, дома, — это стены и двери, которые можно открыть.

— Всякое это что? Призраки?

— Не… призраки они там, у второго ручья могли быть ….,- отмахнулся капитан, а потом встрепенулся, — Откуда про призраков знаешь?

— Догадался, — ответил я, — кто-то в них неудачно камнями бросался…

— Это Бутылка…. Коля Бутылкин был… Не повезло ему.

— А у деревни сейчас чего опасаться?

— Засады, — ответил Федотов и замолчал.

Мы вышли на открытое пространство и остановились. Перед нами было желтое не скошенное поле, с рыжей как у лисы подпалиной. А там, за полем черной полосой виднелась дорога. За дорогой, на фоне зеленого хвойного леса черные покосившиеся дома, с укором смотрели на нас мертвыми провалами окон.

Глава 9

Фото охота устроенная Краевским в аэропорту проходила планово. Спрятавшись на сиденье в зале ожидания, справа от входа за искусственной пальмой в большом горшке, он методично снимал входящих. Просто изображая одного из сотни клиентов увлеченно ковыряющихся в телефоне. Особо на чудо, что он узнает кого-то, он уже не рассчитывал, но надеялся, что методичность и тщательность проведенной операции даст результат