Девять дней до весны - Наталья Андреева

Как причудливо все переплелось! Танго и компьютерные преступления. Ревность, которой миллион лет, и способ достать деньги путем продажи информации, важность которой способны оценить только живущие в нынешнем веке. Наемный убийца и компьютерный взломщик. Виртуальный мир с реальным. Но надо привыкать к тому, что жизнь меняется. Иначе останешься за бортом.

Потом он подумал о киллере. Кто бы это мог быть? Почему раньше не приходило в голову, что стрелял человек, которого он знает достаточно близко? Свой. Офицер из части. Такой меткий выстрел под силу только профессионалу. Разряднику. Таковые были среди приглашенных на свадьбу. Оба его друзья. Иван и Никита. Оба стояли за спиной, и оба салютовали новобрачным. Остается вычислить: кто из них двоих стрелял и почему в Яну, а не в Тамару? А деньги нужны обоим. У Ивана семья, двое детей, жена не работает. Долги. Никита собирает деньги на новую машину. Он — фанат автомобилизма. Машина для Никиты все равно, что любимая жена.

А может, был еще и третий? Нанятый Папой или… Его женой! Да! То-то она глаза прячет! Если Тамара не позвонит вечером, значит… Да ничего это не значит!

…Жена все-таки позвонила. Вечером мать с видом заговорщицы заглянула в комнату, прошептала:

— Тебя к телефону. Тамара. Волнуется. Ты бы не ссорился с ней больше, сынок. Любит, ведь.

— Ты-то откуда знаешь? — буркнул он.

— Я мать. Иди, Илюша. И если домой будет звать, поезжай, Богом тебя прошу…

Эпизод двенадцатый: пять дней до весны

Ночевать он все-таки остался у родителей. Тамара вела себя странно. Выяснила, где муж ночует, и успокоилась. Домой не позвала.

В милицию Илья тоже не пошел. Поразмыслив, решил, что, если надо, найдут его сами. Так оно и получилось. Утром Илья пил кофе, когда в дверь позвонили. Он слышал, как мать открыла входную дверь, потом первой появилась на кухне. Лицо у нее было… Дай Бог никогда больше не видеть у матери такого лица!

— Илюша, там…

А в глазах страх. За ее спиной незнакомый мужчина лет сорока в майорских погонах.

— Земсков Илья Борисович?

— Он самый. А что случилось?

Мать пропустила незнакомца вперед, сама же осталась стоять в дверях.

— Так. Документы есть у вас?

Он было поднялся, но майор неожиданно скомандовал:

— Сидеть! Где лежат документы?

— В кармане пальто мои права. Мама, принеси.

Судя по голосам, которые раздались в прихожей, майор пришел не один. Так и есть. Заглянувший на кухню парень, лицо которого показалось знакомым, протянул начальнику права. Пока майор внимательно рассматривал документ, Илья поинтересовался:

— А ваше удостоверение? Хотелось бы знать, с кем имею дело.

— Мы с вами еще не встречались, Илья Борисович, — сказал майор, доставая из кармана удостоверение. — Когда убили гражданку Янович, я был в отпуске. Но коллега мой вам должен быть знаком.

— Ах, да! Ну, конечно! — Илья закрыл удостоверение, так и не прочитав его фамилию. — А что, опять кого-то убили?

— Пройдемте со мной.

— Куда?

— Пройдемте. Там узнаете.

Илья мягко сказал матери, которая громко зарыдала: «Не надо, мама, все обойдется». И спросил у майора:

— Переодеться можно?

Тот молча кивнул. Из верхней одежды у него в родительской квартире были только старая кожаная куртка и кашемировое пальто, в котором вчера приехал. Пришлось надеть костюм, чтобы не выглядеть нелепо в новом пальто и старых джинсах. Майор внимательно следил за его переодеванием, потом усмехнулся:

— К следователю как на праздник. Кому хотите понравиться, гражданин Земсков?

— Себе.

Отец, появившийся в коридоре, увидев, что за сыном пришли, буркнул:

— Достукался!

— Тише ты, Боря! — шикнула на него жена. Стоящий в прихожей парень взглянул на Илью с откровенной неприязнью. «Пижон», — прочитал во взгляде. Нарочно задержался перед зеркалом, тщательно причесал волосы. Пока спускались в лифте, его сопровождающие молчали. Илья же гадал, что могло случиться.

У подъезда стояли «скорая» и две милицейские машины. Жители дома толпились рядом, вытягивая от любопытства шеи. Человек, показавшийся Илье знакомым, разговаривал с женщиной, которую Илья встретил вчера на лестнице. Когда шел в квартиру Яны. Ах, да! Это же следователь! Давно не виделись!

