Курсант: Назад в СССР 13 - Рафаэль Дамиров

где сидел и с кем пришел… Только женщин подозрительных не было. Все они выпивали и танцевали…

— Ясно… жаль… — я задумчиво прикусил губу.

— Погодите! — Артемий хлопнул себя по широкому лбу. — Вспомнил! Был там один тип странный…

Уже интереснее.

— Рассказывай. Кто такой, как выглядел?

— Да не знаю. Как он выглядел, не запомнил я. Только разглядел, что худой он, как жердь.

— Худой, говоришь? — обрадовался я, но виду всё-таки старался не подавать — надо держать этого тамаду в тонусе. — А морда? Морду опиши!

— Эх… Не видел. Он так быстро выскочил из гостиницы. Будто от бешенной собаки спасался. А потом шмыг в машину — и по газам! Я как раз на крыльце стоял, с дамой курил. Еще удивился тогда, куда это товарищ с праздника так торопится? И нетрезвый за руль садится. От стола же прямиком. Хотя он, может, и не со свадьбы выбежал, а из гостиницы. Крыльцо-то у нас общее… Но все одно, не пойму, куда можно так нестись поздним вечером сломя голову?

— Во что одет? Марка и номер машины! — с надеждой выдавал я вопросы. — Давай, Тёма, вспоминай!

— Костюм, вроде. Пиджак, брюки, как и у всех в тот вечер. Я же не запоминал тогда. А номер машины в жисть не запомню. Не имею такой шпионской привычки.

— Марка какая?

— Марка обычная. Жигуль какой-то ночного цвета. Может, светлый, а может, темный. Не разглядывал я шибко, товарищ майор.

Теперь моё звание он произнёс с совсем другой интонацией.

— Плохо, Тёма, плохо… — вздохнул я, но понимал, что предъявить ему нечего. Никто в обыденной жизни не имеет привычки запоминать номера машин, если это только не бзик какой-нибудь. Был у меня знакомый, в том времени, ему все время казалось, что за ним следят. Так он помнил наизусть номера всех дворовых машин. И всегда обращал внимание на «чужие» тачки, въезжающие во двор, где он жил. И их номера пытался запомнить. Сейчас я очень жалел, что Артемий не из таких.

— Постойте, — вдруг вывел меня из размышлений ловелас. — Так я же фоткался на фоне той машины… и номер мог зацепить.

— Так что ж ты раньше молчал? Где фото?

Иногда я ловил себя на том, что задавал вопросы как бы из двадцать первого века. Будто свадебный ходок мог сейчас вытащить из кармана смартфон и быстренько показать мне снимок.

— Нету… — развел руками Артемий. — Не осталось у меня.

— Как нету? — уже с раздражением произнес я. — На хрена тогда было вообще фоткаться? И кто тебя фотографировал? Фотограф, нанятый в ателье?

Правда, его кадры я видел, но мало ли, может, на печать не всё с плёнки пошло?

— Нет, — замотал головой бухгалтер. — Я там с женщиной фотографировался. Попросил одного Винни-Пуха щелкнуть нас. Он с «Зенитом» ходил, пощёлкивал незаметненько народ.

— Мать наша Родина! Какой еще Винни-Пух⁈ С фотоаппаратом ходил? Ты ничего не путаешь? Фотограф с ателье — сутул и поджар, на водке вспоен, закуску не уважал, и совсем на пухлого не был похож.

— Уверен. Тот тоже не пухлый. Статный и солидный. Как я почти, только пошире маленько. И помоложе. Прямо как я десять лет назад.

— А с кем он пришел? С кем общался?

— Так с вами и пришел. Вас и обнимал, и поздравлял.

— Тьфу ты! Это который в пиджаке кремовом был? Алексей Катков?

— Ну, имени я не знаю, — хмыкнул Артемий, — а пиджак, вроде, кремовый, ага… На глину выцветшую похож. Ну или на песок на мокрый, когда поссышь на него.

— Значит, говоришь, — прервал я его, — он тебя фотографировал с этой машиной, на которой потом Сухой уехал?

— Кто уехал?

— Худой, который бегом убегал.

— Ну да… Только не прямо с машиной, конечно, просто она позади стояла. Сбоку чуток, я потому и запомнил. Аккурат номерок мог в кадр попасть.

— Спасибо, Тёма! — я радостно тряс широкую ладонь свадебного гуляки. — Ты не представляешь, как ты мне помог.

— Чего-сь случилось-то? — недоумевал тот. — Что этот ваш Сухой натворил? Стырил чего? Или обидел кого?

— А это уже не твоего ума дело. Свободен, товарищ Котлов. Домой топай.

— Не хочу я домой, Андрей… Можно еще на свадебке погуляю? Женщины уже в кондиции — три раза «горько» кричали.

— Черт с тобой, — разрешил я. — Иди, веселись… Только девчонку эту, — я кивнул на пустой диван. — Я у тебя забираю.

— Наташеньку? Да бери, тута знаешь сколько таких самоваров. И без нее хватает.

— Настеньку, вообще-то.

— Ну да, конечно… — многозначительно подмигнул Артемий. — Она девка огонь. Ты не смотри, что мелкая. Такое вытворяет… Ух!

— Мне не для «ух». Ты не понял. Это подруга моей жены…

— А-а, — разочарованно протянул Артемий. — Не повезло тебе, бывает. Ксати… а что ты здесь делаешь? Это свадьба твоих знакомых?

— Типа того, — отмахнулся, вышел из кондейки и выставил оттуда Артемия. Прикрыл дверь. Спустился вниз уже без приключений. После многочисленных возлияний гости уже забыли про потасовку и были увлечены застольем, в центре которого жених пил из туфли невесты.

Вышел на крыльцо, задумался. А Катков не говорил мне, что фотографировал у меня на свадьбе. И я этого как-то не заметил. Странно… Зачем он втихаря это делал?

Неприятные подозрения всколыхнули фантазию. Я быстренько подавил ненужные и лишние мысли. Нет… Лёха свой… В доску свой. Не мог он меня предать. Или я чего-то не знаю? Завтра же позвоню на работу, в Москву, и поговорю с ним. Черт! Нет. Не могу ждать. Сейчас до дома доберусь и закажу переговоры с Москвой. На домашний ему звякну. Разбужу. Не хрен спать, когда я его подозреваю в нехорошем.

С такими невеселыми мыслями я дотопал до отцовской «Волги» (на мерине на дело не поехал, чтобы лишний раз не отсвечивать). Возле машины стояли Быков и Настя. О чем-то мило беседовали.

— Андрюха! — воскликнул друг, завидев меня. — Ну что? Не наш клиент?

Он хитро хихикнул, показывая, что уже все знает.

— Не наш… Но это хорошо, что мы на него вышли. Он мне отличную зацепку дал. А вот благодаря некоторым, — я осуждающе посмотрел на Настю.