Клыки и воспоминания - Лав Кэти

Джейн обняла его, чувствуя, как перекатываются мышцы под горячей кожей. Рис прервал поцелуй и опустил голову, добираясь до затвердевшего соска, чтобы тут же втянуть трепещущую вершинку глубоко в рот.

Джейн издала странный звук — то ли вздох, то ли стон, где-то на грани между мучением и экстазом. Рис перебрался к другой груди, продолжая поглаживать руками все ее тело; воздух вокруг них, казалось, потрескивает от напряжения.

Джейн зажмурилась, пытаясь держать себя в руках. Он ведь даже не коснулся ее там, где сосредотачивались эти электрические разряды, а она уже сходила с ума.

— Рис, — пробормотала она, ее голос звучал прерывисто. — Я больше не могу. Ты мне нужен.

Он поднял голову, в глазах горело желание, а улыбка не скрывала голода.

— Все будет, Джейни. Но не раньше, чем я получу свое. Я слишком сильно хочу тебя. Ничего не могу с собой поделать.

Джейн вздрогнула, когда его ладонь скользнула под резинку трусиков, и длинный палец прошелся по влажным складкам.

Рис не отрывал он нее пылающих глаз.

— Ты такая горячая.

Застонав, Джейн закусила губу.

— И влажная.

— Да. — Она успела подумать о том, что должна бы смутиться, но эту мысль смыла кипящая волна наслаждения, когда палец проскользнул вглубь ее тела. Другой палец нашел крошечный узелок.

Джейн выгнулась на кровати. Боже, она этого не вынесет!

— Хочешь, чтобы я вошел в тебя?

Она требовательно затрясла головой.

Палец погрузился еще глубже, и Рис надавил на клитор сильнее.

— Тогда кончи для меня.

Джейн отчаянно и беспомощно закричала, извиваясь под его рукой. Рис двигал пальцами все быстрее, и Джейн была уверена, что вот-вот разлетится на части. И когда ей показалось, что от этой нескончаемой пытки она умрет, его губы вернулись к ее груди.

Она почувствовала, как острые края зубов сомкнулись на соске, крепко сдавливая его. И вдруг намек на боль обернулся безумным наслаждением, когда на Джейн обрушился оргазм, раскалывая ее на сотни осколков, и волны экстаза, одна за другой, захлестнули ее тело.

Глава 16

Рис поднял голову от ее груди, облизывая губы, и посмотрел на Джейн. Она дышала тяжело и часто, все еще содрогаясь в оргазме.

Он вновь провел языком по губам, чувствуя на них вкус ее наслаждения, такой сладкий и терпкий. Это ощущение подвело Риса к самой грани, но он сдержался, желая кончить только внутри Джейн.

«Откуда ты можешь это знать? — возникла где-то на краю сознания недоверчивая мысль. — С чего ты решил, что сладость на твоем языке — страсть Джейн?»

Рис не имел ни малейшего понятия. И его это не волновало. Он просто чувствовал, как его опьяняет самая сущность Джейн, и вкус был именно таким, как он ожидал. Чистым, невинным.

Не в силах больше сдерживаться, Рис стянул ее трусики вниз. Джейн даже не открыла глаза, по-прежнему тяжело дыша.

Он раздвинул ее бедра, глядя на восхитительную влажную плоть между ними, и провел пальцами по трепещущим складкам.

Джейн застонала, смотря на него снизу вверх из-под отяжелевших век; от страсти ее глаза казались невероятно зелеными.

— Все еще хочешь меня? — спросил Рис, молясь про себя, чтобы она не вздумала ответить «нет».

Затрепетав, она улыбнулась.

— Да. О, да.

Рис опустился на нее и медленно погрузился вглубь ее тела. Его окружило тепло; мышцы лона крепко сжали его, принимая, приветствуя его.

Он поцеловал ее, заглушая сладкие стоны и вздохи, и начал двигаться. Джейн прижалась к нему, выгибаясь в такт его толчкам, и Рис понял, что действительно оказался на небесах.

Джейн открыла глаза и обнаружила, что лежит на груди у Риса, а его рука покоится на ее спине — в этой позе их и сразил сон, когда они вытянулись на кровати, измотанные занятиями любовью.

Она выбралась из его объятий и потянулась. Мышцы запротестовали, руки и ноги отказывались слушаться.

Джейн взглянула на Риса, спавшего, как всегда, мертвым сном. Красивые густые волосы рассыпались по подушке; длинные темные ресницы слегка изгибались, отбрасывая тень на скулы. Сейчас в Рисе чудилось нечто ангельское, неземное. Падший ангел.

Она улыбнулась про себя. Должно быть, это все сон. Она не знала ничего — и никого — что могло сравниться по силе ощущений с пережитым. Конечно, Джейн предполагала, что секс весьма увлекателен и приятен, но к реальности готова не была.

Заниматься любовью с Рисом оказалось и в самом деле увлекательно, но приятно ли? Нет, это было поразительно, захватывающе, чувственно настолько, что просто не хватало слов.

Джейн вновь потянулась, и мышцы выразили свой протест. Весьма настойчиво.

Еще мгновение она глядела на Риса, а затем перевернулась на бок, чтобы выбраться из кровати. Подойдя к стулу, на который вчера вечером они скинули одежду, она подняла свитер Риса. Натянув его через голову, Джейн направилась в ванную.

Природа требовала свое, хотя измотанное тело велело Джейн заползти обратно в постель и свернуться клубочком возле Риса.

В ванной было темно и прохладно. Джейн щелкнула выключателем и осмотрелась. Холодок в комнате оказался обыкновенным сквозняком, вызванным перепадом температур. Вовсе не той жуткой леденящей угрозой, которая преследовала ее последние две ночи.

Воспользовавшись туалетом, она подошла к раковине, чтобы вымыть руки. Зажав мыло между ладонями, Джейн вдруг нахмурилось. В ванной все равно что-то было не так. Не страшное или зловещее, просто необычное. Джейн огляделась, пытаясь понять, что именно.

Здесь нет зеркала, вдруг осознала она. Что за ванная без зеркал? Она вспомнила реакцию Риса.

— Я не люблю зеркала.

Но с какой стати? Он ведь не мог глядеть на себя и видеть что-то, помимо физического совершенства.

Так что же встречало его в зеркале? А что если дело не во внешности? Вдруг то, что он видит, угнетает его? Может, это и есть причина его необычной амнезии?

Качая головой, Джейн выключила воду. Господи, да из нее психолог такой же, как из его врача-шарлатана. Рису нужна помощь профессионала, это ясно как божий день.

Она побрела обратно в спальню. Рис лежал все в той же позе, даже не заметив, что Джейн уже выбралась из постели. Она подошла к нему на цыпочках и осторожно подняла с подушки прядь его волос. Шелковистые нити, проскользнув между пальцами, вновь рассыпались по белой наволочке.

Джейн не утратила своего рационализма. Она должна помочь Рису, даже если из-за этого потеряет его. Она понимала это, хотя какой-то части ее сознания нравилось текущее положение вещей. Джейн приводили в восторг комплименты Риса и его заверения в том, что у них есть общее будущее. Но ей придется поступить правильно.