Мироповорот - Петр Хомяков

И она смотрела на него с восхищением и обожанием.

– Благодарю тебя, моя Огненная Фея! – с каким-то экстатическим подъемом, громогласно проорал Петр.

И тут луг разразился восторженным ором. Люди, казалось, хотели порвать свои глотки, хотя бы этим самозабвенным криком компенсируя то, что не они стояли сейчас на валунах, пройдя через инициацию.

Лена протянула ему кружку с каким-то напитком. Он выпил единым махом. Судя по всему, это было что-то одновременно крепкое и тонизирующее. Он не чувствовал ни боли, ни слабости. Но все же она незаметно, но твердо поддерживала его, когда они спускались с валунов.

У подножья она протерла ему плечо чем-то прохладным и душистым и накинула на плечи чистую белую рубаху.

Волна сильнейшей любви и нежности захлестнула его. Да, она посланница Богов. Он обхватил ее за плечи и, не обращая внимания ни на кого из присутствующих, покрывал ее лицо страстными поцелуями.

Она немного отстранилась и спросила:

– Не болит?

– Нет!

– Ладно, Сварогов внук, пошли.

Они сели на заранее приготовленную скамью, сколоченную из тонких бревнышек.

И смотрели, как обряд проходит Зигфрид.

Разумеется, и появление Лены и даже ее наряд не были экспромтом. В целом все было продумано. Но в таких делах нельзя быть во всем уверенным заранее. И субъективно Петр все, что произошло, искренне воспринимал как экспромт. Как чудо.

В этот день огненную клятву приняли, помимо Петра и Зигфрида еще три человека. А потом начался настоящий языческий праздник. Присутствующие в безудержном веселье выплескивали эмоциональное напряжение сопричастности к тому, чему были свидетелями, но теперь страстно желали быть соучастниками.

И они этим весельем и искренним, экзальтированным поклонением первым пророкам новой веры утверждали свою сопричастность. Которую пока не доказали мучительной инициализацией.

Чугунов провел следующие пять дней вместе с Леной. Не так просто оказалось пережить последствия легкого, но все же шока этого сурового обряда.

Но его Огненная Фея сделала все, чтобы ему было легко. И как врач и как женщина.

А формирование новой религии после этого действа пошло семимильными шагами. И в самом деле на несколько недель отвлекло общественное сознание от становящихся все более бестолковыми протестных мероприятий.

Глава 20. Ход конем

– Проблемы, стоящие перед страной требуют для своего решения адекватных политических механизмов, – говорил президент в своем обращении к народу. – И мы продолжим совершенствование нашей политической системы. Давно назрел вопрос о переходе к выборам по партийным спискам. Имеющие массовую поддержку в обществе партии способны будут найти решения острых проблем, стоящих сейчас перед нашей страной. Мы согласовали с Государственной Думой и Советом Федерации план скорейших преобразований в этом направлении. И в самом скором времени проведем досрочные выборы в Думу уже только по партийным спискам. До этого времени мы не будем предпринимать никаких кардинальных решений ни в социальной, ни в экономической, ни в военно-политической сфере. Пусть эти проблемы будут рассмотрены новой Думой, пользующейся доверием всего народа и опирающейся на социально-активные слои нашего общества. На актив всех партий, доказавших свою жизнеспособность.

Министр обороны выключил телевизор. Он знал текст этого обращения почти наизусть, но просто хотел еще раз взглянуть на читающего. Сволочь, подонок, – подумал министр. Игра сдана. Никаких телодвижений по отмене отсрочек сделано не будет. Какой же дурак возьмет сейчас перед выборами ответственность за это. Что я скажу своим генералам?

Между тем результаты выборов все равно будут провальными для партии власти. И, разумеется, будут фальсифицированы самым наглым образом. Это станет поводом для массовых протестов. Причем в отличие от нынешних, эти протесты будут организованы и будут иметь четкую и вполне респектабельную цель. А после этого полное повторение украинского сценария.

Нынешний хозяин Кремля выступит в роли защитника справедливости и законности. А болваны, защищающие его и партию якобы его власти, будут ошельмованы. Хорошо еще, если не «покончат самоубийством» как украинские силовики в 2005 или финансисты КПСС в 1991.

Все по плану! Вот сволочь!

Ну, теперь, что же делать мне самому? Идти на поводу у этих бездарных генералов? А, собственно, кто они мне? Ни сватья, ни братья. Пусть сами делают, что хотят.

