С/С том 4. Заставьте танцевать мертвеца. Вечер вне дома. А жизнь так коротка! - Джеймс Чейз

Она взобралась на табурет, а Кен остался стоять рядом. Бармен налил им два мартини и удалился, чтобы обслужить только что подошедшего высокого негра.

Кен посмотрел на негра с любопытством. Это был громадный, наверное, двухметровый человек, с такими широкими плечами, что он едва мог протиснуться в дверь бара, которая была не из самых узких. Волосы негра были очень коротко подстрижены, а от правого глаза до подбородка изгибался зигзагообразный шрам. Одет он был в синий бархатный костюм, черные брюки и белую нейлоновую рубашку. Воткнутая в галстук булавка с крупным бриллиантом, сверкала и переливалась при каждом его движении.

— Привет, Сэм! — крикнула Фей негру, и он улыбнулся ей, обнажив золотые зубы.

— Добрый вечер, моя красавица, — ответил он глубоким и звучным голосом.

Его черные глаза задержались на мгновение на Холанде, и он слегка кивнул, приветствуя нового приятеля Фей. Потом он взял стакан и направился к хорошенькой мулатке, одетой в очень открытое зеленое платье, которая держала между пальцами сигарету не меньше тридцати сантиметров длиной. Мулатка тоже заметила Фей и помахала ей рукой.

— Сэм Дарси, — негромко сказала Фей Кену, — владелец этой коробки. Он давал мне выступать здесь. Славный парень. А это его жена Клодетт.

— Кажется, он неплохо устроился здесь.

— Он долго был спарринг-партнером у Джо Луиса. Начал этот клуб с ничего. Когда я танцевала у него первый год, здесь был сырой подвал с несколькими столами и пианино. Видите, во что он превратился за какие-то полгода?

Она допила свой стакан и сошла с табуретки.

— Пойдем поедим, я голодна.

Холанд заплатил за выпивку и, пройдя следом за Фей, оказался в зале ресторана. Несколько пар танцевало, почти все столики были заняты.

Метрдотель, смуглый итальянец, поспешил к ним, почтительно приветствовал Фей и проводил их за столик у окна.

Они заканчивали есть омлет с шампиньонами, когда Холанд заметил, что посетители поворачиваются и смотрят в одном направлении. Он тоже повернулся и увидел входящую в зал необыкновенно красивую девушку. В ее красоте было что-то неестественное: казалось, природа не в состоянии создать такое совершенство. Девушка была высокой и стройной. Ее светлые волосы были собраны в замысловатую прическу. Зеленовато-голубое платье щедро открывало удивительно белые плечи. Огромные изумрудные глаза лучились теплым светом, ресницы загибались почти до бровей. Но взгляд Кена был прикован не столько к лицу удивительной девушки, сколько к ее фигуре. Это чудо могло привести в волнение даже глубокого старика. Кен был потрясен.

— Кто это? — вне себя от изумления спросил он, поворачиваясь к Фей.

— С ума сойти, да? — усмехнулась Фей, и Кен заметил, что лицо ее скривилось. — Вы видите перед собой самую известную в стране шлюху.

— Потрясающе! — сказал Холанд, снова впиваясь взглядом в вошедшую. Но та, не обратив на него внимания, посмотрела на Фей, повернулась и вышла из ресторана.

— Скажите, по крайней мере, как ее зовут?

— Ее зовут Тильда Доман, — ответила Фей. — Когда-то мы жили с ней под одной крышей. Сейчас она работает певичкой. С ее голосом, талантом, а главное, внешностью, я тоже сделала бы карьеру.

Горечь, прозвучавшая в голосе Фей, поразила Холанда. Он отодвинул стул и встал.

— Идемте танцевать.

Фей попыталась улыбнуться.

— Простите меня. Только я начала дышать свободно, и вот является эта тварь… Я ненавижу ее, как отраву. Это она разбила вдребезги мой танцевальный номер. — Она встала. — Идемте танцевать, я готова.

На часах было 12.20, когда они вернулись в бар.

— Быстренько по стаканчику и поедем домой, — предложила Фей. — В котором часу вы встаете? Только не пугайте меня сразу.

— В восемь. Это не рано?

— Довольно рано, но мы как-нибудь с этим справимся. Мистер получит свой первый завтрак в виде сока или кофе.

— Кофе — это отлично. — Он заказал два скотча. — Я провел с вами восхитительный вечер.

— Восхитительный, может быть… — проговорила она насмешливо. — Коко, вы изменяете жене впервые?

Удивление Кена было так велико, что он не сразу ответил.

— Как?

— Вы женаты, и ваша жена уехала путешествовать. Так?

— Разве это так заметно? — спросил Кен, разочарованный, что его раскусили.

Фей похлопала его по руке.

