Рональдо! Двадцатиоднолетний гений и 90 минут, которые потрясли мир - Уинсли Кларксон

Но президент Нуньес еще не закончил говорить. На следующий день он снова парировал: «Если Рональдо действительно был настолько счастлив, как он об этом говорил, и на самом деле хотел остаться, то я не понимаю, как он мог отказаться от почти что Ј50 000 в неделю. Наверное, он все время вел игру на три фронта, чтобы поднять стоимость всех предложений».

Рональдо разозлился, поскольку воспринял это как критику его личных качеств и личных качеств его агентов: «У них было семь месяцев, чтобы решить все вопросы с моими менеджерами, но все, что они сделали, это валяли дурака. Я никогда более не позволю моим людям сесть с „Барсой“ за стол переговоров — всех денег в мире не заработаешь. Все в чем я сейчас заинтересован, так это в проведении хорошего игрового сезона в Италии и в подготовке к чемпионату мира во Франции. Я знаю, что Нуньес пытается оправдать себя, критикуя нас, — это вполне естественно. Я только надеюсь, что болельщики поймут меня. Пока я был здесь, я делал все от меня зависящее, чтобы „Барса“ стала чемпионом — моя совесть чиста».

Давление, очевидно, дурно действовало на него. Рональдо выглядел уставшим, у него провалились глаза после ночи, проведенной в рыданиях, с лица исчезла его необыкновенная улыбка, и он даже отказался от завтрака со своими товарищами по команде, поскольку хотел побыть в одиночестве в своем номере.

И это давление неуклонно нарастало, пока не достигло своей высшей точки только 14 месяцев спустя. Рональдо искренне хотел остаться в «Барселоне», но силы более могущественные, чем он, правили им извне. Он больше не принадлежал себе.

И, как будто дополняя эту ситуацию, в разгар всего происходящего Рональдо и кое-кто из его товарищей по команде были наказаны Марио Загало за то, что они долго не ложились спать, просматривая порнографические фильмы в гостинице, в которой остановилась команда в Осло. На самом деле Рональдо был в таком стрессовом состоянии из-за текущей неопределенности, что не мог уснуть, как он объяснил это позднее.

«Загало пришлось с нами строго поговорить, поскольку, как он сказал, приходят слишком большие счета за порнофильмы. Мы заказали очень много фильмов. Он спросил, кто смотрел эти фильмы, но никто не поднял руку», — много месяцев спустя рассказывал Рональдо одному из своих изумленных друзей.

Но что было более поразительным, так это то, что Бразилия потерпела шокирующее поражение со счетом 4:2 от скромной Норвегии. Проблемы Рональдо вне поля определенно плохо действовали на его физическую форму.

К субботе 31 мая многие желали узнать, будет ли Рональдо все же играть за «Барсу» в финальном матче за Кубок страны. Даже после всего случившегося он все еще был связан контрактом, до тех пор пока «Интер» не перевел деньги за его откупные.

Но Рональдо однозначно дал понять, что он не настроен в пользу этого: «Я знаю, что я все еще игрок „Барсы“, но у меня нет никакого желания носить ее форму — я даже на милю не подойду к Нуньесу или к кому-либо из ее руководства».

Единственным человеком, втянутым в эту историю, но понявшим ее с человеческой точки зрения, был Бобби Робсон. Он сказал: «Мне очень жаль, что произошло на этой неделе, — лучший в мире игрок был наш, а сейчас, кажется, мы его потеряли. Я сказал Рональдо только одно: возможно, клубы наподобие „Интера“ и будут платить ему больше денег, но они не станут лучшими в его жизни клубами. — Робсон настаивал, что Рональдо должны позволить сказать свое последнее слово в этой, ставшей сейчас нелепой ситуации: — Логично, что его менеджеры борются за его экономические интересы, но Рональдо является именно тем человеком, кто принимает окончательное решение. У него ключ ко всему этому — ему решать, играть в Испании или в Италии. Кроме него есть много других великих игроков, но Рональдо — единственный. И вся эта ситуация — такая грязь!»

Удивительно, но президент Нуньес до сих пор не расстался с надеждой оставить у себя Рональдо. Он решился испытать на крепость спонсоров из «Nike» и их роль в этой истории. Он заявил, что этот гигант по производству спортивной одежды все еще желает, чтобы Рональдо остался в клубе.

Роль «Nike» на последней стадии этой истории была важной, поскольку, как утверждалось, впервые в истории спонсор мог бы открыто выступить, чтобы повлиять на трансфер игрока. Это привело к еще большему усложнению ситуации, сопровождающейся противоречивыми рассказами с обеих сторон.

1 июня 1997 года Мартинс и Питта прибыли в тренировочный лагерь команды Бразилии, находившийся во Франции, в Лионе, где команда готовилась к участию в соревновании «Тур де Франс». Рональдо коротко заявил собравшейся прессе: «Ничего не изменилось. Я не открыл ни единой двери. Мое решение уже принято, и я ни в коем случае не намерен снова возобновлять переговоры с „Барселоной“».

Вице-президент «Барсы» Joan Gaspart даже признал: «Нам придется забыть о Рональдо. Его представители имеют слишком большое на него влияние».

В Лионе мобильные телефоны, всегда находившиеся при Рональдо, постоянно звонили. Кое-кто из его товарищей по команде «Барса», в том числе Коуто, Фигу и Байа, советовали ему снова подумать. Но складывалось твердое впечатление, что он на этот раз принял окончательное решение.

В среду 4 июня Питта и Мартинс в напряжении позавтракали со своим самым известным клиентом в бразильском тренировочном лагере Chateau du Pizay. Рональдо тяготился их компанией из-за всех связанных с трансфером перипетий, но они убеждали его, что наилучшим решением будет переход в «Интер». Мартинс даже сказал своему клиенту: «Прибереги свои переживания для Бразилии. Ты играешь в Европе, чтобы зарабатывать деньги».

Как позднее объяснял Мартинс, «Он успокоился и принял то, что у каждого своя роль, его дело — играть в футбол, а наше — заботиться о бизнесе».

После этого оба агента прыгнули в такси и укатили в аэропорт «Орли». Пунктом их назначения был Милан, и они летели туда на личном самолете президента «Милана» Массимо Моратти.

Тем временем к Рональдо пришло осознание того, что он перестал контролировать ситуацию. Он был в руках своих агентов, что бы он ни говорил там на публике. Они сдавили его как тиски, из которых было невозможно освободиться. В миланском аэропорту Бранчини моментально увлек Мартинса и Питта на встречу с Моратти.

А во Франции Рональдо настаивал: «Я принимал окончательное решение — я подписал документы, подтверждающие мой уход из „Барселоны“. „Интер“ предложил мне те же деньги, но он дал мне больше гарантий относительно формы оплаты».

После этого подключилась «Барса», настаивая на том, что как местное законодательство, так и нормативные акты ФИФА только испанским клубам дают право подписывать с игроками контракты, предусматривающие «откупные». Президент Нуньес не собирался так легко отпускать своего человека.