Халхин-Гол, до и после. Часть первая - Фарид Ахмеров

Таким образом, Фарид Алимжанович прошелся по необходимости герметизации отсеков машин и их влиянии на скорость, по зеркалам заднего вида, по аварийному сбросу фонаря, который даст уверенность пилотам, что фонарь не заклинит во время покидания самолета, и они будут летать с закрытым, чем резко уменьшат сопротивление воздуха. В конце своего выступления Ахмеров рассказал о достаточно дешевом способе помощи пилотам при выведении из штопора. Надо на приборной доске начертить белую полосу шириной 2,5 -3,0 см совпадающую с продольной осью самолета. По ней пилот самолета попавшего в штопор будет выводить ручку управления точно по центру. В условиях штопора это не всегда легко, а здесь будет заметный ориентир. Так поступили инженеры испытатели МиГ-17, когда столкнулись с трудностями выведения машины из штопора. Кроме того Ахмеров сказал, что огромное множество подобных случаев и мелких полезных усовершенствований описаны в материалах на компьютерах института.

- Ну, чтоже, товарищи, - товарищ Сталин взял заключительное слово, - как говаривал один из наших современников: «Цели ясны, задачи определены – за работу, товарищи».

Глава 8. Экскурсия конструкторов в НТИПР и чем этот день закончился.

После совещания конструкторы и Ахмеров с Джамиловым вышли от товарища Сталина. Подполковник уже собирался прощаться с будущими знаменитостями – «светилами» советского авиастроения. Но не тут-то было. Конструкторы обступили «пришельцев из будущего» и напрямик напросились на экскурсию по институту. Разговор со Сталиным дался всем нелегко, и Ахмеров хотел бы отдохнуть, но назвался груздем… Пришлось любезно пригласить «светил» в институт.

Знакомая дорога в сопровождении уже примелькавшегося бойца охраны, за две недели они все уже примелькались, заняла не более 10 минут. Ахмеров с Джамиловым, сопровождаемые толпой специалистов, вошли в расположение института. В рабочей зале, она же и столовая, за компьютерами сидело несколько человек, включая пятерых выпускников академий Красной Армии. Все кроме них были в гражданской одежде, а так как в здании института топили хорошо (впрочем, как и во всех помещениях кремля), люди были одеты по летнему. Поздоровавшись со всеми сразу, Ахмеров на ходу снимая шинель и приглашая конструкторов тоже снять верхнюю одежду, прошел к рабочему месту молодого майора.

- Вот, товарищи, знакомьтесь. Это майор Сергеев, Николай Иванович, - начал Ахмеров, после того, как к нему присоединились остальные прибывшие, - он у нас изучает материалы по авиационной тематике. Товарищ майор в апреле ускоренно выпущен из Военно-воздушной академии РККА. По мере освоения информации Николай Иванович готовит рекомендации института по своей тематике, в том числе и конструирования авиационной техники. Товарищ Сергеев, кроме того, что является классным пилотом, еще и участник конструирования настоящей боевой техники. Он работал над машиной ДБА под руководством Виктора Федоровича Болховитинова и принимал участие в проработке нового проекта.

Майор Сергеев никого из конструкторов, кроме Поликарпова, не узнал, но понял, что это будут основные потребители его рекомендаций. Узнав, что конструкторы в основном разработчики истребителей, он открыл на своем рабочем месте папку под названием «Истребители» и предложил специалистам задавать вопросы.

- Э, нет, товарищ майор. Они ведь не знакомы с той информацией, которую вы уже изучили, - пришлось вмешаться Ахмерову, чтобы разговор пошел в конструктивном русле, причем обращение по званию, вместо принятого в институте по имени отчеству, было сигналом, что человек говорит или делает, что-то неправильно, - вы нам сами расскажите, что вам как летчику кажется нужным и важным из конструктивных особенностей изученных вами машин.

И товарищ Сергеев начал свой рассказ о том, что ему хотелось бы видеть на советских истребителях из того, что было на самолетах второй мировой войны в других странах. В его рассказе было, практически, всё, что коротко попытался осветить Ахмеров в своей короткой справке на совещании у Сталина, и ещё много того, что было рассыпано в книгах и статьях про авиацию всего мира, доступ к которым Николай Иванович получил благодаря назначению в институт. Он рассказал, что больше всего его удивила разница в скорости машин, разработанных в СССР, и самолетов Англии, США, Германии и даже Японии, причём, масса самолетов и мощность моторов была почти одинакова. Значит, вопрос в совершенстве аэродинамики. Кроме того, аэродинамику улучшает состояние поверхностей самолета и качество герметизации отсеков самолета. Изучение моторов, которые использовали самолетостроители в своих разработках, также заставило задуматься майора. При одинаковой мощности литровый объем иностранных моторов был меньше, чем советских. С этим, конечно, самолетостроители не могли ничего поделать, но учитывать это придется. Ещё Сергееву понравилось приспособление под названием винглеты. Они помогают получить подъёмную силу при уменьшеном размахе крыла, или увеличенную дальность при одинаковом размахе. У винглет есть и другие полезные качества. Особенно Сергееву хотелось бы довести до конструкторов полезность заполнения бензобаков пористым материалом, особенно для самолетов, летающих над полем боя, когда в них стреляют изо всего, что может стрелять. Единственный доступный сейчас пористый материал – это люфа. И майор показал конструкторам мочалку. Все они видели люфу в первый раз в жизни. Сергеев пожаловался, что почти неделю назад послал результаты предварительных испытаний (тех самых, с Ворошиловым), а от НИИ ВВС ни привета, ни ответа. Поэтому конструкторам придется взять этот вопрос на себя. Весь свой рассказ, вернее доклад, Николай Иванович сопровождал иллюстрациями на экране компьютера, из своих рекомендаций, составляемых им в порядке задания и уже почти готовых к распечатке.

Ахмеров всегда удивлялся, как быстро люди первой половины 20-го века осваивали гаджеты и как умело ими пользовались. «Да, были люди в наше время».

«Кстати о гаджетах» - подумал Ахмеров и сказал: - Я извиняюсь, Николай Иванович, покажите, пожалуйста, товарищам работу инженерного калькулятора, сперва - на экране компьютера, а потом и сам прибор – калькулятор.

Николай Иванович с удовольствием прервался, ибо не привык держать столь длинную речь и поэтому устал. Показав то, что требовалось, он посмотрел на Ахмерова.

- Как видите, этот прибор позволяет значительно облегчить и сделать точными расчеты при конструировании изделий. Каждый из вас получит такой или аналогичный прибор, надеюсь, это ускорит вашу работу.

Конструкторы с удивлением, граничащим с восторгом, осмотрели предложенное устройство. Некоторые попробовали по памяти проверить его на вычислении тригонометрических функций, и остались очень довольны результатом.

- Каждый из вас получивший приборы, должен будет сохранять в тайне обладание изделия из 21-го века, хотя бы до 1 сентября 1939 года.

- А что будет 1 сентября? - не утерпел Сильванский – самый молодой