Темногорье - Лада Кутузова

Катка направилась в дальнюю комнату, остальные поспешили за ней. Возле одной из стен она остановилась.

– Вот здесь, под обоями. Только ремонт сделали!

– Говорил я тебе, что не надо дверь заклеивать, – проворчал Вано.

Но супруга в долгу не осталась:

– Надо было ее кирпичом заложить, как только купили эту квартиру.

Хирург предложил заплатить за новый ремонт, но Катка лишь рукой махнула:

– Я оставила рулон, молодой человек, на всякий случай.

Вано аккуратно вырезал нежно-розовые с мелкими салатовыми цветами обои, под ними обнаружилась дверь. Совершенно обычная, покрытая белой масляной краской. Хирург дернул за ручку – заперто.

– Ключа от нее нет, – предупредила Катка, – а открыть чем-то другим у нас не получилось. Толку от нее никакого, одно лишь смущение.

Игорь полез за отмычками, но они не подошли. Хорошо, что у них есть ключ, полученный на постоялом дворе. Сейчас как раз удобный случай, чтобы им воспользоваться. Хирург достал из мешка ключ и вставил в замок. Тот щелкнул, и перед странниками возник черный провал – вход в бескрайнюю пещеру. Сзади отшатнулась Катка. Хирург услышал, как она набросилась на мужа:

– Говорила я тебе, старый хрыч, что нужно замуровать дверь. Я теперь уснуть не смогу, зная, что у меня под боком находится!

Катка говорила что-то еще, но путники уже шагнули вперед, и все исчезло.

Глава тридцать первая

Темногорье, дубль

В небе висели сразу две луны. Прямо над головой – белая в серых пятнах, впереди – черная. И, словно водораздел между ними, – разрыв дороги. Вот тропа шла по светлой стороне, затем резко оборвалась, а дальше продолжилась на темной. Путники подошли к разлому и прикинули: нет, прыжок над бездной им не совершить. Надо спускаться, только не хочется. Но вариантов нет. Со дна поднимался густой пар, скрывая все, что происходило внизу. Хирург кинул камень, вскоре раздался глухой удар. Значит, впадина не очень глубокая. Хирург размотал веревку и первым отправился в расщелину.

Туман на дне был настолько густым, что на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно. В любой момент могла появиться опасность, на которую он не успеет среагировать. Только выбора нет. Хирург крикнул ребятам, чтобы спускались. Затем путники обмотались веревкой вокруг пояса, чтобы не потеряться, и направились к противоположному краю практически на ощупь. Сквозь белое марево просматривались скелеты деревьев, чьи ветви тянулись к небу, призывая дождь. Потрескавшаяся земля – словно в морщинах старости. Скелеты зверей. Камни, большие и не очень, не вовремя попадающиеся под ноги, русло высохшей реки и перекати-поле, летящее в лицо. Сначала Хирургу померещилось, что его коснулась птица, он замахал руками, отгоняя, и лишь потом сообразил, что это ком высохшей травы. Все-таки страх перебивает все чувства. Людям свойственно сначала испугаться, а уж потом разбираться: что было-то?

Помимо этого облика долина имела и другой. Он накладывался поверх, словно спецэффект. Ровная зелень склонов и берега, медленно катящая волны широкая река. Вдоль нее растут яблони, на них поспевают плоды. В траве затеяли возню мелкие животные, нечто среднее между енотом и белкой. Вдалеке обрывает кусты крупный динозавр. Он не обращает на путников никакого внимания. И море цветов: алые маки, темно-вишневые тюльпаны. Будто разбрызгали краску по холсту. Все это и есть, и нет одновременно, в зависимости от того, какая луна стоит над горизонтом.

Впереди показалось нечто массивное, цвета глины. Странники приблизились и разглядели огромную арку из красного песчаника. Больше всего арка походила на нижнюю часть великана: будто он расставил ноги, чтобы не промочить их, когда перешагивал реку.

– Что это? – резко остановилась Катя.

Хирург пожал плечами:

– Скальная порода плюс выветривание.

– Откуда здесь скалы? – удивился Игорь. – Ничего похожего не видели.

Хирург промолчал: есть вопросы, которые не требуют ответов. И так ясно, что дело нечисто. Он сделал шаг в проход, и его накрыло. Раздался тяжелый стон, словно сама земля скорчилась от боли.

…Хирург очнулся, но не совсем. Мимо шастали незнакомые люди, несколько раз женщина в синей форме предложила чай, кофе. Хирург лежал на нижней полке и никак не мог прийти в себя: все расплывалось. Тусклое освещение, силуэты проводов и железобетонных опор за окном, мерное постукивание. Где же он? Хирург попытался приподняться, но завалился обратно. Как же плохо. Он попробовал еще раз, получилось с трудом. Сфокусировал взгляд: вроде находится в вагоне. Ну да. Женщина напротив смотрит настороженно, зато ее муж – с пониманием и завистью. Соседка с ребенком недовольно косится, а место над ним свободно. Черт, как его сюда занесло? И куда он едет?

