Журнал ТЕХНИКА-МОЛОДЕЖИ. Сборник фантастики 1980-1983 - разные

С «Санта Марии» просигналили флажками, что там кипит работа: заделываются рассевшиеся борта, ликвидируется течь — и что каравелла скоро присоединится к остальным судам флотилии.

Захар Максимов

ФОРМУЛА ГОСПОДИНА АРНО

Богата палитра современной советской фантастики. В этом номере мы начинаем печатать сокращенный вариант повести З. Максимова, которая в остросюжетной форме рассказывает о судьбах изобретений в капиталистическом мире. Ни перед каким преступлением не остановятся воротилы корпораций и монополий во имя обогащения. И если изобретатель-одиночка, пусть даже талантливый, встанет на их пути, он будет раздавлен чудовищной машиной капитала, жаждущего наживы.

— Получено известие об убийстве на улице Верри. Знаешь такую? — не поздоровавшись, спросил комиссар Брин инспектора Макса Карти. — Седьмой округ, пятый квартал. Там селятся в основном люди среднего достатка. Личность убитого установлена. Некто Фредерик Арно. Он проживал в доме номер семь на первом этаже. Займись этим делом.

Когда Макс сел за руль своей старенькой малолитражки и повернул ключ зажигания, щетки не справлялись с бегущими по лобовому стеклу струями. Дождь, судя по всему, и не думал прекращаться. Инспектор выжал сцепление, и его «старушка» понеслась, рассекая лужи.

Дом номер семь Карти нашел сразу. Шестиэтажное здание, окрашенное лет двадцать назад под стать сегодняшней погоде. У стоявшей рядом с подъездом машины было выбито заднее стекло. Выключив мотор и подняв воротник плаща, инспектор выскочил на улицу. Из парадного вынырнул пожилой полицейский и козырнул:

— Убитый за машиной. Я накрыл его брезентом.

Они обошли автомобиль, и Макс увидел лежавшего на асфальте человека. Если бы не большое бурое пятно, расползавшееся от головы, то его можно было принять за крепко подгулявшего поклонника Бахуса, решившего провести ночь прямо на улице.

— Он так и лежал здесь, когда я пришел. Нам сообщил его сосед, Леон Тамиз, — объяснил полицейский. — Мне тут рядом, вот я и пришел. Уже минут через десять. И ничего не трогал, — вздохнул он, вновь прикрывая тело брезентом. — Только вот взял документы и ключи из кармана.

— Не трогали — это хорошо, — поежился Карти, принимая ключи. — Хотя под таким ливнем все равно никаких следов. Идеальная погода для убийства. Проследите, чтобы убитого увезли в морг, но не вскрывали. — Инспектор вспомнил, что сейчас дежурит группа патологоанатомов, с которой у него были натянутые отношения. — Они так раскорежат труп, что потом уже ничего не определишь.

— Вам виднее, — пожал плечами полицейский.

Карти вошел в парадное, поднялся на несколько ступенек, нашел нужный ключ и открыл дверь. Нащупав в темноте выключатель, повернул его и огляделся. Рядом с дверью вешалка. На ней потрепанное пальто, потертый плащ и давно вышедший из моды пиджак. Тут же, неподалеку, шкаф. За дверцей несколько стопок чистого белья, полкой ниже — груда белья грязного. За соседней створкой висело два костюма, теплое пальто, халат. Одного взгляда достаточно, чтобы понять — женская рука давно их не касалась.

Инспектор прошел в комнату. Кроме стола, небольшого серванта с посудой, которой определенно давно не пользовались, да четырех стульев, ничего не было, да и не могло бы разместиться.

Во второй комнате громоздились книги. В огромных шкафах, на стульях, письменном столе, подоконнике. Толстые фолианты и брошюры об аккумулировании солнечной энергии и о двигателях внутреннего сгорания, о приливных электростанциях и термоядерном синтезе, о ветрах и геотермальных источниках… Учебники, справочники по химии, таблицы октановых чисел.

Карти взял наугад один том, полистал. Нет, книги находились здесь не для красоты. Их читали, изучали весьма основательно. То и дело на страницах встречались пометки.

Положив книгу на место, инспектор прошел в третью комнату, оказавшуюся крошечной спальней. Обстановка и здесь была небогатой. Тахта, тумбочка, стул, телевизор…

Посередине, четвертой комнаты стоял большой лабораторный стол, заставленный огромным количеством химической посуды и незнакомых инспектору приборов. А в углу — верстак с разбросанными по нему инструментами.

Карти задумчиво смотрел на верстак. Похоже, что здесь успел побывать кто-то чужой. Слишком уж хаотически все разбросано, слишком резко кто-то выдвигал ящики столов.

«Но кто это мог быть? — думал Макс. — Неужели убийца? Вряд ли этот Арно был богат. Но что же тогда искали?»

В дверь позвонили. На пороге стоял пожилой мужчина, в мятом пиджаке, неглаженых брюках и в тапочках. У него был вид человека, не очень-то враждующего с алкоголем. Мешки под глазами, нос, давно утративший первозданную форму, и серая с красными прожилками кожа. Несмотря на насморк, инспектор почувствовал отчетливый запах перегара.

— Что вам угодно?

— А что вы здесь делаете? — качнувшись, ответствовал незнакомец.

— Инспектор Карти из уголовной полиции.

— Вот как? Впрочем, понятно. У кого же еще могли оказаться ключи? А я сижу это у себя и слышу, кто-то здесь ходит. Оделся, значит, и скорее сюда. Вдруг пригожусь. Я-то как раз и услышал утром на улице шум, выскочил, а он там лежит. Я и в полицию сообщил. Смотришь, подбросят монетку-другую… А зовут меня Леон Тамиз.

Макс нащупал в кармане две бумажки и сунул их в руку непрошеного гостя.

— Знаете что, пойдемте на кухню, — предложил Тамиз, когда дверь снова закрылась. — Мне там привычнее. Арно никогда не пускал меня дальше.

— Почему? — поинтересовался Карти.

— Да скряга он был, ваш Арно. Посудите сами. Пенсия у нас со старухой небольшая. Квартира хоть и поменьше, чем эта, но все равно дороговато. Так что денег не остается. А ведь я человек, мне иногда и отдохнуть хочется. Сколько раз пытался занять у него, но напрасно. Жмот он был, вот судьба с ним и посчиталась.

— Но вдруг у него тоже не было денег? Почему вы решили, что он богаче?

— Прикиньте сами, — невозмутимо продолжал старик. — Квартира вдвое больше нашей, хотя и жил он все время один. А главное — никогда не работал. Вообще почти никуда не ходил. На что же он жил, спрашивается? Значит, деньги были? Но чтобы дать взаймы — ни-ни. Однажды угостил, это было. Поставил передо мной бутылку, здесь же, на кухне, выпили раз, другой. Он захмелел и ну хвастать, что очень скоро, дескать, о нем узнает весь мир. Но тут же спохватился и сменил тему. А бутылку спрятал, жадюга.

— Он что, даже женат никогда не был? — поинтересовался инспектор.