Чужестранка в гареме - Грассо Патриция

– Д-да, принцесса.

– Немедленно извинитесь перед Омаром. Обе служанки чинно поклонились евнуху.

– Прости нас, Омар, – произнесла первая.

– Мы не хотели обидеть тебя, – добавила вторая. Омар выпятил грудь и самодовольно надулся.

– Ваши извинения приняты, рабыни. Ступайте и впредь следите за тем, что говорите.

– Спасибо, что защитили меня, – сказал Омар, нанося на тело госпожи миндальную пасту для удаления волос.

– Не за что, – отозвалась Хедер. – Это самое меньшее, что я могла сделать. Мне очень жаль, что я причинила вам столько неприятностей.

Омар кивнул и слегка улыбнулся, впервые с тех пор, как Хедер приехала в дом Миримы. Молча намазав Хедер, Омар постепенно стер пасту, оглядел результат своих трудов и подвел ее к небольшой ванне. Затем Омар вымыл роскошную медную гриву волос и тело своей молодой госпожи. Наконец он проводил ее в небольшой бассейн, чтобы она могла расслабиться в теплой воде.

– Госпожа, я должен рассказать вам о том, чего ожидать от сегодняшней ночи, – сказал Омар, решив пощадить ее невинность.

– Сегодня? – удивилась Хедер.

– Да, сегодня же ваша брачная ночь.

– Это было еще вчера.

Омар пришел к выводу, что ласки принца смягчили характер Хедер, но в этот момент ему в голову пришла неожиданная мысль.

– Могу я узнать, кто готовил вас принять принца? – поинтересовался он, помогая госпоже выйти из ванны и провожая ее на мраморную скамейку.

– Роль евнуха играл принц. Во всяком случае, некоторое время.

Омар усмехнулся. Мысль о том, что конкурентов у него нет, принесла заметное облегчение и улучшила настроение.

– Вам больно? – неожиданно спросила Хедер.

– Немного, особенно когда чихаю.

– Я не хотела причинить вам боль, – извинилась она.

– Ложитесь на скамью, и я натру вас мазью алоэ, – сказал Омар.

Хедер легла на живот. Омар согрел алоэ в руках и принялся массировать плечи и спину, постепенно снимая накопившуюся усталость.

– Вы напряжены, – заметил евнух.

– Во всем виновата Мирима, – ответила она. Сильные руки евнуха доставляли ей огромное наслаждение.

– Это самая неприятная женщина из всех, что мне доводилось встречать, – сказал Омар.

– Так она еще неприятнее, чем я?

– Вы вовсе не неприятны, – возразил евнух. – Вы просто оказались не приспособлены к нашей культуре.

– Может быть, – прошептала Хедер. Затем она спросила: – Малик сказал, что я обошлась Халиду в целое состояние. Что он имел в виду?

– Принц заплатил целое состояние за то, чтобы вы остались при нем. Да уж, это было зрелище, – выпалил Омар. – Собравшиеся на аукционе гости делали на вас высокие ставки. Все были потрясены вашей красотой. Но чем выше становилась цена, тем сильнее омрачалось лицо принца. Когда вы потеряли сознание, принц Халид ринулся на помост, накрыл вас яшмаком и подхватил на руки. Затем он обвел взглядом собравшихся и заявил, что аукцион окончен. Они начали жаловаться, и тогда принц предложил каждому выбрать любую из понравившихся ему девушек. За счет принца, разумеется. Принц Халид привез вас сюда и сделал все для вашего удобства, а потом отправился к имаму и в ту же ночь сделал вас принцессой. Что скажете?

– Зачем он вообще женился на мне? – спросила Хедер. – Он и так уже сделал меня своей рабыней.

– Принц обожает вас, – сказал Омар.

– Нет, это невозможно, – отмахнулась Хедер. – Мне нужен ваш совет касательно одного дела.

– Давать вам советы входит в мои обязанности, – отозвался Омар.

– Как лучше всего влиять на принца? Кнутом или пряником?

– Пряником, – решительно ответил евнух. В его обязанности также входило поддерживать мир и согласие в семье принца. – Повернитесь, пожалуйста.

Хедер перевернулась на спину. Нагрев в ладонях еще немного мази, он принялся массировать ее бедра, живот и грудь. Очевидно, его хозяйка уже начала привыкать к своей новой роли, пусть даже сама она еще этого не осознает. Месяц назад ее европейская скромность помешала бы ему массировать ее обнаженную в столь интимных местах.

