По лезвию судьбы - Ольга Ларгуз

зависти… а можно и по прямому назначению. Миша с Ромкой ушли купаться, пока я собирала себя из кучки пепла. Слишком много эмоций. Сегодня Марсов открывался передо мной, обнажался в буквальном смысле этого слова и не только.

Озеро было похоже на пруд, заполненный взбесившейся рыбой. Теплая прозрачная вода бурлила от количества купающихся. Я скинула сарафан и встала на берегу, пытаясь разглядеть своих мужчин, когда не меня накинулись.

— Нельзя так соблазнять, Ника! — мои визги и брыкания не мешали боссу подхватить меня на руки и занести на глубину водоема. — Все мужчины на тебя смотрят!

— А на тебя — женщины, — рассмеялась я, обнимая Михаила за шею, — и что теперь?

— Теперь все знают, что ты — моя и не будут так нагло пялиться, — довольно рыкнул он.

Мы купались почти час. Плескались до потери сил, устраивая заплывы на скорость, плавали под водой, ныряли, доставая с глубокого дна интересные камешки. Уставшие и довольные, вышли из воды и упали на покрывало. Рома щекотал мою спину длинной травинкой, а Марсов лежал на животе и успешно притворялся спящим, но подрагивающие темные ресницы выдавали его истинное состояние.

— Мам, я есть хочу.

— Сейчас будем собираться, Ром, — пробормотала я, вырываясь из приятной неги. — Вот сейчас.

От внимания ребенка не ускользнула перемена в поведении моего босса. Он молча смотрел, как Марсов поддерживал меня, пока я отряхивала ноги от песка и надевала шлепанцы, как заботливо предложил руку. Он молчал, но я точно знала, что все вопросы будут озвучены. Не сейчас, позже. Дома.

Вы замечали, что путь домой намного короче? Кажется, мы совсем недавно покинули шумный берег, а уже замаячил наш дом.

— Интересно, откуда этот смертник взялся? — хмыкнул сын, который вторую часть пути шел пешком рядом с нами.

— Какой смертник, Рома? — я огляделась, пытаясь понять направление мыслей ребенка. — Ты о ком?

— О нем.

Он махнул рукой в сторону. Там, за забором, среди деревьев была выкошена лужайка, которую мой папа использовал для тренировок.

— Кто — то вызвал деда на спарринг. Ему жить надоело, что ли? Вот дурак…

Расстояние до лужайки было приличным, высокие стволы берез и сосен скрадывали фигуры, но… Я узнала черный внедорожник, припаркованный у наших ворот. Ну, здравствуй…

=25=

Здравствуй, Барс! Это твой внедорожник с номером ноль-ноль-один и буквами РРР, не так ли? По мере приближения к поляне стало ясно, что я права.

Обнаженные по пояс мужчины — мой отец и Серковский-младший — медленно кружили в странном танце, миксе различных стилей восточных единоборств. Они провели здесь достаточно времени: босые, взлохмаченные, с раскрасневшимися лицами, не сводили взгляда друг с друга.

— Охренеть! И у него тоже! — выдохнул Ромка, снова тыча пальцем. Взяла себе на заметку дурную привычку ребенка, буду отучать. — Ма, смотри, какие кубики!

— Рома, язык оторву! — не выпуская соперника из поля зрения, рыкнул полковник. — Следи за тем, что говоришь!

— Извини, деда! Больше не буду! — пискнул ребенок и сел на траву, по-турецки скрестив ноги.

Андрей на миг отвлекся на нас, на долю секунды выпустил папу из поля зрения и уже лежал на траве. Вот так! Бывших спецназовцев не бывает!

Таки мой парень прав: кубики на прессе Барса четкие, словно вылепленные талантливой рукой скульптора, такие же идеальные, как и все тело. Джогеры цвета хаки облепили длинные ноги царевича. Какая красивая спина! А руки! Мышцы стальными канатами оплетают тело. Красавчик, что уж!

Я всегда любила наблюдать за тренировками папы. Восточные единоборства — это красиво! Плавные движения, концентрация внимания, внезапные броски, обманные маневры. Услада для глаз!

Марсов встал у меня за спиной, чем изрядно нервировал Серковского, который терял концентрацию и оказывался поверженным, когда пытался посмотреть на нас с боссом. Да, папа спуску не давал. Вышел на площадку — борись! Однако, Барс тоже сумел отличиться, пару раз уложив соперника на лопатки. Мягко, аккуратно. Не бросал, скорее обозначал прием. Уважение к возрастному сопернику бросалось в глаза.

— Спасибо за бой, — отец протянул Андрею открытую ладонь, прерывая спарринг. — Достаточно. Я получил удовольствие от работы с тобой.

— Вам спасибо, Сергей. Колоссальный опыт… не хотите поделиться им с молодым поколением? Наставничество не рассматриваете? Я бы пригласил вас в качестве инструктора…

— Я уже поделился. Много лет обучал молодежь, пришло время отдыхать, но за предложение спасибо. Очень приятно.

А мне было не очень приятно и совсем непонятно, каким ветром Барса занесло в наши палестины. Ничего, скоро выясню!

— Ника, Марс, — взгляд серых глаз перебегал от меня к боссу и обратно. Сканировал, изучал, тревожил своей настороженностью и напряжением. Пожал руку другу и сделал шаг назад. — Рад вас видеть.

— Андрей, — кивнула, не скрывая удивления. — Как ты здесь оказался?

— Просто проезжал мимо… — равнодушно бросил Барс, отряхивая джогеры от прилипших травинок. — Смотрю, знакомая машина стоит. Решил узнать, не случилось ли чего? Может помощь нужна?

Футболку, валявшуюся на траве, он надел одним движением и встал сбоку от меня. Я оказалась зажата плечами мужчин. Проскочить между Сциллой и Харибдой и выжить — моя задача на сегодня.

Папа шел с краю и — не сомневаюсь в этом — прислушивался к нашему разговору, внимательно следил за сладкой парочкой Марс — Барс, Рома вприпрыжку бежал в сторону дома, едва поединок подошел к концу.

— Мы задержимся, — я прихватила царевича за рукав футболки, — на пару минут. Поговорить нужно.

Отрицательно кивнула, встретившись взглядом с Марсовым: справлюсь сама, поддержка не нужна. Папа понимающе хмыкнул.

— Просто проезжал мимо? — протянула недоверчиво. — Абсолютно случайно?

— Именно так, Ника. Сама посуди: выходной, погода хорошая, настроение отличное, чего дома сидеть? Вот я и…

— Не смешно, Андрей.

— А я и не смеюсь. Ты сказала, что собираешься к родителям на дачу, а я…

— А ты нарушаешь свои обещания! — глядя в темнеющие серые глаза, я пошла в атаку. — Что ты мне говорил? Не давить! Не принимать решения за меня! И что происходит? Ты меня преследуешь!

— Не преследую, Ника, — Барс сгреб меня в охапку и зарылся носом в волосы. — Просто соскучился, увидеть тебя захотел. Ты такая… — шумный выдох, — удивительная. Вкусная… земляникой пахнешь, — просипел царевич. — Пожалуйста, не вырывайся, дай мне минуту!

— Отпусти, нас могут увидеть, — выкрутилась из его рук, вывернулась, как кошка. — Как же «мужик сказал — мужик сделал»? Твои обещания расходятся с делами, Андрей.

Я стояла боком к удаляющимся мужчинам, видела напряженную спину босса, который старался не оглядываться, но чувствовалось, что это дается ему с трудом.

— Расходятся, да. Но… Ника… эта химия сильнее меня.

— Тебе придется