Убийство в Эшли-Грин. Осторожно, яд! (сборник) - Джорджетт Хейер

Тут вмешался Джайлс:

– Дело пойдет быстрее, если мисс Риверс станет отвечать на вопросы суперинтенданта, а вы тем временем помолчите.

– Не забудь ту рыжую девицу, – сказал Кеннет, встав и подходя к камину. – Она пришла с Томми и, похоже, пожалела об этом.

Он выбрал трубку из подставки на каминной полке и стал набивать ее табаком из глиняного сосуда. К тому времени, когда он закурил, Лесли дошла до конца своего перечня, и суперинтендант записывал в блокнот последнюю фамилию. Кеннет пыхнул несколько раз и сказал:

– А теперь, с вашего разрешения, когда мой единокровный брат застрелился?

– Вашего единокровного брата, мистер Верекер, застрелили прошлой ночью – видимо, до полуночи, однако на этот счет у меня пока нет достоверных сведений.

– Из какого оружия?

– Из автоматического кольта тридцать второго калибра.

Кеннет приподнял брови:

– Вот как? Тони, где твой пистолет?

Она встревожилась, увидела хмурый взгляд Джайлса и отрывисто сказала:

– К чему ты клонишь? Я не убивала Роджера.

– Никто не говорит этого, детка. Где он?

– В верхнем левом ящике моего стола.

Кеннет пошел к ее столу.

– Готов держать пари, его там нет.

– Ну, на этот раз ты проиграл бы, – сказала Антония. – Я знаю, что он там, так как доставала и смазывала его в тот день, когда мы делали здесь генеральную уборку.

Кеннет открыл ящик и перебрал лежавшие там бумаги.

– Я выиграл, – сказал он. – Постарайся вспомнить.

– Но я знаю, что клала его туда! – побледнев, сказала Антония. – Под старые чеки. Лесли, ты была здесь. Не помнишь?

– Помню, как ты его смазывала, но не видела, куда положила, – ответила Лесли. – Кеннет, загляни в правый ящик.

– И там нет, – сказал Кеннет.

– Я уверена, что положила его в левый ящик! – заявила Антония. Она встала, подошла к столу и переворошила содержимое ящика. Потом испуганно сказала: – Да, пистолета здесь нет. Кто-то взял его.

– Ты абсолютно уверена, что потом не доставала его и не забыла об этом? – спросил Джайлс.

– Да. Он всегда лежит в этом ящике. Я не брала его оттуда.

– Не трудись, – сказал Кеннет.

Ханнасайд спокойно спросил:

– Мисс Верекер, кто-нибудь, кроме вашего брата и мисс Риверс, знал, где вы храните свой пистолет?

– Да многие знали!

– Нельзя ли поточнее?

– Все, кто хорошо знал эту квартиру. Например, ты, так ведь, Джайлс?

– Да, Тони, я знал, что ты держишь пистолет в письменном столе. Кажется, по моему совету. Но разве я не советовал еще и запирать ящик?

– Вроде бы советовал, но я давным-давно потеряла ключ, да и все равно вечно забывала держать ящик на запоре.

– Мисс Верекер, думаете, ваш единокровный брат знал о пистолете?

Она задумалась:

– Роджер? Видимо, он обнаружил его, так как сам сказал, что рылся в моем столе в поисках денег. Кеннет, ты к этому клонишь? Думаешь, Роджер взял его?

– Да, конечно, – ответил Кеннет. – А мой друг-суперинтендант думает, что взял я.

Ханнасайд не обратил на это внимания, но спросил Антонию, знает ли она номер пистолета.

– Тони, он указан в твоей лицензии, – подсказал Джайлс. – Можешь ее найти?

– Она наверняка где-то в моем столе, – с надеждой сказала Антония.

Изнурительные поиски, в которых ей помогали Кеннет, Джайлс и Лесли Риверс, привели наконец к находке лицензии на владение оружием. Антония торжествующе вручила ее Ханнасайду, извиняясь при этом за ее растерзанный вид. Сказала, что однажды, когда Джуно была щенком, лицензия стала добычей собак.

Ханнасайд записал номер пистолета, вернул лицензию хозяйке и пошел к выходу. Кеннет остановил его:

– Друг Озрик, насколько вы серьезны в мнении, что это может не быть самоубийством, – спросил он.

– Вы сами напомнили мне, что я не Верекер, – ответил Ханнасайд. – Я не шучу такими вещами.

– Есть какая-то тайная причина считать это убийством?

– Да, – сказал Ханнасайд. – Несколько причин. Хотите узнать еще что-нибудь?

– Конечно, – несколько неожиданно ответил Кеннет. – Очень хочу узнать, кто очередной наследник после меня.

Его слова вызвали изумленное молчание. Нарушил его Ханнасайд.

– Это не моя сфера, – сказал он.

– Неприятно возражать вам, – заговорил Кеннет, – но это именно ваша сфера. Если это убийство, то я, похоже, стану очередной жертвой. И честно говоря, не представляю себя в этой роли. Я прошу защиты полиции.

