Офисные записки (СИ) - "Кьяза"

Я кубарем слетела вниз, но девушка уже исчезла на лифте. Вероника ошарашено смотрела на меня.

— Верни ее!!

Девушка бросилась названивать на мобильный, который премило ответил нам задорной песенкой из ящика стола. я выскочила на лестницу и полетела вниз. Не успела, Соня садилась в машину Антона и они умчались. Антон как назло трубку не брал. Я поднялась наверх, и хмуро посмотрела на Веронику.

— Ой, — заранее испугалась та.

— Кто-нибудь из водителей остался?

— Нет, — жалобно ответила девушка.

— Хорошо же, сиди здесь и никуда не уходи.

Я, проклиная собственные гонки по пересеченным офисным пространствам, доковыляла до своего рабочего места, взяла злосчастное письмо и спустилась вниз с планшетом наперевес.

— Одеваешься, едешь на Чистые пруды и отправляешь заказным вот это письмо с главпочтамта. Затем присылаешь мне фотографию чека с треком и можешь считать свой рабочий день завершенным. Вероника, письмо надо отправить именно сейчас! Хотя, стоп…

Я добралась до компьютера, пара кульбитов на сайте Почты РФ и я выдала девушки распечатку с полными адресами еще двух круглосуточных отделений.

— А там что?

— На всякий случай. Вероника, бегом!

Что-то просчитывая в уме, брюнета быстро собралась и исчезла. Легкое угрызение совести клюнуло меня, ведь подчиненная могла и застрять в вечных очередях. Но мучилась я со своей кровожадностью недолго. Через полчаса мне пришло электронное письмо с фотографией чека. Мда, и не тубус вовсе виноват. А ведь уже могла сама ехать домой. Написав Веронике, что она свободна и поблагодарив за фото, я устроилась поудобней в кресле, подтянув все радиотрубки себе. Из дверей выглянул Саша, внимательно посмотрел на меня и спрятался. А вот следом выскочил из дверей Беляев:

— А где секретари?

— Я вместо них. Что случилось, Александр Васильевич?

Он недовольно попыхтел:

— Один я, что ли работаю? Ландыш, выручай! Там в презентации архитектор ошибку ляпнул. Я уже переправил, осталось лишь распечатать и сброшюровать.

— Давайте файл. Сколько экземпляров?

— Ландыш, тридцать.

Я недоверчиво посмотрела на него. Но выпученные глаза и взъерошенный вид убедили, что Беляев не шутит.

— Ладно, давайте файл. Вернее, вы печатаете, я сшиваю.

— Ландыш, — он едва не плакал, — я с одним из заказчиков должен в восемь встретиться.

Главное помнить, что приличные девочки те слова, что пролетели в голове, вслух не произносят.

— Файл сбросьте на почту, — наконец то у меня получилось сформулировать свои мысли корректно.

— Я девочкам на почту скинул. Спасибо, Ландыш, с меня коробка конфет.

Я не стала говорить, что ему с ними сделать, тем более он все равно уже умчался. Открыв нужный файл, присвистнула. Порядка ста страниц. А теперь займемся математикой. В среднем на брошюру у меня уйдет около пяти-семи минут. То есть при самом грубом подсчете три с половиной часа. Значит в одиннадцать освобожусь. Плюс минус полчаса, и в результате меня снова ждет такси. Беляев пролетел мимо, бросив лишь еще раз тираду с благодарностью. Мало я его тогда приложила, надо было сильнее.

Раздобыв в каморке Антона бумагу, я быстро скользнула взглядом по файлу и взревела. Какой идиот в фамилии Генерального директора вместо Ш написал Щ? Выглянул Саша:

— Ландыш Милославовна, вам домой пора.

— Нет, Саша, я сюда переезжаю жить. Мне надо к презентации кое-что доделать.

— Мне забрать телефоны?

— Да, буду благодарна. И Саш, если вдруг Вишневский позвонит, то все ушли. Хорошо? — сейчас меньше всего хотелось видеть шефа. Я отнесла свой телефон наверх и, прихватив седьмую чашку кофе, вернулась проверять текст. А еще это надо распечатать и сшить. Но может к часу ночи управлюсь?

На часы я перестала ближе к одиннадцати ночи. Понимая, что меня крупно подставили, я прогнала Сашку спать, лишь уточнила:

— Как мне закрыть офис, когда я поеду и чтобы вас не беспокоить?

