Спящая кровь - Диана Бойко

— Не знаю, что с тобой, но мне пора, — более бодро произнес Манфлед и, поцеловав Леа в шею, встал с кровати.

— Куда? — обернулась она и стала наблюдать за одевающимся парнем, быстро спрятав листочки.

— У меня самолет через два часа… Я, вроде, говорил, — произнес парень и, натянув на себя пиджак и еще раз поцеловав Леа, вышел из комнаты.

Девушка, сев на кровати и поджав ноги, взглянула на висящее рядом зеркало. Неутомимая злоба ворвалась в ее душу, желая вырваться изнутри. Схватив вазу со стола, она запустила ее в зеркало. Множество осколков с дребезгом упали на пол, дробясь на еще более мелкие стеклышки.

Звонкий и довольно громкий смех Габриель разносился по всему дому, отчего Леа периодически вздрагивала и оборачивалась в сторону отца и его новой знакомой. Отец кратко переглядывался с дочерью, которая по-прежнему была под его строгим контролем. Мужчина, как ни в чем не бывало улыбаясь Габриель, подливал ей чай, угощая пышными ванильными пончиками, испеченными самой Мег. Отпив небольшой глоточек чая, женщина, причмокивая, повернулась к девушке. Леа, удобно устроившись в кресле и перекинув через один из подлокотников ноги, что-то усердно искала в интернете.

— А почему вы сидите дома? — наконец произнесла женщина, и взглянула на нее. — Такой замечательный вечер!!! Просто чудо. Хочу заметить, для конца августа это большая редкость.

— А вы спросите у моего отца! Почему я сижу здесь, а не провожу мое последнее свободное время где-нибудь в кафе… да где угодно! — слегка повысив тон и продолжая стучать пальцами по клавиатуре, ответила девушка.

Мужчина кинул неодобрительный взгляд на дочь и подлил Габриель еще чаю.

— Тодд сказал мне, что ты скоро замуж выходишь! Это так здорово, свадьба и все такое! — продолжала женщина.

— Да наверно, — сухо ответила та и пристально всмотрелась в очередную страницу Яндекса.

Небольшая цветная картинка с изображением зверя, напоминающего человека, располагалась посредине страницы, следом за которой мелким шрифтом шел текст. «Оборотень — чудовище, существующее во многих мифологических системах. Подразумевается человек, умеющий превращаться в животных либо наоборот. Животное умеющее обращаться в людей. Так же часто таким умением обладают демоны, божества и духи. Классическим же оборотнем считается волк. Именно с ним связывают все ассоциации, рождаемые словом оборотень. Это изменение может произойти как по желанию оборотня, так и непроизвольно, вызванное, например, определенными лунными циклами или звуками. Оборотни не подвержены старению и физическим заболеваниям благодаря постоянной регенерации (обновлению) тканей. Поэтому они практически бессмертны. Однако их можно убить, смертельно ранив в сердце или мозг или иными способами, которые повреждают сердце или мозг. Считается, что серебро так же смертельно для оборотня. Хотя по своей сущности оборотень является волком, находясь в волчьем теле, он, тем не менее, сохраняет человеческие способности и знания, которые помогают ему убивать». Почувствовав, что отец сверлит глазами ее спину и ему явно не нравится, что она вовсе не хочет общаться с его гостьей, Леа закрыла ноутбук и, кинув на него взгляд, произнесла:

— Ладно, пойду в свою комнату. Буду спать, — с долей ехидности договорила она и отправилась в конец зала.

— Как, в девять часов? — удивленно произнесла Габриель.

— Да! — ответила девушка. — Отцовский закон суров.

— Леа, прекрати, — не сдержавшись, начал Тодд и потрепал себя по голове.

Габриель, ничего не понимая, смотрела то на мужчину, то на его дочь и хлопала ресницами.

— Если хочешь, можешь сходить погулять с этой… как ее там… — чуть слышно проговорил мужчина.

— Виржиния, папа, ее зовут Виржиния, и мы с ней дружим с первого класса, — с укором произнесла Леа и остановилась в дверях, облокотившись о дверной косяк и прижав к себе ноут.

— Ну, да, именно так, — еще тише проговорил Тодд.

— Ну, ладно, тогда я пойду. Ключи от машины дашь? — с радостью произнесла девушка и подмигнула Габриель, которая мило улыбнулась ей в ответ.

Мужчина нехотя опустил руку в свои старые потрепанные штаны и, достав ключи, кинул их дочери.

— Только недолго!

— Я в город, за дисками, а то тут совсем скучно. Туда и обратно, — проговорила Леа и вышла в коридор, уже натягивая обувь.

К десяти вечера на улице довольно быстро похолодало. Всего час назад в городе стояла прекрасная погода, и множество солнечных лучей отражались, играя с небольшими лужами, оставшимися после поливки клубных цветов. Теперь же магазины и лавочки, отработав положенное время, стали закрываться и уступать место ночным кафе и клубам. Небо начало медленно затягиваться тучами, и улицы Канзаса стали пустеть; это было неудивительно, ведь шла середина недели, и большая половина населения завтра снова отправлялось на работу. Только неугомонные подростки шатались по городу, не зная, чем себя занять, то и дело издавая беспричинные крики, громко шумя и расшвыривая попадающиеся им на пути металлические банки из-под пива.

Выйдя из машины, Леа поежилась от ударившего ей в грудь холодного ветра и, быстро захлопнув дверь, направилась в известный ей магазин видео и музыкальных дисков. Девушка укуталась в легкий бежевый плащ, который она захватила так, на всякий случай, и вот этот случай произошел — погода начала портиться все быстрее. Девушка быстрым шагом миновала улицу Мадчел, приближаясь к переулку Трасса. Обычно на таких улицах нельзя было парковать машины, чтобы не загораживать путь подъезда к магазинам и не стать жертвой полицейских, которые очень любили охотиться на нарушителей и сдирать с них довольно неплохие штрафы — восемьдесят долларов — даже в вечернее время. Неплохая сумма, чтобы хорошенько обдумать: пройтись тебе или позволить представителям закона залезть к себе в кошелек.

Небольшой старый бар под названием «Мертвый гусь», находившийся примерно в трехстах метрах от магазина дисков, всегда славился множеством посетителей, а лучше сказать — людьми, которые проводили там больше времени, чем на работе или дома, они практически жили там. Иногда напившихся до чертиков и начинающих шуметь мужиков пинками выкидывали из бара; а тех, кто был тише воды, несмотря на то, что они слегка перебрали и уснули прямо на столе, так и отставляли спать до утра. Мужики, выпившие пару стопок, любили выходить на улицу, чтобы покурить и поглазеть на людей, которые спешили домой. Иногда они просто стояли и болтали на свои темы, а иногда приставали к прохожим, донимая их глупыми вопросами или просто доставая их.