Ночь закончится пламенем - К. С. Сун

была уверена, что в мое сознание ему не пробиться. Тайян поморщился и пробормотал: – Мир этого не переживет.

Неожиданно мое внимание привлекло едва заметное движение позади него. Я вытянула шею, напряженно вглядываясь в заросли, а затем перевела взгляд на скалу неподалеку от нас и увидела темную фигуру, замершую на гребне утеса: широкий плащ развевался на ветру, а за спиной отчетливо виднелись рукояти двух длинных клинков. Незнакомец разглядывал ночной лес, и я, понимая, что мы скрыты от него густой кроной и сумерками, тем не менее будто почувствовала его взгляд, устремившийся прямо на нас.

Меня прошиб холодный пот. Этой ночью лес кишел хищниками.

– Здесь я не смогу тебе помочь, – тихо сказал Тайян, снова привлекая мое внимание.

– А я не могу уйти с тобой.

Голоса, которые мы услышали ранее, зазвучали громче. Я уже различала смех и болтовню шумных солдат армии Аньлая. Тайян сделал несколько шагов во тьму, но прежде, чем скрыться в лесу, он обернулся ко мне и едва слышно произнес:

– Огонь и воду объединить нелегко. Но нам не стоит быть врагами, Хайян.

20

«На девятнадцатом году периода Сражающихся царств Жунун – защитник пустыни похоронил печать Красной птицы под тысячей ли песка, дабы избавить людей от ее зверств. И после этого в империи Тяньцзя воцарился мир».

ПОЯСНЕНИЯ К ПЕРИОДУ СРАЖАЮЩИХСЯ ЦАРСТВ, 822 Г.

Я бросилась к лагерю, опасаясь, что мое отсутствие может показаться другим подозрительным. Но стоило протянуть руку к навесу, скрывающему вход в палатку, как из-за нее выскочил Воробей.

– Жэнь? Ты не спишь? Идем с нами!

А между тем было уже далеко за полночь. Я с изумлением уставилась на форму Воробья. Сначала решила, что он отправился по нужде, но, похоже, бодрствовал он по иной причине. Глаза мои полезли на лоб, когда я заметила, что он смазал волосы маслом, чтобы пригладить вихры.

– Я познакомился с одной девицей в Цзи Цзуне, – пояснил он, многозначительно ухмыляясь, а я вспомнила, что Цзи Цзун – это название рыбацкой деревушки, расположенной в нескольких ли к западу от нашего лагеря. Воробей подпрыгнул от нетерпения и с мольбой уставился на меня. – Она предложила вернуться в полнолуние и привести с собой друзей. Пойдем с нами! К рассвету мы вернемся в лагерь, и никто не заметит нашего отсутствия.

К нам подошли Волк, Цзибо, Поросенок и Цзылун. Они обменивались непристойными шутками и широкими улыбками и то и дело тыкали друг друга локтями под ребра, если кто-то из них начинал слишком громко хохотать.

– Нет, я очень устал, – качнула я головой и сделала вид, что зеваю, однако зевок вышел вполне правдоподобным. – В другой раз.

– Ты уверен? – наседал Воробей. – Деревенские девицы совсем не такие, как высокомерные женщины Чуан Нина! Они по большей части необразованны и тупые, как пробки, но зато хорошо обучены другой науке, – подмигнул он, весело хихикая.

Я закатила глаза и процедила:

– Это отвратительно!

– Да ладно тебе! Они готовы на все, их просто нужно немного подтолкнуть…

– Чего ждем? – пробасил Волк, перебивая Воробья. – Нам бы не мешало поторопиться.

– Погодите, может, помоемся сперва? – разволновался Цзылун и попытался пригладить волосы. – Здесь рядом горячие источники.

Цзибо скривился и быстро сказал:

– У нас нет на это времени!

– Да ты просто ненавидишь мыться, – хмыкнул Воробей.

Парень покраснел и потупил взгляд, а командир его отделения, Волк, хлопнул солдата по плечу и пояснил:

– Цзибо боится воды так же, как феникс страшится железа. Потопали, ребята. Времени в обрез, а нам нужно вернуться до рассвета.

– Да идите уже, – не выдержала я и пихнула Воробья в плечо, когда он попытался уцепиться за мою руку.

– А чего ты так упрямишься? – встрял Цзылун. – Неужто тебя дома ждет возлюбленная?

– Именно! – рыкнула я, теряя терпение. – И я пообещал хранить ей верность.

– Да как она это проверит? – пожал плечами Поросенок.

Тут и Цзибо поддакнул:

– К тому же никто не знает, когда мы вернемся домой…

– Слушайте, мне правда это не интересно, – простонала я, чувствуя, как к щекам приливает жар.

– Ну, разумеется, – усмехнулся Волк, – тебя больше привлекают вечера в компании принца.

Остальные рассмеялись и наконец отправились в путь, а я некоторое время смотрела им вслед, чувствуя, как в висках бешено пульсирует кровь. Оказалось, что я совсем не умею шутить и поддерживать разговор. Дома Сюин иногда подшучивала надо мной, но всегда по-доброму. Я же, в свою очередь, иногда подтрунивала над сестренкой, но на это много ума не требовалось, ведь ей было всего пять лет. Удивительно, что мне удалось обучиться обращению с мечом, но общение и разговоры с мужчинами давались мне с трудом. В то время как остальные орудовали словами, будто кинжалами, для меня обычная болтовня оставалась слабым местом.

Вздохнула, чувствуя, что сон совсем слетел с меня. Я подумывала над тем, чтобы немного потренироваться, но, словно в ответ на мои мысли, мышцы заныли, и я отказалась от этой идеи.

А потом вспомнила слова Цзылуна о горячих источниках. Я так и не была там, поскольку слишком много солдат изъявили желание помыться в горячей воде, и я, разумеется, не рискнула даже приближаться к этому месту. Однако сейчас большинство уже спали, остальные же, подобно Воробью, отправились в Цзи Цзун на поиски развлечений на ночь.

Я лишь примерно знала, где располагались источники, но никак не могла отделаться от ощущения, что ночью лес как будто изменился, став похожим на лабиринт. Я петляла в зарослях, несколько раз возвращалась, чтобы выбрать другую тропу, но в конце концов в какой-то момент услышала журчание воды, а затем почувствовала, что воздух стал гораздо теплее.

Горячие источники представляли собой два неглубоких природных бассейна, окруженных низко свисающим папоротником и вьющимися стеблями растений, кончики которых доставали до воды. Там, где один бассейн перетекал во второй, находилось жерло гейзера, и кто-то додумался накрыть его большим камнем. Однако теперь он был сдвинут в сторону, и гейзер время от времени извергался, выбрасывая в воздух фонтаны пара и горячих струй, состоящих из множества блестящих капель. Зрелище было невероятное, и я некоторое время наслаждалась им, но все же решила вернуть камень на место, поскольку фонтаны мешали как следует насладиться купанием. Раздевшись, я быстро скользнула в теплые воды и передвинула камень, накрыв им жерло.

Прохладные порывы ветра кусали мои голые руки, и я торопливо погрузилась под воду по самую шею, блаженно выдохнув. Вокруг меня клубился пар, словно