Волшебство на грани 2 - Анастасия Калямина

Несколько натыканных возле дороги и чуть дальше деревянных крестьянских домишек с соломенными крышами, весьма тесных, если смотреть на них со стороны, с обилием грядок возле каждого, представляли собой поселение "Тарна", если верить покосившемуся от времени указателю. Что это слово означает и на каком слоге делается ударение, ума не приложу.

Жители поселения занимались своими обычными делами, а именно, копались на любимых грядках, что-то поливали, пропалывали, выкапывали, собирали, с таким упоением, словно кроме этого занятия, ничего больше не может приносить удовольствия.... Даже тот факт, что в иных мирах, может быть, рабочий день уже закончился, не сильно тревожил этих крестьян. В общем, глазам путников предстала, типичная скучная сельская обыденность людей, в жизни которых ровным счетом ничего не происходит и не меняется. Одежда у жителей посёлка была блеклых тонов, волосы на головах спутанные, словно эти люди никогда за свои годы не причесывались.

- Неужели им нравится этим заниматься? - брезгливо спросила Сулитерия, хотя вопрос, может быть, был риторический.

- Они привыкли к этому с самого рождения и представить не могут, что можно заниматься чем-то другим. Оседлые крестьяне некоторых окрестностей очень несведущие люди. Они выращивают овощи, фрукты для городов. Раз в несколько недель к ним приезжает сборщик урожая и увозит результат их труда ко двору и на рынки. - Пояснил Тюбенций, не видя в таком положении ничего зазорного. - Они не могут покидать своё поселение, да и не хотят. Ни у кого из них ни разу не возникало и не возникнет желания отправиться на поиски места под солнцем, что уж говорить о простой поездке в близлежащий город.

- И никто им не говорит, что можно жить чуточку лучше? - Сулитерии стало немного жалко этих поселенцев. - Что может быть хуже принуждения!

- А с чего ты взяла, что они живут плохо? - поинтересовалась Карсилина, указывая в сторону упитанной барышни, которая ловко орудовала тяпкой. - Посмотри на эти довольные лица, да они в жизни бы не променяли своё положение на что-то другое!

- Но их же угнетают! - не сдавалась колдунья.

- Никто их не тиранит, - не согласился Тюбенций, пытаясь сдержать смех. - Они сами желают пахать во благо королевства, можно сказать, что стремление к трудоемкой работе на огороде у них в крови. Им дай волю, они бы и ночью возились со своими грядками, если бы вдруг поняли, что не нужно спать.

- Никогда не думала, что такое может быть добровольно, да еще и нравиться людям...

- Ты просто их не знаешь. Уверяю тебя, они вполне счастливы, потому что чувствуют себя нужными. А понятие "лучшая жизнь" у каждого своё.

С этим утверждением Сулитерии пришлось согласиться.

Желая поинтересоваться, где можно остановиться на ночлег, путники решили спросить у кого-нибудь из поселенцев, есть ли в этом местечке хоть какой-нибудь трактир, Тюбенций утверждал, что в таких местах собираются путешественники, многое повидавшие на своём пути, да и спальные места имеются. Большого желания спать в лесу на открытом воздухе ни у кого не имелось, слишком свежи были воспоминания о минувшей ночи.

На роль опрашиваемого очень хорошо подошла та самая дама с тяпкой, которая, пока эти трое не подошли вплотную к её скрипучей калитке, не обращала на посторонние факторы никакого внимания. Так самозабвенно можно отдаваться только любимому делу, на лице этой дамы не было и капли усталости.

- Простите, что мы вас отвлекаем, но здравствуйте. - Карси не имела ни малейшего понятия, как следует к ней обращаться: "мисс", "миссис", "леди" или еще как-нибудь.

Дама, согнувшаяся над синими кустами каких-то черных съедобных ягод, соизволила распрямиться и посмотрела на тех, кто мешал ей, с некоторым любопытством. Интересно, а она вообще этот язык понимает, или у них тут в "Тарне" своя атмосфера?

Дама хлопала глазами так, словно увидела тигра, да еще и альбиноса, но не знала, что это хищник, потому что доселе таких зверей наблюдать ей не приходилось, и не представляла, что можно было от него ожидать. Хотя, такое выражение её лица вполне понятно: ребята выглядели разношерстно. Тюбенций, вполне традиционный обитатель этого мира, кудрявый блондин в серой рубашке и серых льняных брюках и в обуви из кожи свиньи, вываренной, выпаренной (и еще черти через что прошедшей), не вызывал у этой крестьянки никаких приступов изумления или заинтересованности. А вот девушки: потрепанная Карсилина в золотистом платье знатной особы, подол которого был немного порван и запылен в дороге, и Сулитерия в своём депрессивном образе фанатки слезливого коллектива исполнителей альтернативной рок музыки, с волосами, ближе по цвету к фиолетовым, косой челкой и пирсингом на бровях, ноздре и губе, явили на лицо невольной собеседницы полное недоумение.

- Скажите, пожалуйста, здесь есть какое-нибудь место, где могут остановиться путешественники? - вежливо поинтересовалась принцесса.

- Такие у нас редко бывают... - Голос у дамы оказался на удивление высоким и певучим, можно сказать, эта была несостоявшаяся оперная дива.

- И где они едят, спят? - бесцеремонно перебила Сулитерия, думая, что, разговаривая с этой теткой вежливо, донести до неё что-нибудь будет весьма проблематично.

Женщина задумалась, прежде никто об этом не спрашивал.

- Ну, возле дороги, рядом с большой елью есть хижина, в эту хижину и приходят. - Наконец выдала она. - Невыгодное дело, содержать трактир, наше поселение редко кто навещает, разве что сборщики урожая, а на одних них долго не продержишься. Местные, слишком заняты, чтобы заниматься подобной ерундой, коей промышляют эти приезжие, решившие кормить путников. Я им не раз говорила, пусть себе грядку сделают и станут выращивать овощи, как это делаем все мы, но они и слушать не хотят!..

Она бы и дальше продолжала свой словесный поток в адрес несчастных людей, открывших трактир в такой глуши, да только Карси решила его прервать, решив, что информации достаточно:

- Большое вам спасибо.

Женщина не ответила и, вздохнув с облегчением, словно сбросила с плеч тяжелый, едва переносимый груз, сгорбилась над своими кустами.

Так называемый "трактир" найти оказалось не сложно. Судя по описанию дамы, большая ель, пушистая, с огромными шишками, посреди поселка, да еще и возле дороги, была одна-одинёшенька, рядом даже никаких деревьев больше не наблюдалось. И под этой елью едва заметен был покосившийся двухэтажный домик с деревянной крышей. Он оказался единственным в этом местечке, у которого крыша была не соломенная, а под окнами не располагались грядки со всяческими съедобными культурами, которым требовалось повышенное внимание. Впрочем, опознавательной вывески над крыльцом не болталось, да и названия у заведения не имелось. Единственное, что заметили Карси, Сулитерия и Тюбенций, поднявшись по скрипучим ступеням к двери - надпись на стене: "Мы вам рады". Наверное, кто-то вырезал её кухонным ножиком и не особо старался, сделать заметной.