Маленький кусочек рая - Тревор А. Уильямс

стремительно, в немалой степени и потому, что сама еще до конца не решила, стоит ли превращать лучшего друга в бойфренда. Да и вообще, возможно ли это? На самом ли деле она этого хочет? Да, когда он вышел из вокзала, она действительно ощутила в груди теплое чувство к нему, но судить о характере этого чувства было ой как трудно. Пока же Софи могла лишь твердо сказать, что ей просто приятно его видеть, но не более того.

Пунктуальный Дарио явился ровно в семь и, обменявшись приветствиями с Софи и Крисом, повел Рэйчел обедать. Софи с Крисом еще поболтали немного, в основном о том, что с ними происходило за последние несколько недель с тех пор, как они виделись. Потом Софи посмотрела на часы:

– Я собиралась сама приготовить тебе ужин сегодня вечером, но потом подумала, что ты, возможно, предпочтешь настоящую итальянскую еду.

– Мне все равно, Соф, честное слово.

– В Парадизо есть ресторан, просто супер, и мы могли бы поесть там… Но прежде чем ты что-то скажешь, скажу я: эти выходные я беру на себя, а тебе хочу сказать большое спасибо за все, что ты для меня сделал.

Нет нужды говорить о том, что платить он ей сначала не позволил, но Софи была кремень и настояла на своем, сказав, что она очень хочет это сделать теперь, когда она не платит за жилье и у нее есть для этого средства. Он уступил, хотя и с большой неохотой, а потом они поехали вверх по склону холма. Когда забрались повыше, он был поражен красотой открывшейся перед ним панорамы, а когда машина с хрустом гравия под колесами остановилась перед замком, увидев его вытаращенные глаза и почти благоговейное восхищение, она чуть не расхохоталась.

– Вот это да! – изумленно проговорил он, вылезая из машины и озираясь по сторонам. – Я попытался разглядеть его на сайте «Планета Земля», но съемка со спутника не дает правильного впечатления. Да-а, в таком замке обязательно должна жить какая-нибудь принцесса.

– Как странно, что тебе пришло это в голову. Вообще-то, этот замок действительно станет у меня местом, где когда-то жили две принцессы.

Он достал из багажника свою сумку, и она повела его вверх по ступеням к парадному входу, на ходу рассказывая о том, что хочет написать роман. Он, как и всегда, горячо поддержал эту задумку:

– Блестящая мысль. Сколько раз я тебе говорил: вот чем ты должна заниматься. И какое роскошное место для настоящего романа!

Она проводила Криса до его комнаты и оставила переодеться во что-нибудь полегче, а сама с Дживсом отправилась в сад немного прогуляться. Вернувшись через черный ход, нашла Криса уже в шортах и футболке, он с любопытством разглядывал кучу хлама, который она спустила с верхнего этажа. Софи, конечно, не могла не обратить внимания на его довольно приличные бицепсы, а также крепкие мышцы ног – уже это одно серьезно усилило ее влечение к нему.

– С чего это ты вдруг стал проявлять такой интерес ко всякому хламу, а, Крис? – спросила она. – Хочешь сменить профессию, заняться переработкой отходов?

– Хламу? Да у тебя тут валяются потрясающие вещи. Вот, например, посмотри. – Он держал в руках пыльный, изъеденный жучком деревянный ящик с дюжиной старых виниловых пластинок, которые Софи без малейших колебаний обрекла валяться на свалке. – Надо бы уточнить существующие рыночные цены, но некоторые из этих пластинок почти наверняка стоят до сотни фунтов стерлингов каждая.

Он достал одну из них, чуть ли не благоговейно вытер о свои шорты.

– Смотри, это же группа «Пинк Флойд», диск «The Piper at the Gates of Dawn». Один такой в прошлом году мы продали на аукционе, если мне память не изменяет, сотни за две фунтов.

Он поднял голову, с восторгом глядя на нее.

– Обалдеть! Если у тебя тут еще есть такие, то ты сидишь на золотой жиле.

Софи очень удивилась.

– Если честно, – сказала она, – я и сама толком не знаю, что тут у нас есть. Нам предписано избавиться от хлама в верхних помещениях, а я только начала.

– Если хочешь, я тоже посмотрю. Точнее, у меня уже руки чешутся.

– Спасибо, конечно… Но тогда для тебя это будет не отдых, а работа.

– Чепуха. Говорю же, я очень хочу посмотреть. Люди моей профессии спят и видят возможность поковыряться на чердаке какого-нибудь старого замка, – сказал он и сверкнул зубами. – Ладно, ладно, я знаю, мои мечты для тебя – материя скучная.

– Ну хорошо, если ты так хочешь, смотри, только давай отложим это на завтра. А сегодня ты весь мой, и я хочу тебя угостить прекрасным обедом.

На этот раз она намеренно выбрала «меню гастрономико» для обоих, и все, как и следовало ожидать, было на редкость вкусным, хотя еды оказалось так много, что всего ей просто физически было не съесть. К кушаньям, в качестве особого лакомства, она попросила бутылку гриньолино, слегка игристого светло-красного вина из расположенного неподалеку Пьемонта. Вместе с уже знакомой ей закуской антипасто, включая омлет, им подали блюдо со свежими морепродуктами, начиная от мидий и кончая морскими гребешками, и с целой горой очищенного и приправленного крабового мяса посередине. За этим последовало не менее четырех видов пасты, причем не на выбор, разные сорта пасты подавали по очереди, один сорт за другим, и закончилось все бифштексом на косточке с таким ароматным запахом, что сидящий под столиком Дживс сразу пустил слюну. Потом явился богатый выбор десертов, но к этому времени Софи уже казалось, что еще немного – и она просто лопнет. Кроме того, Софи почувствовала, что настал момент, которого она страшно боялась: нужно было как-то выведать, как к ней относится Крис, считает ли ее не просто близким другом, а чем-то большим, а также, наоборот, прояснить для себя свои чувства.

Однако не успела она запустить пробный шар, как над ней прозвучал знакомый голос:

– Привет, Софи, buon appetito[17].

Она едва ли не в замешательстве подняла голову. До того как Дэн рассказал ей о своей знакомой из Штатов, которую сам называл своим лучшим другом, ее очень влекло к нему, а сейчас вот она тут сидит с другим мужчиной.

– Привет, Дэн, – борясь со смущением, а заодно и отрыжкой, торопливо поздоровалась она. – Вернулся из Рима?

– Только что вышел из машины, буквально. Надеюсь, еще успею что-нибудь здесь перехватить.

Не успел он это сказать, как перед ними возникла пожилая женщина – имя ее Софи было уже известно, ее звали Кармела – и