Корона всевластья - Татьяна Форш

– И что дальше?

– Ничего. Все закончилось летящими ко мне из стен и потолка лезвиями.

– Стоп, получается, что твой сын был коронован? Но… – Эллеайз озадаченно нахмурилась. – Ничего не понимаю! Чтобы тебе стать королевой, нужно, чтобы предыдущий владелец короны был развоплощен, а Шайтаар остался жив после твоей коронации! Или перед изгнанием он отрекся от власти? Иначе корона не смогла бы тебя признать!

– А она меня и не признала! И до сих пор ищет и ждет своего короля. Как ты думаешь, почему ни один ее обладатель не смог долго наслаждаться властью? Все мы – лишь камни на пути к избранному ею.

– Ты думаешь, она дожидается Шайтаара?

– Я думаю, что он с ней как-то связан. Ведь он был первым, кому она подчинилась после ухода Лучезарного.

– А может, Лучезарный не ушел? Может, он с помощью коронации вселился в твоего сына?

Тамара, не скрывая ужаса, взглянула на подругу и тут же решительно помотала головой:

– Нет! Это не он! И вообще, откуда такие мысли?

Эллеайз потупилась.

– Если честно, не хотела тебе говорить, но с тех пор, как корона обожгла мои руки, заставляя выронить ее, мне изредка снится странный сон. Он может начинаться по-разному, но все сводится к тому, что какой-то молодой смертный надевает корону, а затем он оказывается Лучезарным.

– Ну и при чем тут Тар? – Тамара нахмурилась, укоризненно разглядывая подругу.

Та передернула плечами:

– Не знаю. Просто пришло в голову. Может быть, следующий властитель это он?

– Не он. – Гулко прозвучавший голос Берфеллага, заставил их обернуться к вошедшему. – Короной Всевластия скоро будет владеть князь Рубин. Если, конечно, мы ему не помешаем.

– О чем ты говоришь? – Эллеайз беспокойно поднялась на встречу любимому. – Он ведь пока в мире смертных.

– Вот именно – пока! – Князь Сапфир подошел к ним и устало опустился в свободное кресло. – Глубинный дьявол пообещал Ортехру и его псам в течение нескольких дней вернуть Сайдарга в Красный мир. Рубины собирают армию. Они намерены захватить столицу.

Тар

– Ты что, с ума сошла? Как ты могла это допустить? Тоже мне, ангел называется!

– А что мне было делать? Позволить его убить?

– Нет! Но в Лазурь-то зачем тащить?

– Я хотела спросить совета. Понимаешь? У учителя! Я – всего лишь практикантка!

– Сказал бы я тебе, кто ты «всего лишь»…

– Или нужно было сцепиться с Высшим архангелом? Вообще-то именно с его подачи твой сын угодил в Огненную Чашу!

– Помню. Интере-э-эсно… зачем ему это нужно?

– Я пыталась узнать. Даже скандал устроила!

– Высшему?

– Угу.

– Смелая девочка! И после этого он тебя не развоплотил?

– Как видишь! Более того, дал полную вседозволенность!

– С чего бы это?

Сначала голоса, раздававшиеся почти над ухом, раздражали тем, что смешивались в монотонное бормотание, затем резко вливались в уши, заставляя морщиться от особо громких звуков. Постепенно звуковая дорожка в моем мозгу немного настроилась, полутона сгладились, и дальше я уже понимал все, что было сказано, но если честно – не понимал ничего! Кто такой Высший? Что за чаша? И при чем тут Лайла и… Мой отец?! Он мне не приснился!

Я продрал глаза и сел.

Так и думал! Эти двое расположились неподалеку на каких-то каменных блоках в мрачном зале, выполненном в готическом стиле, и, не стесняясь меня, выясняли отношения. Точнее, выяснял отец, а вот Лайла только делала вид. На самом деле ее ответы я бы, скорее, принял за оправдания, только замаскированные жестким тоном. Правильно, лучшая защита – нападение, ну или хотя бы иллюзия этого самого нападения.

– Проснулся? – Отец как ни в чем не бывало плавно сменил тему, поднялся и, шагнув ближе, протянул руку. – Вставай. У нас слишком мало времени, а я тебе еще так много должен рассказать и объяснить.

Мне показалось или в его взгляде я прочитал неприкрытое любопытство?

Не торопясь принять руку, я помолчал, разглядывая его в ответ. Он ничуть не изменился. Только волосы стали длиннее и вместо привычной гривы были собраны в недлинный хвост. Надо же… Неплохо было бы продать идейку какой-нибудь киностудии на тему «Мой папа – демон». Да чего греха таить: как оказалось, и мама тоже.

Сердце противно бухнуло в груди.

Неужели я и ее увижу? Сразу вспомнились скрытые под толщей лет детские переживания. К матери я испытывал странные чувства. Да – любил, да – доверял, но где-то внутри была спрятана обида. Ничем не обоснованная и оттого вызывающая чувство вины у ребенка. Годы притупили боль утраты, сгладили любовь и почти на нет извели тоску, а вот обида – осталась.

– Так мы сейчас что, в аду?

Отец поморщился:

– Людское определение, – и опустился на корточки рядом. Вот только любопытство в его глазах никуда не делось. – Мне больше нравится истинное название – Красный мир. Кстати, теперь я уверен, что не ошибся в твоем имени. Недаром оно пришло мне в голову за час до твоего рождения.

– Да уж. – Лайла смерила меня убийственным взглядом. – Если честно, теперь и я уже ни в чем не сомневаюсь!

Я нахмурился.

– Да в чем дело-то? Что во мне такого странного? Почему вы смотрите на меня так, словно на мне цветочки крестиком вышиты? – Последний вопрос предназначался Лайле, но та только закатила глаза и так обреченно фыркнула, что мне стало не по себе.

– Ты даже не представляешь, насколько странно мне было видеть то, как сразу по прибытии в этот мир ты оброс броней! – Отец поднялся. – После небольшого допроса твой ангел признался, что мне вовсе не нужно давать тебе защиту этого мира – она у тебя уже есть!

– Это хорошо? Или плохо? – Я с подозрением оглядел себя. Обычный. Малиновая чешуя вырастать не спешила.

– Хорошо. Только получается, что я зря забрал тебя в Красный мир. Тебе моя помощь не требуется. – Отец кинул убийственный взгляд на Лайлу и, как мне показалось, сдержал вздох. – Жаль только, что твой ангел даже не попытался мне об этом намекнуть!

– А ты бы мне поверил?! – возмутилась девчонка.

– Честно? – Отец прищурился. – Нет. Поэтому я ничего не скажу Васиэлю о твоем разгильдяйстве!

– Нет, какая вопиющая наглость! – Ангелочек слетела с места и, фыркая, как разъяренная кошка, начала нарезать круги вокруг нас. Благо зал оказался большой. – Вместо того чтобы обвинять меня, признайся, что все это ты говоришь оттого, что не удалось первому показать все ваши демонические аттракционы Тару!

– Его зовут не Тар! – В голосе отца я впервые почувствовал угрозу. – Его имя – Шайтаар!

– Разницы никакой! Все тот же врун, болтун и… Вопрос в другом – я-то почему должна рисковать своими крыльями из-за вашей психованной семейки?