Следователь тоже его заметил. Сказал что-то женщине, та повернула голову и быстро-быстро закивала. Илье отчего-то стало не по себе. В это время дверь подъезда открылась, из нее вынесли носилки. Лежащее на них тело было с головой накрыто брезентом. Илья вздрогнул. Неужели труп?

Носилки понесли к машине «скорой помощи», а к нему направился следователь. Подойдя, кивнул неприязненно:

— Здравствуйте, Илья Борисович. Пришлось вновь побеспокоить вас. Боюсь, придется вам проехать со мной.

— А что случилось?

— Убийство.

— И… кто это? — Илья, не отрываясь, смотрел, как носилки запихивали в машину.

— Вы были знакомы с Олегом Яновичем?

— Да. Был.

— Когда видели его в последний раз?

— Вчера. И в первый, и в последний.

— Зачем вы к нему ходили? — Илья почувствовал, что начинает замерзать. До настоящей весны еще далеко, морозец по утрам о-го-го! А он стоит в пальтишке кашемировом.

— Может, я в другом месте расскажу? Холодно.

— А куда вы так вырядились?

— Что значит, вырядился? Оделся, — пожал плечами Илья.

— Хорошо. Пройдемте в квартиру Яновича.

Следователь пропустил Илью вперед. Майор и знакомый парень в штатском тут же пристроились следом. Илья чувствовал себя неловко. Обращаются с ним, как с преступником, на глазах у людей, которые знают его с детства. Только что наручники не надели.

В квартире у Яны, в комнате, на ковре, Илья увидел мелом очерченный силуэт человека. Напрягся невольно.

— Неужели Олег? Его что, убили?

— А вы не знали? — усмехнулся следователь. — Присаживайтесь.

И уселся за стол, на котором стоял компьютер Олега. Илья все еще стоял посреди комнаты, качая головой:

— Как жаль! Такой хороший парень!

— Да бросьте! — высказался следователь. — И садитесь, наконец. Поговорим.

— По-вашему получается, что я его убил? — спросил Илья, присаживаясь в одном из кресел.

Илья вспомнил, как на лестничную клетку высыпала стайка мальчишек, и сказал:

— Я вышел от него без пяти два. Меня в этот момент видели.

— Это нам известно. Кто вас видел, когда и во сколько. Его убили около двух часов. Плюс — минус полчаса.

— Но почему в мою сторону всегда только минус?! Почему вы плюса поставить не хотите?!

— Вы с ним подрались? Так? — Тут только Илья заметил, что в комнате самый настоящий разгром. И кресло, в котором он сидит, стоит не на том месте, где обычно, и пепельница разбита, и на столе беспорядок. — Потом ударили первым, что подвернулось под руку.

Илья огляделся. А что, по мнению следователя, подвернулось ему под руку?

— Пресс-папье, — сказал следователь. — Бронзовое пресс-папье. Его отправили на экспертизу.

— Ах, да! Было такое уродство в доме! Бабушкино наследство, один из осколков кораблекрушения.

— Что-что?

— Яна так говорила, — пояснил он. — Но я Олега не убивал.

— Да что вы говорите! Вы открыли дверь своим ключом, вошли в квартиру и увидели Олега Яновича. Так?

— Ну и что? Почему мы должны были тут же подраться?

— Возможно, Янович обвинил вас в том, что вы убили его сестру.

— Благородная месть? Олег был не из тех, кто мог накинуться на человека, увидев его впервые в жизни. Мы разговаривали вполне мирно.

— О чем?

— О Яне. Олег рассказал, где она достала деньги, чтобы заплатить киллеру.

— Какому еще киллеру? — оторопел следователь.

— Который должен был убить Тамару.

— Значит, убить должны были вашу невесту?

— Именно. Так сказал Олег.

В течение получаса Илья пересказывал следователю то, что услышал от Олега Яновича. Стараясь не сбиваться и излагать все внятно и доходчиво. Майор, который присутствовал при беседе, только головой качал. Но перебить не решился. Когда Илья закончил рассказ, следователь сказал.

— Это все, конечно, интересно, Илья Борисович: компьютерные преступления, подчищенный баланс фирмы, и этот… Как там его? Винчестер? Извините, я не специалист. И у меня другая версия. Вы пришли за пистолетом, который оставили на балконе. Не знали, что Янович нашел его и позвонил в милицию. А когда узнали, набросились на него. Смертельный удар нанесли случайно, во время драки. Защищаясь.

— Если бы я дрался с Яновичем, — невольно усмехнулся Илья, — мне бы не потребовалось столько времени, чтобы вырубить его.

И выразительно кивнул на перевернутую мебель.

— Олег был тщедушен, хотя и высок. А у меня разряд по боксу. Я отключил бы его с одного удара. Это ежу понятно.

— По-вашему, я глупее ежа? — неприятно ощерился следователь.