Морская история России для детей - Валерий Евгеньевич Шамбаров

турки полезли на абордаж. Но Остен-Сакен и его моряки взорвали крюйт-камеру. Погибли сами и все 4 галеры уничтожили.

Путь к Днепру и Херсону туркам перекрывали гребная и парусная русские флотилии. Но они стояли отдельно. Эски-Гасан сперва решил раздавить гребную. 7 июня на неё двинулась лавина мелких вражеских судов. А линейные корабли и фрегаты выстроились второй линией, прикрывали их огнём. Но и Нассау-Зиген бросил свою флотилию навстречу. Да и парусники помогли. Линейный корабль «Святой Владимир» обошёл турецкий флот, ударил во фланг (сбоку). Неприятельские суда шарахнулись от большого корабля, сбились в кучу. А Нассау-Зиген налетел на них, стал громить. Потопили 2 канонерских лодки, шебеку с десантом. Турецкий флот отхлынул назад, под защиту орудий крепости.

А Суворов встретился с Нассау-Зигеном и Полом Джонсом, договорились действовать вместе. Кинбурн стоял на Кинбурнской косе – длинном и узком полуострове. Голый и пустой кончик косы далеко уходил в море. Тайно от врагов Суворов построил там батареи, 48 тяжёлых пушек. Их оборудовали по ночам, тщательно маскировали. Моряки должны были ночью 17 июня атаковать турок и загнать на батареи. Перед этим, тоже среди ночи, Пол Джонс сам на казачьей лодке отправился на разведку. Подплыл к линейному кораблю, написал на корме «Сжечь!» – и подписался. Запорожцам удалой шотландец очень понравился. Его приняли в казаки, подарили широкие красные шаровары. Пол Джонс гордо щеголял в них, командуя на капитанском мостике.

Хотя оказалось, что в ту же ночь 17 июня «крокодил морских сражений» сам решил внезапно напасть на русских. Повёл на них все свои силы. Но столкнулся с нашими флотилиями, идущими навстречу. От неожиданности турки растерялись. А русские – нет. Дружно навалились на неприятеля, загрохотали залпы. Враги дёргались, разворачивались. Пол Джонс обещание выполнил. Два линейных корабля сожгли. Другие в полном беспорядке вернулись к Очакову.

Эски-Гасан рассудил, что надо уходить отсюда. Следующей ночью отчалил. Но именно этого ждал Суворов. Его артиллеристы на замаскированных батареях не дремали. Когда неприятельский флот двинулся мимо них, взошла полная луна. Силуэты кораблей были чётко видны. Их начали расстреливать, как в тире. Остальные турецкие суда заметались, в темноте садились на мели. Подоспела флотилия Нассау-Зигена и довершила разгром. Было уничтожено 5 линейных кораблей, 2 фрегата, 2 шебеки, 1 бомбардирский корабль и 1 галера. Ещё один линейный корабль, севший на мель, захватили. 6 тысяч турок погибло, 1800 взяли в плен.

2 фрегата и 11 мелких судов вернулись назад. Под стенами крепости они чувствовали себя в безопасности, расслабились. Но русские как раз этим воспользовались. Нассау-Зиген, Пол Джонс и казаки выбрали ночь потемнее, налетели. По юрким лодкам в темноте вражеским артиллеристам попасть было трудно. А наши моряки уже облепили турецкие суда, лезли на палубы. Рубили и разгоняли команды. 4 судна увели с собой, остальные подожгли.

Но Эски-Гасан после разгрома своего флота всё-таки вырвался в море с уцелевшими кораблями. Потёмкин послал приказ Севастопольской эскадре Войновича – преследовать их, не дать вернуться к Очакову. На поиски вышло всё, что имелось: 2 линейных корабля, 10 фрегатов, 20 вспомогательных судов. Обнаружили врагов совсем недалеко от Очакова, возле Тендровской косы. Но считали, что у Гасана только растрёпанные остатки его эскадры. А к нему успели подойти свежие подкрепления. У него было уже в несколько раз больше сил, чем у Войновича: 15 линейных кораблей, 8 фрегатов, 3 бомбардирских корабля, 20 вспомогательных судов.

Правда, заметив русские паруса, турки стали уходить, за ними погнались. Но «крокодил морских сражений» специально заманивал наших моряков подальше от своих берегов и баз. Чтобы не смогли спастись. Недалеко от устья Дуная, у острова Фидониси (сейчас он называется Змеиный) неприятели вдруг развернулись и устремились в атаку. Войнович уже понял, насколько они сильнее. Смутился, остановился. Но авангардом из линейного корабля «Святой Павел» и 4 фрегатов командовал молодой бригадир Ушаков (званием «бригадир» заменили «командор» – среднее между капитаном 1 ранга и контр-адмиралом). Он без раздумий бросился в сражение.

В ту пору линейная тактика оставалась непреложным законом. За нарушение строя в Англии даже отдавали адмиралов под суд, выгоняли со службы. По этим правилам Ушакову следовало выстроить свой корабль и фрегаты в линию, соединиться с линией остальных кораблей Войновича. Но он отбросил старую морскую науку. Одним своим отрядом врезался в строй противника и сломал его. И даже этот отряд разделил. Сам на 66-пушечном корабле «Святой Павел» обошёл флагман Эски-Гасана с одной стороны, а два фрегата направил с другой. Начали поливать его огнём справа и слева. У него обрушилась мачта. Он загорелся и повернул прочь.

Вступив в бой, Ушаков увлёк за собой и всю эскадру. Линейный корабль Войновича «Преображение Господне» схлестнулся сразу с двумя кораблями помощников Эски-Гасана, вице-адмирала и контр-адмирала. Меткими залпами поджёг их, они тоже стали уходить, тушить пожары. А «Преображение Господне» потопил подвернувшуюся ему вражескую шебеку. Другие турки увидели, что корабли их начальников подбиты и удирают, рванули за ними. Задача была выполнена. Неприятельский флот к Очакову не пропустили, прогнали. Через некоторое время крепость была взята. После этого помогать армии осталась гребная флотилия. А держать парусную возле устья Днепра больше стало не нужно. Её перевели в Севастополь. Образовался единый Черноморский флот.

Глава 19. Чисто морская война

Бой брига лейтенанта Кроуна со шведским фрегатом

Шведскому королю Густаву III отвалили огромные деньги и Франция, и Англия, и турки, чтобы помог султану. Король охотно брал их, строил на них корабли, набирал и обучал солдат, моряков. Но он выжидал. У русских все воинские силы ушли на юг. Оставался Балтийский флот. По количеству кораблей он был гораздо больше шведского. Но многие из них были уже старые, в море не выходили. Располагались на двух базах. В Кронштадте оставались как раз старые суда, они стали учебными. Здесь стояли и неисправные корабли, в Кронштадте были доки, ремонтные мастерские. Основное, боевое ядро флота располагалось в Ревеле (Таллине). А Екатерина II решила, как и в прошлой войне, послать эскадру в Средиземное море. Для этого отобрали лучшие, самые боеспособные корабли. В июне 1788 года они отчалили.

Именно этого ждал Густав III. Русские войска были далеко, осаждали Очаков. Флот разделился. Король объявил войну. Сам возглавил армию, из Финляндии двинулся прямо на Петербург. А там военных сил почти не было, лишь несколько полков лейб-гвардии. Царица призвала и вооружала кого только можно: отставных офицеров, мастеровых, мелких торговцев, даже создала казачий полк из ямщиков (извозчиков). Шведов остановили у крошечной крепости Нейшлот. Гарнизон