Глава двадцатая

Суперинтендант смотрел на него несколько секунд, нахмурив брови. Но тут в разговор вступила Антония.

– А разве не я очередная наследница? – спросила она. – Джайлс, разве не я?

– Не знаю, Тони. Ваш отец, составляя завещание, не предвидел смерти всех троих сыновей. Возможно, и ты.

– Что из этого следует? – вкрадчиво спросил Кеннет.

– Скотина! – в сердцах обругала брата Антония.

– Если вы всерьез хотите защиты полиции, то наверняка получите ее, подав заявление в соответствующий отдел, – сказал Ханнасайд. – А пока что я хотел бы поговорить с вашей служанкой.

– Наверное, это очень важно, – заметил Кеннет, неторопливо подошел к двери и позвал Мергатройд.

Служанка тут же вошла и, услышав, что с ней хочет поговорить суперинтендант, посмотрела на него с нескрываемой враждебностью.

– Ну? – спросила она. – Можете не говорить мне, что случилась какая-то гадость. Сама вижу.

– Однако ты нипочем не догадаешься, что именно стряслось, – сказал Кеннет. – Роджер мертв.

Мергатройд быстро перевела взгляд с одного на другого.

– Мертв? – переспросила она. – Вы не разыгрываете меня, мастер Кеннет?

Он пожал плечами:

– Спроси моего друга-суперинтенданта.

Мергатройд с шипением втянула воздух сквозь зубы.

– Вот так сюрприз. Мертв! И совсем не протрезвлялся, надо сказать. Невелика потеря – хотя смерти я бы ему не желала. – Она взглянула на Ханнасайда. – О чем вы хотели меня спросить? Я не знаю, как такое случилось, если это вам нужно.

– Где вы были вчера вечером? – спросил Ханнасайд.

– Вам-то что до этого? – ответила она. – Уж не хотите ли вы сказать, что мистер Роджер был убит?

– Боюсь, у меня есть веская причина полагать, что да, – ответил суперинтендант. – Он был обнаружен сегодня рано утром в своей квартире с огнестрельной раной в голове.

Румяные щеки Мергатройд сильно побледнели. Она сделала шаг назад, наткнулась на кресло и плюхнулась в него.

– Милостивый Боже! – выдохнула она. – Что дальше? Все эти убийства… Я в жизни никого не убивала.

– И незачем говорить, – вставил Кеннет, – что полиция думает, будто это сделал я.

При этих словах Мергатройд подскочила из кресла.

– Ах, вот оно что! Так вот, позвольте вам сказать, – заговорила она, подходя к Ханнасайду, – что мистер Кеннет был на танцах всю прошлую ночь, и мисс Риверс может подтвердить это под присягой.

– Я хотел спросить вас не об этом, – спокойно сказал Ханнасайд. – Скажите, где были вы.

– В кино, – ответила Мергатройд.

– Одна?

– Да, одна.

– А потом?

– Сразу вернулась сюда и была здесь, когда вошла мисс Тони.

– В котором часу вы вернулись?

– В двадцать минут двенадцатого. Если угодно, можете спросить мистера Питерса – вы найдете его в извозчичьем дворе. Ему принадлежат запирающиеся гаражи, он увидел меня и спросил, хороший ли был фильм. Я ему ответила.

От служанки больше ничего нельзя было добиться. Ханнасайд отпустил ее и через несколько минут ушел сам.

После того как за суперинтендантом закрылась парадная дверь, все несколько минут молчали. Нарушила молчание вернувшаяся в студию Мергатройд.

– Мне нужно готовить овощи, – прозаично сказала она, – не говоря уж о мытье посуды, так что, само собой, я не могу тратить время на разговоры. Мисс Тони, пойдемте, помогите мне. Нет смысла сидеть здесь с испуганным видом. Размышления ничего не улучшат.

Антония взглянула на Джайлса:

– Джайлс, все это становится отвратительным. Я ничего не имела против, когда речь шла об Арнольде, но это невыносимо! Кеннет – ты был в Альберт-холле всю ночь, так ведь?

– Господи, теперь она думает, что это я.

Не сводя глаз с Кеннета, Джайлс сказал:

– Лгал ты неумело. Ты же был в квартире Роджера прошлой ночью, не так ли?

– Не был! Говорю же вам: он всю ночь не покидал холла! – горячо вмешалась Лесли.

Джайлс не обратил на нее ни малейшего внимания – он не сводил глаз с лица Кеннета. Кеннет встретил его взгляд вызывающе.

– С какой стати мне быть в квартире Роджера? Можешь найти какую-то причину?

– Да, – ответил Джайлс. – Могу.

Кеннет скривил губы:

– Понятно. Убийство. Ты ошибаешься.

– Не убийство. Ревность.

Впалые щеки Кеннета покраснели.

– Снова ошибаешься.

– Хорошо, какой же была причина?

– Ты уже слышал, что я не покидал Альберт-холл до половины пятого.

– Подтвердят ли это утверждение другие члены вашей компании? Это алиби заявила мисс Риверс, а не ты. Я наблюдал за тобой. Для тебя оно было неожиданностью. Думаю, ты чуть было не опроверг его.