И коллеги-силовики тоже. Я сторонник самой легитимной и взвешенной позиции. Армия вне политики.

А если эти отморозки, казенные патриоты, победят?

Надо подумать. Но вряд ли. Вряд ли.

Чернокожая красотка в роли госсекретаря США чувствовала себя уверенно. И все же временами ей хотелось лишний раз показать всем, чего она, потомок черных рабов, достигла в этой стране. Хотелось, разумеется, не переходя границ дозволенного, поставить на место потомков былых хозяев ее предков.

Вот и сейчас, она говорила предельно корректно, по-деловому, но весьма жестко.

Ответственный чиновник, курирующий деликатные вопросы взаимоотношений с Россией, высокий бесцветный блондин, давал пояснения своему строгому шефу.

– Почему они так затянули с реформой законодательной власти и проведением досрочных выборов? Или ваша служба опять не доработала и не добилась от них гарантий соблюдения достигнутых договоренностей.

– Видите ли, мадам, возникли некоторые осложнения. Если бы они это сделали, как мы и договаривались, в апреле-мае, ситуация могла бы выйти из-под контроля.

– В чем там опять дело?

– Страна была сильно дестабилизирована социальными и молодежными волнениями. А различные элитные группировки требовали весьма непопулярных мер. В этой ситуации досрочное проведение выборов по партийным спискам могло бы принести такие результаты, что оранжевая революция могла бы перерасти в совершенно непредсказуемый процесс.

– Неужели нельзя было приструнить эти так называемые «элитные», – при слове «элитные» она презрительно скривила свои красивые, хотя и несколько крупноватые, губы.

– В том-то и дело, мадам, что нынешний президент должен постоянно лавировать между разными слоями своего окружения. И, похоже, не справился с управлением.

– Но теперь-то, он вышел из этого заноса? И при этом умудрился ни в кого не въехать?

– Да, похоже, ему повезло. На встречной полосе никого не было.

– Так пусть поторопится.

– Он и так торопится, обещал все сделать уже этой осенью.

– Что за манера держать наших друзей на холоде! Им опять, как и на Украине придется мерзнуть в палатках. А ведь в России еще холоднее. Неужели все же он не мог все закончить в мае?

– Вы беспокоитесь об оранжевых демонстрантах?

– Я беспокоюсь, что они разбегутся от холода, Джеф. И из-за такого пустяка все сорвется.

– Но на Украине то не разбежались.

– Россия не Украина, Джеф!

Госпожа госсекретарь была специалистом по бывшему СССР.

– Все, Леха, завязывайте бузу, – говорил Чугунов сидя в своем кабинете в офисе Союза русских инженеров, Алексею Никольскому. – Вас, то есть студентов до новых выборов не тронут. Так что можете расслабиться. Все внимание на становление неоязыческой конфессии.

– Петр Петрович, нельзя же так, то туда, то сюда, – обиженно промолвил Алексей.

– А жизнь такая, Леша. Кто говорил, что будет легко? И потом, в рамках неоязыческого проекта есть великолепная возможность и побузить и попиариться. Бодайтесь с православными. И на улицах и на телеэкранах. Пока это вам позволят.

– Выходит снова, религия – опиум для народа. Но другая религия и для другого народа.

– Эх, Леша. Не понимаешь ты ничего. Строя новую конфессию, мы строим некий скелет. Потом он обрастет мясом и…

– Что и?

Чугунов красноречиво повел рукой, указывая на стены и потолок, намекая на прослушку.

– Догадайся! – подначил Чугунов, подмигивая.

– Я-то догадываюсь, но как объяснить это массам?

– На то ты и юнгфюрер. Объясни.

– Ладно, объясню.

– Да, кстати, а как вообще распространяются наши идеи.

– После вашего жуткого обряда инициации просто великолепно. Толпа жаждет аналогичных зрелищ. А девочки просто в экстазе. Каждая примеряет на себя роль Огненной Феи. Боюсь, не хватит желающих предоставить им такую возможность.

– Знаешь, мы тут подумали и разработали рецепт состава. Если этим составом смазывать плечо, то боль значительно ослабевает. Так что передай этот рецепт втихую тем, кто хочет, но опасается.

– А сами вы им не пользовались?

– За кого ты меня принимаешь? Конечно же, нет. И потом, я действительно и твердо верю в наших Богов. Но сейчас, увы, приходится смешивать веру и политику.

Так что помоги робким ощутить хотя бы причастность к тайне. А их девчонкам дай возможность почувствовать себя Огненными Феями. Они заслужили это.