— Возвращаемся. Я не должна была задавать вопросов. Но вы страшно интересуете меня, Коко. Я провела с вами роскошный вечер. Обычно все бывает иначе. Мне нужно было убедиться, что вы не свободны, иначе я просто не отпустила бы вас.

Холанд покраснел.

— Я действительно не свободен.

Фей улыбнулась и пожала плечами.

— Ну что ж, все хорошее когда-то кончается. — Она взяла его под руку. — Пошли.

Когда Кен брал свою шляпу, в вестибюле появился Сэм Дарси.

— Ты уже уходишь, дорогая? — тихо спросил он.

--- Для меня поздновато, Сэм. Я приду завтра.

— Решено.

Джо открыл им дверь и посторонился, пропуская.

— Доброй ночи, мисс Карсон.

— Доброй ночи, Джо.

Они вышли в теплую темноту, дошли до улицы, чтобы подождать такси.

— Сейчас поймаем какую-нибудь машину, — уверила Фей, доставая из сумочки пару сигарет и протягивая одну Кену. Они закурили.

Внезапно Кен заметил, как из аллеи вышел какой-то мужчина, и, заметив их, поспешил уйти от освещенного окном прямоугольника на асфальте. Кен успел рассмотреть, что это был стройный, красивый парень с непокрытой головой. В тот момент он не придал эпизоду значения, но позже ему пришлось вспомнить об этом.

Из-за утла показалось такси, и Фей сделала ему знак остановиться. Сев в машину, они взялись за руки, и Фей положила голову на плечо Кена.

— Как странно, — думал он, — такое чувство, что я знаю эту девушку уже давно. И как мне хорошо сейчас с ней. Неужели я смогу заставить себя не видеть ее больше?

— Давно вы занимаетесь этим? — спросил Холанд.

— Чуть больше года, — она подняла голову. — Коко, дорогой, не пытайтесь наставить меня на путь истинный. Такие шутки мне уже надоели. Неприятно слушать советы, которые дают мужчины, приходя, чтобы спать со мной.

— А может быть вам все это уже надоело? Я не хочу вмешиваться в вашу жизнь, но думаю, с вашими данными вы можете добиться успеха в любом деле. Вы так хорошо танцуете, почему бы вам не заняться танцами снова?

— Я не хочу больше танцевать. Без моего партнера это утратило всякий смысл. А вы? Кем вы работаете?

Холанд почувствовал опасность: в городе всего три банка, Фей легко сможет его найти. Ему приходилось слышать о случаях шантажа банковских служащих, лучше не рассказывать о своей работе.

— Работаю в одной конторе, — коротко ответил он.

Фей посмотрела на него и рассмеялась.

— Не нужно такого неприступного вида. Я же сказала вам, что совершенно не опасна.

Она отодвинулась слегка и принялась рассматривать своего спутника.

— Вы подвергались сегодня вечером страшному риску, Коко. Вы отдаете себе в этом отчет?

Он неестественно рассмеялся.

— О! Вы думаете…

— Честное слово. Вы счастливы в браке, и карьера, видимо, складывается удачно. И вот однажды, поддавшись какому-то порыву, вы снимаете трубку, звоните незнакомой девице и договариваетесь о свидании. Вы могли нарваться на какую-нибудь неряху, одну из тех, что живут в этом доме, или на гарпию, которая не захотела бы уже выпустить свою добычу.

— Не нужно преувеличивать. Вас рекомендовал мне один приятель.

— Странный приятель, — сказала она серьезно. — Мой отец учил меня быть осторожной. «Берегись, может быть, ты держишь за хвост тигра!» — иногда говорил он. Подумайте об этом, Коко, и завтра же забудьте меня. Если вы захотите увидеть меня снова — не трудитесь звонить, я не соглашусь. — Она погладила его по руке. — Я не хочу, чтобы у вас были неприятности.

Холанд был тронут.

— Вы слишком хороши для своей профессии.

Она покачала головой.

— Моя доброта сегодня вечером — исключение из правила. Это вы пробудили во мне нежность. — Она рассмеялась. — Если мы будем продолжать в таком же духе, скоро начнем плакать друг другу в жилетку. К счастью, мы уже приехали.

Кен расплатился с шофером.

Фей открыла дверь ключом, и они стали подниматься по лестнице. Возможно, из-за слов девушки о риске, Холанд не мог отогнать зарождающееся чувство опасности. Какой он дурак, что отпустил такси! Нужно было проводить ее до двери и отправляться домой. Вечер в «Голубой розе» должен был стать заключительным аккордом сегодняшнего приключения.

— «Берегись, ты, может быть, держишь за хвост тигра», — кажется, так сказала она. А если тигр проснется?

Холанд твердил себе это, не переставая, но все же продолжал подниматься по лестнице.