Снова подошла проводница.

– Кофе, можно покрепче, – попросил Хирург.

– Шоколад, печенье не желаете? – предложила та.

От одной мысли о еде мутило. Хирург отрицательно замотал головой. Проводница принесла кофе.

– С вас сто рублей, – произнесла она.

Хирург полез в карман за деньгами и высыпал на стол пачку красных пятитысячных купюр.

– Помельче нет? – проворчала проводница.

За ее спиной Хирургу померещился чей-то острый неприятный взгляд. Но видение быстро исчезло. Хирург отыскал сторублевку и протянул. Остальные деньги сгреб в карман.

После кофе полегчало, в голове немного прояснилось. Хирург достал билет и прочитал: «Темногорье». Что за станция? Может, он с кем-то договорился встретиться? Он пошарил по карманам, чтобы проверить звонки, – телефона не было. Хирург поднял полку и достал рюкзак. Хотя бы рюкзак догадался взять. Там мобильника тоже не оказалось, зато топор, складной нож и прочие походные вещи в наличии. Он собрался в поход? Дело запутывалось. Хирург решил доехать до Темногорья и там выяснить, ждет ли кто его. В случае чего вернется обратно.

Судя по билету, на станцию поезд прибывает утром, еще вся ночь впереди. Хирург умылся и вышел в тамбур, чтобы подышать воздухом. За окном мелькали придорожные фонари и тени деревенских домов. Состав миновал переезд, оглушительно приветствуя железнодорожника в оранжевом жилете. В это время Хирурга окликнули:

– Закурить не найдется?

Спрашивал невысокий сухощавый мужик с невыразительным лицом. Хирург развел руками, но незнакомец не отставал:

– А может, поищешь?

Взгляд незнакомца почему-то вызывал смутную тревогу и какое-то недавнее воспоминание. Но мысль ускользала. Хирург надумал свернуть разговор, развернулся и направился в вагон. В этот момент что-то больно укололо его сзади, в правую почку. Хирург грохнулся от нахлынувшей слабости на колени, а чужие руки зашарили по карманам. Хирург хотел выругаться от души, но не смог, лишь промычал что-то неясное и завалился на бок. Затем незнакомец отыскал мятые бумажки, открыл дверь в тамбуре и скинул Хирурга на рельсы, не забыв вытащить заточку. Последнее, что увидел Хирург, – быстро несущаяся земля.

…Игорь проснулся раньше, чем прозвенел будильник, установленный на смартфоне. Будто кто толкнул. Он сел на полке и уставился в окно. Небо окрасилось сиреневым и розовым, из-за облаков показался золотой диск солнца. В надвигающемся рассвете плыли контуры деревьев, от крупного водоема поднимался туман. В этом месте рельсы делали изгиб, и Игорь различил хвост поезда. Длинный. Он проверил рюкзак – все на месте. Включил плеер и вставил наушники в уши. Пора выдвигаться.

В Темногорье состав не останавливался. Можно было проехать дальше или, наоборот, выйти раньше, а после добраться на попутке, но Игорю не хотелось терять время. Он чувствовал, как оно утекает между пальцев. Пересидел он дома и не в силах сейчас притормозить. Да и не впервой прыгать по ходу поезда. Наверняка состав сбросит скорость перед станцией. Игорь закинул рюкзак за спину.

Отмычкой отпер дверь и высунул голову. Туман поднимался от земли, скрывая за завесой все, что удалялось от рельсов больше, чем на метр. Ветер трепал волосы, и в душе нарастало радостное волнение. Словно крылья выросли. Игорь поднял откидной мостик и спустился на подножку, держась за поручень. Как он и предполагал, локомотив сбавил скорость, и Игорь приготовился. Впереди из белой завесы выплыл огромный градообразующий комбинат, как встречающий маяк. Игорь собрался и соскочил.

Он планировал удачно приземлиться, но подвела сырая трава. Ноги поехали, как по льду. Игорь замахал руками, пытаясь удержать равновесие, но рюкзак перевесил. Игорь грохнулся спиной и хорошо приложился затылком о вросший в землю камень. Послышался неприятный хруст. Он попытался встать, но внезапная слабость не позволила. Перед глазами расплывался куст ольхи, росший неподалеку. Игорь попробовал дотронуться до затылка, рука дрожала мелкой дрожью. С трудом, но дотянулся – пальцы обагрились красным.