В поисках Олеговой Руси - Константин Анисимов

Слава Аварской державы стала клониться к закату сразу после смерти ее основателя – кагана Баяна. Последним всплеском ее военной мощи была организованная персами осада Константинополя в 626 году. Возвращаясь домой после полученного от ромеев поражения, авары обнаружили, что их подданные – славяне Чехо-Моравии – восстали. Славянская держава, созданная купцом Само из Франкской державы, выбранным славянами князем за доблесть и полководческий талант, сумела отстоять свою независимость и от аваров, и от франков, просуществовав около 30 лет. Она распалась после смерти своего основателя в 658 году. Примерно тогда же или чуть раньше распалось и волынское объединение славян. После ухода русов в Прибалтику дунайцы и дулебы попали под тяжелое аварское иго, красочно описанное в русских летописях. Однако эти успехи уже не могли поправить аварских дел. Император Ираклий пригласил на Балканы сербов и хорватов, которые изгнали аваров из Иллирии и Далмации. Кроме того, на Дунае появились болгары.

Усобицы продолжали ослаблять аваров, и вот в 791 году на их границах появилась закованная в сталь кавалерия Карла Великого. Франкам понадобилось семь лет, чтобы полностью уничтожить могущественный некогда народ. Авары очень долго сдаваться не собирались и были практически истреблены франками, болгарами и славянами, мстившими за годы притеснений и издевательств. Последнее упоминание этого народа относится к 820 гг., но остатки их, по всей видимости, дожили до мадьярского вторжения.

Но вернемся к французскому эпосу. В «Песне о Роланде» перечислены враги франков. Среди них мы находим аваров, лютичей-велетов, моравов, которые с падением аваров начали строить свою государственность, лужицких сербов – всех, с кем приходилось воевать в эти годы франкам. Есть там и русы, которые, согласно «Фульку из Кандии», владели Моравией! Получается, что франки воевали с русами в Аварских войнах? Такое вполне возможно! Вспомним, что на протяжении почти 150 лет Аварский каганат находился в состоянии смуты. Вспомним, что в VII веке болгарам чуть не удалось посадить на престол каганата своего вождя! Наконец, подумаем, куда могли отправиться изгнанные из Прибалтики русы? На Дунай! В Святую Русь, память о которой хранили они в своих песнях – протобылинах! Уместно предположить, что именно хорошо организованные русы сумели возглавить разрозненные силы аваров, и именно они руководили оборонной каганата. Хотя, конечно, весьма сомнительно такое развитие событий. Русы связываются именно с Моравией. Здесь после смерти Само существовало особое племенное княжество, из которого и выросло спустя два века блистательное Великоморавское государство. Скорее всего, русы попытались прибрать к рукам наследие аваров, но их интересы столкнулись с интересами франков, и силы беглецов из Прибалтики и новорожденной империи Карла были несравнимы.

Французские поэмы помогают нам разобраться и в еще одной загадке русской истории – странных связях между Моравией и Киевской Русью. Связь этих государств очевидна. Начнем с того, что русы принесли на Днепр в X веке вариант именно моравской культуры, притом что все летописи в один голос утверждают – русы пришли с берегов Балтики. Позднее, в X–XI веках, свергнутые князья опять же искали убежище в Моравии. Главный герой русского эпоса Илья, брат князя Святой Руси – Ругиланда на Дунае, носит прозвище «Моровлин» – выходец из Моравии. Православные русины, последователи Мефодия, обвиняемые в ереси арианства, играли важную роль в крещении Моравии, а потом и Чехии. Сам Мефодий получил прозвище Русина, что было в те времена синонимом арианства. Целый ряд поздних источников называют в числе владений моравского князя Святополка I некую Русь, может быть, речь идет о будущей Угорской Руси – Закарпатской Украине. Вместе с русским боярином Святополк крестил чешского князя Борживоя.

Чего стоит только список русских эмигрантов в Моравию! Первым известным нам беглецом был Олег, сын Олега Вещего. Согласно богемским хроникам, его изгнал двоюродный брат Игорь. Олег принял христианство и стяжал такую славу в боях с венграми, что после смерти последнего законного короля моравы избрали именно русского изгнанника новым королем под именем Александр. Потерпев окончательное поражение, Олег – Александр бежал в Польшу, а потом, видимо, в Киев, где и умер около 960 года (вторая могила Олега Вещего, о которой говорит летопись, могла принадлежать именно ему!). Несколько позднее, после смерти Святослава Храброго, его сын Олег Древлянский, опасаясь своего брата Ярополка, около 978 года отправляет в Моравию, которая тогда уже входила в состав Чешского государства, своего сына, который стал основателем знатнейшего моравского рода Жеротинов. Примерно в 1016–1018 годах в Чехию или Венгрию бежит сын Владимира Крестителя Святослав Древлянский, но убийцы, посланные, согласно летописи, Святополком Окаянным, настигают его в Галиции. Спустя несколько лет в том же направлении бежит уже сам Святополк, разбитый своим братом Ярославом, но сходит с ума и пропадает без вести где-то на границе Чехии и Польши.

