Барон Легран Гепард - Георгий Левин

Первым пришёл в себя Гуд. Он вернулся и встал рядом со мной. За ним успокоились мои воины. Мой страшный смех уже стих и я успокоился. Мои воины тоже окончательно успокоились, они знали, что эти ужасные звуки издавал не барон Гепард, а капитан Агор. Им к этому нужно было привыкать, ведь они хотели занять места в рядах рати Лабе, а Агор был там капитаном, вождём рати. Гуд поднял руку. Это был сигнал. Запели свирели и за нашими спинами появились две шеренги лучников. Они спокойно огибали нас и двумя рядами занимали позиции, изготовив для стрельбы луки.

Одновременно с этим из травы и кустов вставали пехотинцы. Они строились и вот укрытая щитами, ощетинившая копьями грозная фаланга сделала шаг. Слитная, цельная фаланга замерла. А из-за холма в строю по четыре в ряд, шагом выезжала тяжёлая кавалерия. Всё это делалось чётко и слаженно, в полной тишине. Зловещей тишине. Конница выстроилась и замерла. Противнику предоставлялся выбор. Начать бой и умереть или покинуть поле боя. Других вариантов не было.

Наёмники противника новичками не были. Они оценили количество, экипировку и слаженность движений воинов противника. Выбор сделали быстро, но отдавая дань дисциплине, смотрели на своего капитана и ждали его решения. Для него это тоже был выбор. Отдай он приказ атаковать, наёмники его не выполнят, они не самоубийцы. Но это будет концом его капитанской деятельности, наёмники его отторгнут. Это он понимал и такого совсем не хотел. Думал не долго. Повернув коня, он поехал прочь. Наёмники строем следовали за ним. Их служба на этого барона закончилось, но они не унывали. Они были целы, здоровы, а нанимателей хватает. Времена тревожные, без работы они не останутся.

В след за наёмниками поле не состоявшегося боя, покинули барон-сосед и его советники. Нахлёстывая коней, они неслись прочь, втянув головы в плечи и ожидая стрел в спину. Брошенные поселяне бежали последними. Бежать им было тяжело, они облегчались в процессе бега, бросали свои дубины, колья и щиты-крышки от котлов. Их никто не преследовал. Моя армия проводила противников взглядом и организованно пошла назад к замку в долине. Победили, даже не начав сражения. Очень редкая удача!

Ехал, сияя от счастья. На полкорпуса коня приотстав от меня, ехал Гуд за ним остальные командиры. Случайно оглянувшись на них, я спустился со своих облаков на землю. Как обычно в походном порядке воины следовали в колоне, сняв шлемы. Их грустные, задумчивые лица поразили меня. Даже по моим скромным понятиям наёмники после удачного боя так себя не ведут. Но ещё не отошёл от радости полностью и этому значения в тот момент не придал. Просто подумал:

"Ну, скучные? Ну и что? Ладно, придём домой я их обрадую!"

После этого снова погрузился в радостную эйфорию победителя. В ней и пребывал до самого дома. Недостроенный замок уже считал своим домом.

Выстроил воинов и произнёс речь:

— Воины! Сегодня Вы одержали победу, одним своим видом и выучкой! Даже не обнажив мечей, обратили врага в бегство. То, что боя не было, не умаляет Вашей победы. Я премирую Вас всех премией в размере месячного жалованья! Ура!

Они вяло крикнули в ответ. Понял! Очумели, от радости! Ничего, осознают и тогда порадуются. Этим объяснил себе их поведение и распустил всех. После ужина назначил совещание старших офицеров.

Поход дело пыльное и потное, закончив его приятно понежиться в тёплой ванне. Это и сделал. Помните, рассказывал о найденных в пещерах водоёмах с тёплой и холодной водой? Вот теперь замок опирался на этот склон горы, площадки служили основанием этажных перекрытий, а в той пещере устроил баню с бассейном, наполнявшимся природной тёплой водой. В нём и лежал, блаженствуя. Вволю нанежившись, встал, вытерся большим куском подрубленного отбеленного полотна и оделся. Пора было ужинать.

Забыл похвастаться. Ту кухарку с постоялого двора перетянул к себе. Она теперь была моим шеф-поваром. Платил ей три серебряных чешуйки в месяц! Но уже говорил денег герцога, изготовленных мной, не жалел. Она того стоила. Ор, Пал и Кат, жили своими семьями в своих домах в долине. Гуд жил и столовался в моём замке. Честно доплачивая серебряную чешуйку в месяц из своей зарплаты. Ещё у меня была настоящая постель с пружинным матрацем, периной, пуховыми одеялом и подушками. Простынёй, наволочками и пододеяльником. Их меняли каждую неделю. В общем, жил комфортно, хоть и в строящемся замке.

Ужин был накрыт в зале первого этажа. Гуда не было. Спросил слугу, где мой "нахлебник". Он серьёзно ответил:

— Ваш господин "нахлебник", капитан Гуд. Уже поужинали на кухне, потискали кухарок и убыли.

Выговариваемые мной незнакомые слова все тщательно копировали. Иногда услышав их в самых неожиданных случаях, едва мог сдержать смех. Отсутствие Гуда меня не расстроило. Изрёк философское:

— Меньше вас, больше нам!

С удовольствием поел. Пришедшие слуги убрали со стола, а дворецкий доложил:

— Господин барон! Ваши швицеры ждут позволения вползти!

Задумался, откуда он взял последнее слово? Полиглот! Вспомнил, что отправляясь на поле брани, очень боялся и нервничал. Тогда дворецкий хотел открыть передо мной дверь комнаты и пропустить меня вперёд, а я ему изрёк:

— Выползай живее, черепаха, как и вполз…

Он запомнил только "вползать"! Вот повезло! А если это всё-таки прошлое моего мира? Вот будет радости у тех, кто в свитках прочтёт эти выражения! Надо быть сдержаннее. В очередной раз сказал это себе. Хотя точно знал, что всё равно нарушу. Дальше думать не смог. Вползли мои швицеры. Я не ошибся, сказав так. Они именно вползли. Хмурые и расстроенные. Так и мялись, застряв в дверях. Решившись, вытолкали вперёд Гуда. Он краснел, бледнел и наконец, выдавил:

— Мы это, господин барон! Отказываемся от Вашей награды. Все! Командиры и воины. От барона мы бы это приняли, будучи его наёмниками. Но мы не наёмники! Мы кандидаты в рать Лабе! А вы не барон Гепард. В теле этого земного барона воплощен дух капитана Агора! Своим громовым смехом Вы разогнали противников, они бежали от страха. Этим деянием Вы не дали нам проявить своё умение. Мы все понимаем, что наша выучка отстаёт от выучки воинов рати. Но мы стараемся! Будем продолжать учиться и тренироваться. Мы займём свои места в радах рати Лабе для последнего боя!

Он замолчал, и теперь все они смотрели на меня. В этот момент растерялся. Что им ответить? Не знал. Но наверно хорошее питание и мягкая постель начали портить мой ангельский характер. Замечали такое наверняка не раз! Из грязи вылез в князи. И начинаются капризы. По это причине и взорвался:

— Что? Макаки с ободранными красными задами! Я помешал вам проявить своё умение? О каком умении говорите? Тараканы беременные! Гориллы облезлые!