Дрон - Сергей Макаренко

Вид пришельца был ужасен. Старая грязная шерсть свисала длинными запутанными прядями. Огромная голова, превышающая два обхвата, ужасала своим видом. Торчащие, рванные в нескольких местах уши, налитые кровью глаза, между которыми торчал выступающий круглый нос, из которого с шумом вырывался пар. Ниже располагалась огромная пасть, с выступающими из нее верхними и нижними парными клыками. В блеске двух огромных глаз, читалось лютая ненависть. Жуткая пасть раскрылась в ужасном оскале, обнажив желтые грязные ряды клыков. Голова покоилось на огромном мощном теле, по которому бугрились камнеподобные мышцы. Его длинные свисающие мохнатые руки до колен, представляли огромные лапы, каждая из которых по размеру была больше чем орк. На левой, семипальцевой лапе отсутствовало три пальца, но зато все остальные украшали длинные острые когти, не уступающие длине рук орка. Могучее мощное тело покоилось на огромных толстых ногах. Неподвижно скалящийся зверь, смотрел внимательным взглядом на орка, изучая неожиданно появившегося пришельца.

Ехьенты, считались умными существами, и лишний раз старались не ввязываться в неприятности. Но наклонившись вперед, зверь прорычал свой рык 'ехьен' и сделал первый шаг в сторону орка.

До замершего в неподвижности орка донеся запах зловоний, вырвавшейся из пасти монстра. Чувство мимолетного страха, сменилось тут же четким расчетом. Начинающий шаман понял, что стакнулся с одним из самых древних зверей, и что у него шансов выжить нет. Даже встреча небольшого отряда с молодым ехьентом еще не гарантировала победу оркам, а что говорить, когда перед одним оркам возвышается старый зверь, вышедшей победителем в нескольких десятках схватках, а может быть и сотнях. Поэтому, даже, несмотря на размеры зверя, молодой ученик решил умереть как истинный воин, с оружием в руках. Гладкая рукоять ятана, сделанная из бивня байнада, внушала спокойствие. Острое полукруглое лезвие, отсвечивало небольшими бликами в сумраке, как бы заставляя зверя еще раз подумать, стоит ли связываться с неожиданным пришельцем или дать ему просто уйти. Ехьент может быть, и дал бы орку покинуть его обитель. Ведь он не зря дожил до своей седой шерсти, но мучавший его последнее время голод, пересилил чувство осторожности и зверь решил напасть.

Кроме меча молодой шаман, привык полагаться и на магию, которая стала неотъемлемой частью его жизни. Но в случаи с ехьентами, как и с частью других зверей, магия против них была бессильна. Какие бы не приминал разрушительные и смертно-убойные заклятья, они не носили даже малейшего вреда этим существам. Дело было в том, что вся направленная на них магия поглощалось их внутренней энергетикой, и делала их сильнее. Поэтому рассчитывать шаману пришлось только на свой острый ятан.

Зверь не спеша, приближался, опасливо косясь на острое лезвие, которое так не хорошо светилось. Ехьент, был старым и пережил уже ни одну схватку с орками, которые своими ятанами оставили следы на его толстой шкуре. Молодой шаман даже успел заметить глубокие отметины, оставленные на лапах и ногах от острых оркских мечей. Зверь, подойдя почти вплотную, остановился и внимательно посмотрел на замершего орка, он словно понимал что это не простой и необычный орк. Он словно чувствовал исходившую от него небольшую угрозу. Но голод, мучавший зверя последние дни, взял вверх. Ехьент бросился вперед, выставив перед собой лапы с длинными когтями и оскалив пасть, намереваясь растерзать свою жертву.

Молодой орк, хоть и ожидавший нападения, чуть было не пропустил прыжка зверя. Со стороны это выглядело впечатляющее, что такой огромный зверь может так легко из неподвижности прыгнуть вперед, что даже многие не успевали выхватить ятан, что отбить нацеленные в него когти и клыки зверя. Но ученик шамана был уже хорошим воином, он смог отпрыгнуть, избежав встречи с почти коснувшимися его когтями. Ехьент, опустившись на ноги, тут же развернулся и запустил свою огромную лапу в сторону орка. Не успел ученик шамана еще приземлиться, как почувствовал что не успевают вновь увернуться, и лишь только успел выставить перед собой ятан. Блестящая сталь клинка, освещая противников, встретилась с острыми когтями, преграждая им путь к лицу. Удар оказался мощным, хоть и не достигшей своей цели, ученик оказался отброшен на несколько метров в глубь пещеры. Зверь, радостно взревев, направился в сторону своей жертвы. Но жертва, не намерена была так быстро сдаваться. Почти достигнув неподвижного тела, перед зверем взметнулась быстрая тень, и стремительный росчерк ятана, оставил на лице глубокую кровавую рану, после чего орк проворно отпрыгнул подольше и выставил перед собой ятан. Ехьент, взбешенный полученной раной, и пораженный проворством молодого орка, взревел во всю мощь свих больших легких. И, несмотря на бушующий снаружи пещеры ураган, рев зверя сотряс своды пещеры, заставляя задрожать твердый пол под ногами орка.

Видя, в какое бешенство, он привел зверя, орк понял, что его уже ничего не спасет. И разжигая в себя пламя злости и ненависти к зверю за то, что тот так некстати оказался в пещере и тем самым приговорил только начинающую жизнь молодого шамана, закричал в ответ, глуша зарождающийся в душе страх, и прогоняя дрожь в ногах. Закончившийся одновременно крик двух зверей, сменился встречным ненавидящим взглядом, после чего они устремились друг на друга, преодолевая их разделяющий десяток метров. Подскочив к зверю и занеся свой ятан для удара, орк хотел рубануть по ноге, но зверь когтями левой лапы отбил лезвие в сторону и тут попытался сверху прихлопнуть его второй. Орк, откатившись в сторону, избежал встречи с лапой, которая бы просто впечатала его в твердый камень, оставив на его месте мокрое место. Но отбросив мрачные мысли, орк вновь выставил вперед ятан и стал перед зверем, которой уже успел развернуться и оскалился в своей жуткой улыбке, от которой хотелось бежать. Зверь начал неспешно наступать, стараясь оттеснить орка в угол и не давая ему возможности выскочить из западни. Все попытки прорваться или обойти ехьента, зверь закрывал свои руками и старался поймать слишком уж шустрого орка. Но все же на его остроконечных лапах добавилось с десяток кровавых порезов, которые впрочем, не сильно вредили зверю. Шаман не знал, насколько глубокой окажется пещера, и как скоро он сможет упереться спиной в стену, но пока еще ощущаю позади себя простор и, пользуясь своей скоростью, он старался, как можно больше нанести ран огромному зверю. Но все эти раны особо не беспокоили зверя, и он все также продолжал загонять свою жертву все дальше в пещеру. Молодой шаман пользуюсь еще крохами поступающего бледного света, старался хоть как-то воспользоваться своим тающим преимуществом, так как ехьенты являлись ночными животными и темноте они видели гораздо лучше, чем орки.