Зеленая кухня, или Самый опасный рецепт - Лариса Петровичева

— Конечно! Ему для питания нужны лишь силы невинных дев. А та дева была уже не девой… и ее нашли возле пруда. Живую.

— Утешает, — хмуро сказал я. — Будем надеяться…

Перед нами будто качнулся призрачный занавес, поднимаясь над сценой. Воздух сделался текучим, словно над костром — Бертран бросил еще пригоршню своих искр, они сгустились в толстую нить, и я увидел, как она оплетает чье-то запястье.

— Джейн! — воскликнул я, бросившись к ней. Бертран дернул за нить, и Джейн почти рухнула мне в руки. Живая, здоровая, нисколько не испугавшаяся — я взял ее лицо в ладони, всматриваясь в каждую черточку в поисках плохого, что могло с ней случиться.

Если этот лешак причинил ей вред, то я сам разорву его двумя березами.

— Аррен! — выдохнула Джейн и улыбнулась. С ней все было в порядке — на меня нахлынуло такое облегчение, что я едва не взлетел в воздух, как бумажный фонарик.

— Жива, — прошептал я, обняв ее. Бертран усмехнулся: мол, я же говорил, что все будет в порядке.

— Жива, но ничего не узнала, — вздохнула Джейн. — Байн-биин-адаар говорил со мной, он все видел, но он воспринимает людей по-своему. Мы для него как деревья, молодая поросль. Он сказал, что камень метнул молодой дубок.

— Потом поищем дубки, — произнес я и, отстранив Джейн от себя, задал ей тот единственный вопрос, который имел значение. — Джейн Холифилд, ты выйдешь за меня замуж?

Глава 10

Джейн

Мы с сестрами читали разные романы о любви, но ни в одном из них герой не делал предложения руки и сердца посреди леса. Я замерла, глядя на Аррена, не в силах поверить, что он сказал именно то, что я услышала.

Выйти замуж?

После того, что случилось в мою первую брачную ночь, после того, как Аррен вытащил меня из реки, я не думала ни о каком новом замужестве. Кто вообще настолько отважен и глуп, чтобы взять в жены женщину с моей репутацией? Но Аррен смотрел на меня с нежностью и теплом, и становилось ясно: единственная глупая здесь — это я.

Потому что любовь пришла к нам, как весенний ветер, и вымела из нас прочь все, что было в прошлом. Все, что мучило и раздирало душу, ушло без оглядки. Прежние страхи не имели значения, прежняя боль уже не ранила.

Это была любовь — не буря, которая помрачает рассудок, не огонь, который сжигает дотла. Это был весенний ветер на берегу реки.

— Джейн? — окликнул Аррен, словно испугался моего слишком долгого молчания и решил, что я отвечу отказом. Но как тут вообще можно отказаться?

— Да, — ответила я и поняла, что сейчас разревусь и рассмеюсь одновременно. — Да, Аррен, я согласна. Как бы я вообще могла ответить тебе “Нет”?

Мы снова обнялись и какое-то время стояли на тропе просто так. Бертран держался в стороне — потом он шагнул к нам и произнес:

— Господа, может, все же вернемся в поселок? Комары начинают одолевать.

Он был прав: комар уже успел цапнуть меня за руку. Аррен улыбнулся, кивнул, и мы пошли по тропинке в сторону Кассулантинена. Теперь лес казался мне совсем другим: я смотрела на деревья и видела живых существ, таких же, как и мы, люди. Я видела все так же, как видел байн-биин-адаар — все деревья, всех людей, все минувшие и грядущие дни. С каждым шагом это волшебное чувство принадлежности ко всем живым существам во всех эпохах угасало, но я знала, что в глубине души оно всегда останется со мной.

Я всегда смогу вернуться.

— Бертран, вы будете нашим свидетелем? — спросил Аррен. Инквизитор даже запнулся о какой-то корень от неожиданности, но ответил:

— Конечно. Это честь для меня.

— Нам ведь не запрещено жениться? — уточнил Аррен. — Его величество не оставлял комментариев на этот счет?

— Ни малейших, — сказал Бертран, и мы с Арреном дружно вздохнули. Отлично.

— Тогда идем в церковь, — решительно произнес Аррен. Я остановилась на тропе и удивленно посмотрела на него.

— Вот так, не заходя домой? Там вообще-то сейчас мертвец лежит, — напомнила я. Только сейчас мы вспомнили о Марти и о том, что весь поселок прячется по домам, боясь мести заложного покойника. Вряд ли священник нас обвенчает.

— Да, вы как-то не подумали о том, что поселок готовится к похоронам, — сказал Бертран. — Вашу свадьбу вряд ли поймут правильно. Не думаю, что вам нужны проблемы с местными.

Аррен угрюмо кивнул, понимая, что обитатели Кассулантинена не обрадуются нашей свадьбе в такое время. Я сжала его руку и ободряюще улыбнулась.

— Я ведь уже сказала тебе “да”. Поженимся, когда убийца будет найден.

Поселок встретил нас угрюмым молчанием. Жители прятались в домах, лишь самые смелые мужчины и женщины выбрались в лавку: мы зашли туда как раз в разгар оживленной беседы.

— Кекка говорила, что мертвец сегодня пробежал по ее огороду! — говорила немолодая женщина, фигурой похожая на елочный шар. Черноусый приказчик протянул ей коробочку с кофе и покачал головой. Мужчина, придирчиво выбиравший табак из целых трех образцов на витрине, заметил:

— Это все из-за того, что он ищет своего убийцу. Ему башку-то сзади проломили, он не видел, кто камень кидал. Теперь вот носится, вынюхивает.

Женщина с кофе покачала головой и заметила:

— Вот грешно так про покойников говорить, но как был Марти дрянь при жизни, так и после смерти дрянью остался. Я заглянула к куме Оликке, так она носу из дому не высовывает! Утром услышала какой-то шум в птичнике, куры расквохтались, петух орал дурниной! Ясное дело, Марти туда забирался. Он Оликку терпеть не мог, она его малого за уши оттаскала.

— Может, хорек залез? — предположил другой покупатель, крепкий солидный мужчина с седеющей бородой. Он был похож на школьного учителя — такие темно-серые недорогие костюмы из плотной ткани носят только учителя.

— Ох, господин Харви, не в хорьке дело! — махнула рукой женщина с кофе. — Нечистая сила так и шастает. Какие времена, какие времена пошли тяжелые!

Господин Харви забрал у приказчика бумажный пакет со своими покупками и направился к выходу. Мы поздоровались, мужчины обменялись рукопожатиями, и Харви пошел по своим делам. Женщина с кофе продолжила рассказ о том, как обнаглел покойник и кому уже успел навредить с того света. Аррен осторожно потянул нас с Бертраном в сторону, подальше от любопытных ушей, и негромко спросил:

— Видели? Маленький значок у него на лацкане.

Я не обратила внимания, но Бертран сразу же кивнул.

— Видел. Дубовый