Это был последний подобный случай. После восшествия на престол Ярослава родственные связи с Моравией начинают ослабевать, и на смену им приходят родственные связи Ярослава и его потомков со Скандинавией. Немалую роль в этом сыграло то, что между двумя странами расположилось новое Венгерское королевство. Одновременно при дворе потомков новгородского князя Ярослава летописцы начинают создавать варяжскую легенду о происхождении русского правящего рода.

Возможно, связующим звеном между Моравией и Киевской Русью была Закарпатская Русь, которую в начале X века завоевали венгры. Возможно, именно о ней рассказывает «Фульк из Кандии» и поздние хроники, сообщающие о русских владениях моравского государя.

Не менее показательны и параллели в русско-дунайском именослове. Так, имена «Олег», «Ольга» находят параллели именно в Чехии – Oleq, Oley, Olek, Wolek и др. Ближайшая параллель русскому имени «Игорь» (в греческих хрониках «Ингорь») – вовсе не скандинавское «Ингвар», а имя хорутанского князя Инго. И в Моравии, и на Руси известны «Святополк» и «Ростислав», не встречающиеся ни у южных славян, ни в Чехии, ни в Польше (исключение составляют ободричи, соседи Рюгена, у которых только в XII веке (!) мы встречаем князей Святополка и Владимира). Это наводит на поразительную мысль – а не являлись ли моравские князья IX века русами по происхождению? Гипотеза эта не такая невозможная, как кажется на первый взгляд. Вспомним, что, согласно «Фульку из Кандии», Русью и аморавами правил общий государь, судя по контексту – русский. О происхождении Моравской династии нам ничего не известно. Предполагают ее происхождение от князя Само, но когда князья вели свой род от этого легендарного правителя, это подчеркивалось особо, как в случае с династией хорутан. Моравские же князья появляются словно из ниоткуда и явно претендуют на первенство среди славянских князей и на королевский титул, что те, в общем-то, признают. С 833 года начинает активно действовать князь Моймир, основатель Великой Моравии. В 846 году его сверг племянник Ростислав, прославившийся тем, что просил у византийского императора учителей, которые перевели бы на славянский язык церковные книги. В Моравию отправились Константин-Кирилл и Мефодий, первый епископ Моравии, прозванный Русином. В 870-м Ростислава сверг уже его племянник Святополк, опиравшийся на Германию. При нем в состав Великой Моравии входили Чехия, Лужицкая Сербия, Малая Польша (Краков), Силезия и Паннония, а также, как мы помним, некое Русское княжество. После того как умерли, не оставив наследников, сыновья Святополка Святополк II и Моймир II, моравы избрали на престол русского князя Олега! Русское духовенство и русские бояре в окружении князей, русский князь, наследовавший их престол, миграции моравов в Поднепровье, отмечаемые археологами, и бегство русских князей в Моравию – все это довольно убедительно показывает, что в Моравии правила русская же династия или родственная ей.

Поневоле в голову приходит мысль, а не могла ли Великая Моравия быть тем самым Русским каганатом? Едва ли. После 833 года, когда к власти приходит Моймир I, превративший Моравию в настоящее государство, с которым были вынуждены считаться в Европе все, история ее относительно известна. Великая Моравия определенно не может быть тем Русским каганатом, о котором сообщают «Бертинские анналы», а значит, мы должны искать его в этом регионе, но несколько восточнее.

Итак, центр соперников франков располагался между Моравией и будущей Киевской державой. Взглянем на карту Европы и сразу найдем искомую территорию! Это современная Румыния! Таким образом, французский эпос фиксирует первое знакомство франков и Русского каганата в пору его создания, а также, что не менее важно, связи Руси и Моравии, уходящие в глубокую древность, и претензии русов на аварское наследство! После поражения, полученного от франков, у русов оставалась только одна дорога – вниз по Дунаю, в Болгарию и к Черному морю, в древние владения последнего «рикса словен» Мусока!