— Я уже отключил лифт, а дверь на автомате.

— Окей, спокойной ночи.

Он ушел, а я вернулась к брошюрам. На каком то моменте, работа выполнялась на автомате. Выровнять, пробить, проверить нумерацию. Обложка, пружина, собрать. Выровнять, пробить…..

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Когда на столе в плоттерной появилось три стопки презентаций, голова была полностью пустая. Не осталось ни одной мысли, кроме одной — спать. Спина ныла, туфли я уже давно сбросила. Плюнув на все, опустилась вниз, прислоняясь к столу, дверь в плоттерную закрыта, да и не сразу меня увидят. Немножко посижу и пойду домой. Интересно, а сколько сейчас времени? Неважно, я уже иду, уже встаю. Совсем немного… только бы будильник поставить.

Глаза закрылись и я уснула.

* * *

Все слишком затянулось. Витольд молча слушал коллег. Опять подковерные игры, борьба за власть. Он дал выговориться всем, анализируя, кто что сказал, кто в каком лагере. Постепенно пришли к общему знаменателю, и он поспешил на выход. Пока Богдан вез его домой, Витольд просчитывал свою дальнейшую политику. По идее тендер у него в кармане, если конечно Беляев не выкинет сюрприз. Последнее время тот стал чудить, либо работает налево. Только на кого? Впрочем, рано, пока рано. Он сам все расчеты проверил, каждую деталь. Мысли летели вперед, проигрывая сценарий завтрашнего дня. Собрать все до единого замечания, проверить, где блажь, а где реальные недочеты, определить, как быстро исправят проект. По идее все будет хорошо, лишь бы не одной мелочи не упустить. Но Ландыш педантична, когда дело касается работы, она сумеет.

Он набрал номер девушки, желая удостовериться что она дома. Ему не ответили. Наверно уже спит.

Дома, после ужина, Витольд устроился в гостиной. Смотря на всполохи огня в камине, он вновь вновь возвращался к завтрашнему совещанию. Он видел проекты конкурентов, успел оценить решения и трезво полагал, что контракт выиграет его бюро, если только не вмешается человеческий фактор. Кибаридзе в этом отношении очень щепетилен. Витольд усмехнулся, отметая сомнения. У них все получится.

Утром он прибыл на работу в восемь. Поднявшись на мансарду бросил взгляд на стол помощницы. Все документы в ровных стопочках. Значит, еще не пришла. Он направился в кабинет, решив не отказываться от традиции совместного утреннего кофе. Достал из портфеля конфеты, а пока есть возможность, решил проверить документы.

Через некоторое время он почувствовал неясную тревогу. Бросив взгляд на часы, отметил что уже полдевятого. Где Ландыш? Выглянул из кабинета. Место пустовало. Вроде все как обычно, вот только, что-то настораживало.

Витольд спустился вниз. На ресепшн уже все три секретаря щебетали, разбирая бумаги на столе.

— Доброе утро, барышни. Где ваша начальница?

Девушки разом обернулись и хором ответили:

— Доброе утро, Витольд Лоллийевич. Еще не пришла.

Он набрал номер Ландыша, кивком поблагодарив Софию за переданную газету. И вот тут замерли все. С мансарды доносилась Ария Фигаро в рок-обработке. Приглушенно, но отчетливо. Витольд выругался сквозь зубы. Ландыш забыла телефон на работе. Он вновь повернулся к девушкам:

— Она когда-нибудь опаздывала?

— Нет.

— Нуда, все случается в первый раз. Кто вчера уходил последней? Во сколько она ушла?

А вот дальнейшее его заставило насторожиться. Девушки переглянулись и Вероника тихонько ответила:

— Ландыш. Она в семь дала мне письмо, и отпустила, сказав срочно отправить. Сама осталась на ресепшн. Вот квитанция.

Витольд подошел к журналу прихода-ухода.

— Где листок за вчерашний день?

Алевтина передала ему требуемое. Он пробежался глазами по списку. Судя по всему последним ушел Беляев без четверти восемь, а вот Ландыш забыла записать время ухода. Ландыш и забыла. Нестыковка. А значит… Он бросил взгляд на ресепшн. Вот и любимая чашка девушки с майскими цветами-тезками.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Это Ландыш забыла?

— Да, мы ее уже помыли. Витольд Лоллийевич, может она в пробке? Витольд Лоллийевич!