– Вы знаете каких-нибудь католических священников? – спросила Хедер.

– Священников? – эхом отозвался Омар. – Нет, а вам зачем?

– Не важно, – сказала Хедер. – Тогда скажите, почему женщины должны носить вуаль.

– Женщине не пристало ходить с открытым лицом, – сказал Омар, полностью повторяя слова принца. – Открытое женское лицо подстрекает мужчину покуситься на чужую собственность.

– Какую еще собственность?

– Жена – это собственность мужа, – сказал Омар. – Вы принадлежите принцу. Без его разрешения ни один мужчина не может увидеть вашего лица. Ваша красота предназначена исключительно для принца.

– Значит, красота принца тоже принадлежит мне? – спросила Хедер.

– Вы считаете принца красивым? – удивился Омар. Хедер непонимающе уставилась на евнуха:

– А вы нет?

– Если бы не шрам, принца Халида можно было бы назвать красавцем, – осторожно проговорил Омар.

– У него очень красивый шрам, который подчеркивает его характер, – сказала Хедер.

Омар улыбнулся. Очень скоро госпожа станет матерью наследника принца, и тогда на Омара прольется золотой дождь.

Евнух помог Хедер встать, облачил ее в свежий кафтан и отвел прямиком в спальню принца.

Бронзовый медник уже горел, разгоняя холод осенних сумерек, а расставленные по всей комнате свечи отбрасывали по стенам танцующие тени.

На столе были расставлены блюда с оливками, орехами, козьим сыром и лепешками, а также графин с розовой водой. При виде еды Хедер осознала, как сильно проголодалась.

– Это что, весь наш ужин? – осведомилась она.

– Я принесу горячее, когда придет принц, – отозвался Омар.

– Вы любите яичные белки? – спросила Хедер, одарив евнуха лукавой улыбкой.

– Яичные белки? – удивился Омар.

– Да, вы их едите?

Не успел Омар ответить, как распахнулась дверь. Вошел принц, только что из купальни, и Омар поспешил за ужином.

– Давай прогуляемся в саду до ужина, – предложил Халид.

Ухватившись за протянутую руку, Хедер поднялась с подушки. Держась за руки, молодожены вышли в освещенный факелами сад и пошли по одной из тропинок. От холодного вечернего воздуха Хедер задрожала. Почувствовав это, Халид обнял жену за плечи и притянул к себе, согрев теплом своего тела.

Глубоко вдохнув напоенный ароматами воздух, Хедер проговорила:

– Господи, до чего же приятно пахнут цветы в этом саду! А смесь запахов создает невероятный ансамбль.

Халид показал ей цветок в форме звезды фиолетово-золотистого оттенка.

– Астры отгоняют злых духов. Так, во всяком случае, считали древние греки.

– А это что? – спросила Хедер, указав на покачивающийся фиолетовый цветок.

– Зеркало Венеры, – ответил Халид. – Если верить легенде, у Венеры было волшебное зеркало, и кто бы в него ни смотрелся, видел себя красавцем. Однажды богиня потеряла зеркало. Его нашел бедный пастух и отказался вернуть. Когда же Купидон попытался выкрасть его, зеркало разбилось. И там, где упали осколки зеркала, выросли эти цветы.

– Здорово, – сказала Хедер, очарованная историей и рассказчиком.

Халид показал ей другой цветок:

– Этот синий цветок называется Стрела Купидона, его используют для приготовления любовного напитка.

Хедер улыбнулась.

По другой тропинке они вернулись в спальню. Остановившись на террасе перед дверью, Халид и Хедер еще несколько мгновений полюбовались на волнующую красоту осенней ночи.

– Почему твоя мать так себя ведет? – спросила Хедер. Халид улыбнулся:

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто любопытно.

– Несмотря на роскошную жизнь, моя мать – несчастная женщина, – сказал Халид. – Родись она мужчиной, из нее вышел бы отличный султан, потому что она намного хитрее и амбициознее Селима. А вместо этого ей пришлось прожить всю жизнь под замком и под вуалью.

– И ты хочешь обречь меня на то же самое? – спросила Хедер.

– Ты, маленькая моя, ни капли не похожа на мою мать, – сказал Халид. – У тебя начисто отсутствует ее неукротимая жажда власти. У Миримы мужской характер, заключенный в женском теле, и, насколько я могу судить, у нее отродясь не было материнского инстинкта. Кроме того, смерть отняла у нее мужа, сына и дочь.