Попадос и два ствола 3 (СИ) - Андрей Мороз

С востока быстрый подход не слишком, но все же, затруднен, совсем неглубоким овражком, а на юге место будущего ночлега и возможного боя — прикрыто невысоким холмом. Очень кстати он здесь торчит. Размести там выносной пост с пулеметом и господствуй над местностью. Причем, садить часового на высоту надо демонстративно, чтобы потенциальный противник не решил там же своих стрелков разместить. С этой горки они нам всю территорию стоянки на раз прострелят.

В рощу втягивается ядро группы. Обнаружив присутствие Леонида, девчонки начинают свои неизбежные «охи» и «ахи». Услышав об острове, Олег становится похож на насупленного гиппопотама, страдающего запором. Даже сообщение о группе непонятных незнакомцев его не слишком-то цепляет. Завхоз лишь отмахивается от него, как от комара, мол: «Какая чепуха! Отобьемся»!

Усмехаюсь. Дай ему волю, он бы уже пятками в направлении малой родины сверкал. Ни одна банда не угналась бы!

Полевой командир распоряжается — никому не разбредаться.

А то, вдруг, неизвестные захотят «языка» взять. Хотя вряд ли — не станут они нас заранее тревожить.

Озадачив ничего не понимающих «гражданских», устройством места для ночевки, устраиваем военный совет прямо на ногах.

Решаем, что стоит исходить из того, что хотя бы один-два ПНВ у загадочных незнакомцев, скорее всего, имеются. В темноте лучше не пытаться разделить отряд.

Зато, пока огни костров горят поярче — в «ночники» не слишком-то и попялишься, так что двум или трем нашим бойцам, вполне можно порскнуть в сторону и растворится в ночи.

Ну, а дальше — обойти стоянку неизвестных с тыла и ударить на опережение. Вряд ли они особенно чего-то опасаются и на ночь выставят усиленное охранение. Голая психология — ведь сейчас они охотники, ну а мы жертвы. Ну, это они, скорее всего, так считают.

Второй вариант — если враги все-таки успеют напасть раньше, чем наши диверсанты доберутся до их позиции, значит придется ударить им по хвостам.

Так что, накидаем хворосту в костры побольше и помогай нам здешние боги!

Призывно машу рукой «глухонемому индусу», который все это время тупо ерзает глазами по сторонам и выглядит мало того, что совсем несчастным, так еще и ограниченно разумным. Причем, очень ограниченно. Укрывшись от взглядов непосвященных, надеваем переговорные устройства и я коротенько ввожу инопланетянина в курс дела.

Ракаар без колебаний вызывается идти в группе, которая ударит по потенциальному противнику на опережение. Аргументирует своей прошлой службой в полевой разведке и имеющимся опытом в подобных операциях.

Посоветовавшись с Витей, соглашаюсь. А какие могут быть возражения? Парень он ловкий, да и его трещотка, если все-таки придется стрелять — возможно не сразу вызовет боевую тревогу и даст всем остальным пару дополнительных мгновений для решающего броска.

Мир уже окутывают недлинные здешние сумерки. Однако стартовать пока рановато. Сидим себе, беседуем. Хоть мы и частично прикрыты стволами деревьев — кажется будто находимся на сцене или на витрине. Ощущения не из самых позитивных. Нервирует.

Что же за полоса такая пошла?

Впрочем, а разве она когда кончалась? С первого дня здесь — жизнь не в меру бодрая. Не заскучаешь.

Вот теперь есть время разузнать подробности об острове.

Оставшись в одиночестве, после нашей эвакуации, мужичок слонялся вокруг запасов алкоголя, аки призрак старого лорда, категорически не желающий покидать замок, где он был коварно умерщвлен на собственном ложе, алчными и подлыми наследниками. Выпивал и немного закусывал. На том, что закусывал совсем скромно, почти символически — это не я придумал, а он сам акцент в своем рассказе сделал.

И все было прекрасно и почти идиллически. Война бушевала себе где-то далеко, а на острове было запасено достаточно этилового счастья и тихо, как в раю…

Так хорошо и благостно ему, наверное, никогда в жизни не было…

А потом пришли они!

Захватчики и погубители тихого Лениного счастья!

— Ну, они сказали, что война закончилась. Я обрадовался, а эти уроды решили остаться, а меня вместо дворника и убощика решили держать. И даже не наливали. А еще у меня, как раз бражка поспела — перегонять пора. Так эти твари её всю за вечер выдули! — Леонид оглядывает присутствующих глазами, потемневшими от горя и человеческой подлости.

— А что ты, в «общак»-то за синькой не нырял, что ли? — недоверчиво прищуривается Жорик второй.

— Было дело. Не скрою. Прикладывался, — сознается Леонид с достоинством принца королевской крови, застуканного дворецким в момент секса с горничной, — Немного... В общем, я лодку дернул, еще кое-чего по мелочи и ночью свалил. Подумал, раз война закончилась — вы так и так скоро вернетесь, вот и пошел навстречу.

— Лодка где?

— Так спрятал. Не найдут.

— Да уж. Такого льва в клетке не удержишь. Красавчик, — подмигивает алкострадальцу Виктор, — Ладно, с ними позже будем разбираться. До острова еще дойти нужно. Сейчас на повестке другой головняк, — наш полевой командир на корню пресекает желание страдальца — продолжать рассказ о своих подвигах, разочарованиях и невзгодах.

— Я тут прикинул палец к носу и теперь по плану операции более предметно скажу. Готовиться для последнего броска, они, скорее всего, станут вон в том соседском лесочке, на три часа. Там их и искать в первую очередь надо. По логике — пойдут ближе к рассвету. А до того — большинство бойцов наверняка поспать ляжет. Вот нам и нужно, их до подъема найти и на опережение сработать.

Согласно киваю.

— Нам еще бы, как-то понезаметнее выбраться. Может, праздник, какой замутить? — предлагает Джорджик.

— А что? Неплохо! Через костер прыгать, пожалуй, перебор, а вот веселье попроще — типа пьянки с танцами, наверное, вполне в самый раз будет.

Типа, мы тут все на расслабоне, празднуем чью-то днюху или первый вторник на неделе. Вот и глядишь — сокращение личного состава в этой суете вполне незаметно пройдет, да и противник выдохнет.

— Давайте уже народ в курс нашего плана вводить, а то они все — скоро нас линчевать решат. Только доводите инфу до людей негромко. Группами. Без новгородского вече. И еще: обязательно предварительно предупредите, чтобы на триста шестьдесят головами не крутили и стволами демонстративно не ощетинивались, но под рукой их держали. А то с перепугу бросятся окопы рыть.

Расходимся и аккуратно доводим до людей информацию о произошедшем и предстоящем...

Вроде всех оповестили и каждому его задача ясна.

Дамы заметно мрачнеют. И не только они.

— Золотые мои —