Исповедь Зеленого Пламени - Наталия Мазова

У меня все крепло и крепло ощущение, что я угодила в какую-то нелепую пародию на наш собственный расклад, и в этой пародии смешаны в одну кучу Стражи Башни, Братья Дарги и Стоящие на Грани Тьмы. Когда же прозвучало слово «привилегия», я решила, что пора кончать балаган. Нянчиться с детьми, без сомнения, достойное занятие, но не при таких обстоятельствах. Трать-тарарать, да если бы они знали, ЧТО на самом деле именуется «привилегией Братства» и КТО так именует эту вещь!..

В общем, я попросила их перестать распускать передо мной хвост и кратенько объяснить, зачем я им нужна, — а то я боюсь не успеть в Эсхару к назначенному сроку. На это Многая заявила, что бояться мне нечего — один из отростков местного Орнамента ведет прямиком в Эсхару, и в случае чего я окажусь там за полчаса.

И тут неожиданно у меня мелькнула мысль, которой, по совести сказать, надо было мелькнуть намного раньше:

«Слушай, а почему ты написала, что я — твой единственный знакомый Мастер? По-моему, с Флетчером ты знакома гораздо лучше, чем со мной».

Многая с Хуаной переглянулись с откровенным замешательством. Затем Многая сказала, что и в самом деле пора переходить к делу. После чего и был извлечен на свет кристалл звукозаписи, а мне поставили ультиматум: или я Говорю на этот кристалл лучшие из подвластных мне Слов — своих и чужих — и иду куда пожелаю, либо не выйду из Башни до тех пор, пока Слова не выбьют из меня силой.

От такой неслыханной наглости у меня даже дыхание на миг перехватило. Но я все еще не принимала их всерьез.

«Возьмите, если сумеете», — только сказала я, откидываясь на спинку дивана с видом королевы, у которой толпа простолюдинов потребовала автограф на хартии вольностей.

Тогда Многая влезла в эту самую ритуальную накидку, она же сакральное облачение Проводника, и начался полный бардак из серии «что ни придумаете, все будет правда». Были какие-то зелья, высыпаемые в пламя свечей, — и свечи, сначала погасшие, а потом сгоревшие дотла от одного моего взгляда. Были кружения по комнате с пением заклятий — и обычная бабская истерика с пощечинами. Были изощренные взаимные оскорбления, была Хуана, с перепугу спрятавшаяся под стол. Многая запугивала меня великим чародеем, истинным владельцем этой Башни. Я отнеслась к угрозе всерьез — во всей атмосфере и в самом деле чувствовался отпечаток некой незаурядной личности. В ответ я попыталась припугнуть Многую Словом, от которого она откинет копыта сразу же, как я до-Говорю. На это она лишь усмехнулась: «Давай, говори! Уверяю тебя, что с моей смертью блокировка вокруг Башни не исчезнет!». Я быстро прощупала окружающую среду и с немалым испугом убедилась, что это правда — самой мне отсюда не выйти.

Дальше пошли уже совсем неописуемые гнусности. Слава богам, хоть до рукоприкладства я не опустилась, хотя очень подмывало…

Резко кольнуло в висок, заныли глаза. Неадекватная связь никогда не доставляет приятных ощущений, минутное повышение внутричерепного давления — еще не самое противное, чем она чревата. Торопливо подхватываю кристалл в ладони — сноп сиреневых бликов летит мне в лицо, в них медленно проступает лицо Флетчера — куда более отчетливое, чем при первой связи.

— Это я, Элендишка. Нахожусь в Эсхарском отростке орнамента. Тут действительно все по уши в блоках, но каких-то однонаправленных — снаружи снимаются прямым пробоем, по крайней мере, мне под силу. Сколько у тебя прошло личного времени?

Я прислушиваюсь к своим ощущениям:

— Около четырех часов с прошлой связи. Вряд ли больше…

— Тогда попытайся за следующий час проникнуть в портал. Если удастся, дальше по Орнаменту пойдешь легко, я тебе все расчищу…

— А если не проникну? — перебиваю его я. — Думаешь, это так просто?

— Если не сумеешь, придется мне ихнюю Башню штурмом брать, а не хотелось бы. Но ты все-таки попробуй… есть там кто-то, кто тебя сторожит, или только стены и магия?

— Ну… при желании можно вызвать одну девчонку, — отвечаю я, скосив глаза на каминную полку с маленьким гонгом.

— Так в чем проблема? Вызови, заморочь ей голову как угодно, хоть в туалет попросись! Лишь бы выйти из комнаты, а там сама разберешься.

— Тебя послушать, так все настолько легко… — возражаю я скорее из нерешительности, чем из действительного желания возразить.

— Легче, чем ты думаешь, — улыбается он с хитрецой. — Ладно, действуй, я жду тебя час, а потом начинаю все тут сносить! — после чего связь прерывается мгновенно, телеэкран, и тот с такой скоростью не гаснет.

Уже давно рассвело. Холодно, тихо, по-утреннему как-то пронзительно и свежо — это от льдистой белизны стен…

Я снова заворачиваю кристалл связи в замшу и заталкиваю в сумку, затягиваю боковой ремешок… Блинн, в третий раз!!! Конечно, если каждый раз наталкивать в сумку в полтора раза больше, чем в нее помещается, не стоит удивляться, что пряжка то и дело выдирается с корнем — но почему именно сейчас, когда подвязать — и то нечем?!

А пошли они все куда подальше! Они меня сюда заманили, поиздевались, заперли, а я еще должна думать о сохранности их барахла? Сбрасываю с себя синюю накидку и энергичным движением выдергиваю тонкий шнурок из кулиски на поясе — вот и славненько, как раз в петлю пролез. Снова зашвыриваю накидку под стол, затем подхожу к камину и что есть силы бью по гонгу бронзовым молоточком.

Хуана проявляется в комнате через минуту, медленно, как на новейшей фотографии, для которой не нужна ванночка с проявителем.

— Все-таки решили работать с кристаллом, госпожа? — задает она вопрос, еще пребывая в полупрозрачном состоянии.

— А вот шиш вам! — бросаю я пренебрежительно. — Ты мне лучше скажи, где у вас тут заведение для дам?

Хуана морщит светлые бровки. Сейчас на ней белый пушистый свитер, из-под которого торчит золотая парчовая юбка до полу. Похоже, не только в моей комнате сегодня забыли протопить…

— Простите, госпожа, даже не знаю, как быть. Кэролайн не велела выпускать вас из этой комнаты ни под каким видом…

— Тогда мне придется сделать это в камин, — нервно отвечаю я и добавляю мстительно: — Впрочем, не думаю, что это так уж усугубит здешний хлев. Ваш великий гуру, что, выше таких презренных материй, как уборка в доме?

— Ладно, — решается Хуана, — на минутку, наверное, можно. Становитесь рядом со мной.

Я вскидываю на плечо сумку и подчиняюсь.

— Сумку оставьте, — тут же одергивает меня Хуана.

— Ни в коем случае — у меня там тампоны, — я изо всех сил сдерживаюсь, чтобы не ухмыльнуться. — Ты хоть знаешь, что такое тампоны и зачем они нужны?

Легко все-таки презирать так называемые «средства женской гигиены», если можешь побывать в Слэрте и зашить в плечо гормональную капсулу, рассчитанную на пять лет. Моей осталось полтора года сроку, но потом ведь можно и поменять…