Макото. Том 4 (СИ) - Шмаков Алексей Семенович

Всё про всё заняло секунд десять реального времени. Но зато сразу после снятия хроностазиса Гриша дико начал кашлять, выплеснув свою сигарету.

Даже бегущие за ним следом, остановились в нерешительности подходить к нам или нет.

— Что ты сделал мелкий засранец? — просипел Гриша, жадно глотая воздух в перерывах между приступами дичайшего кашля.

— Всего лишь отучил тебя от курения. — пожал я плечами и расхохотался.

Услышав мой смех, остановившиеся в нерешительности люди, всё же кинулись поздравлять меня. Под руководством Воронцова меня подхватили на руки и начали качать, подбрасывая вверх. Было довольно страшно, но я терпел все издевательства очень стойко.

Как только они успокоились, из-за спины видящего вышла Инесса. Почти половина её головы была выкрашена в розовый цвет. Вот я и увидел, что, натворила Софа и за, что понесла заслуженное наказание.

— Я уже разобрался с ней за это. — сказал я главе контрразведки. — Давай начинать, я уже как раз готов.

Говорить она мне ничего не стала. Просто подошла и положила ладонь на голову. Я почувствовал, как через меня начинает проходить её сила, смешиваясь с моей и на выходе получая в разы более мощную технику, волны которой начали распространяться от нас по всей красной арене.

— Работаем. — сказала Инесса, примерно через десять секунд после начала нашего сеанса массового успокоения.

Сразу после этого, я заметил множество вспышек на трибунах. Люди Инессы начали уничтожать марионеток, применяя все возможные способы. В дело шла не только сила, но и огнестрельное и холодное оружие. Некоторые марионетки пытались сопротивляться, но в основном всё прошло достаточно гладко.

Сразу после того, как Инесса получила доклад, что все марионетки уничтожены она прервала наш контакт. Её глаза закатились и бессознательное тело девушки начало заваливаться назад. Мне ничего не оставалось делать, кроме как, ловить её и на руках нести к выходу с арены. Где-то там должны дежурить наши целители. Сдам её Аспаруховой, может, проведёт над Инессой какие опыты.

— Макото, не торопись. После вашего поединка состоится банкет в честь победителя, всё уже готово. — окликнул меня Годунов. — Передай свою ношу Денису, он как раз должен вернуться обратно к Юле, она отпустила его только для того, чтобы поздравить тебя.

После этих слов Аркадий Вениаминович посмотрел на Дениса таким сальным взглядом, что меня даже передёрнуло от отвращения. Вот же старый извращенец сперва подкладывает девчонку под Дениса, а потом сам же и подкалывает его этим.

— Это обязательно? — спросил я, надеясь отвертеться от участи несколько часов провести в окружении аристократов-лизоблюдов, которые будут заверять меня в дружбе между нашими родами и бал, бла, бла…

Только представлю это и сразу хочется куда-нибудь спрятаться.

— К сожалению, обязательно. Слишком много очень влиятельных людей империи будут на этом банкете. А придут они туда только из-за тебя. Чтобы лично выразить своё восхищение. — последнее предложение он произнёс с настолько кислым выражением лица, что мне ещё сильнее захотелось, куда-нибудь сбежать и не идти на этот банкет.

— Всё будет хорошо. Просто держись рядом со мной. — сказала, подошедшая к нам Валентина Николаевна. — Ещё вместе с нами будут Мстислав и граф Голицин. В компании с такими людьми никто не посмеет докучать тебе. Правда ценой за относительное спокойствие станет болтовня столь древних созданий, как мы. — При этих словах бабушка казала на себя и Аркадия Вениаминовича.

Но в любом случае лучше уж знакомое зло, в виде этих стариков, чем неизвестное стадо аристократов.

— Со своими друзьями встреться позже. Они обязательно дождутся твоего возвращение. — ответил видящий, на мой ещё не заданный вопрос. — Вот только не забывай, что завтра вы отправляетесь на поиски кукольника.

— Мне срочно нужен Давыдов. — сказал я всем присутствующим.

Я совсем и забыл об оставшихся челнах рода Шуваловых. Люди Давыдова как раз должны следить, чтобы они никуда не сбежали.

— Они все мертвы. — сказал Годунов. — Сгорели заживо сразу после смерти Александра Григорьевича. Все пять человек. Какая-то посмертная техника, подобное я вижу впервые. Всё же Шувалов был очень способным владеющим.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Так вот значит, что это были за горевшие люди, которых я не смог спасти. Шувалов был такой сволочью, что наложил на всю семью печать, которая убивал их сразу после его смерти. Это же каким нужно быть человеком, чтобы пойти на подобное.

— Дима совместил свою силу, тоже использовав посмертную технику, вместе с силой крови рода. Против подобной комбинации не устоит даже плазма. — вновь ответил Аркадий Вениаминович, на очередной незаданный вопрос. — Боюсь, что этот лёд не растает теперь никогда.

Какие, оказывается, все крутые, разбрасываются посмертными техниками, комбинируют, совмещают их. Вот только они мертвы, а я иду сейчас на банкет, устроенный в честь моей победы. Пусть даже мне и не удалось уничтожить их лично. Какого-то сильного разочарования я не испытывал. Последняя точка в этой истории была поставлена. Я отомстил, за уничтожение рода.

Банкет затянулся часа на четыре. Как мне и говорила бабушка, находясь в окружении названных ею людей, я практически не подвергался нападкам со стороны остальных присутствующих. А заявилось на банкет, который проходил в том же зале, что и наше посвящение, человек шестьсот, а то и больше.

Можно считать, что двадцать пять, тридцать процентов от всех присутствующих на арене вовремя нашего поединка.

Несмотря на то что я был окружён одними стариками, мне совершенно не было с ними скучно. Они рассказывали, весёлые и не очень, истории из своей молодости, которые захватывали меня с головой.

Голицин оказался очередным другом отца. Хотя судя по тому, как он общался с Шуваловым можно было догадаться об этом сразу. Он пару раз говорил, что у него имеется внучка моего возраста, явно намекая на наше знакомство, приходилось как можно более тактично ссылаться на слишком большую занятость. Когда я это говорил Годунов, Давыдов и бабушка старательно отворачивались от нас, чтобы Голицин не увидел их готовых в любой момент расхохотаться физиономий. В конечном итоге Давыдов всё же решил мне помочь, объявив, что в ближайшее время состоится моя помолвка с его правнучками. Голицин туту же поник и больше практически не произнёс ни слова до конца банкета.

В общем, за эти четыре часа к нам подошли абсолютно все, кто пришёл на банкет. Вот только они не задерживались надолго, поздравляли меня с победой и предлагали свои услуги, дружбу, и всё прочее, что идёт со всем этим в комплекте.

Простившись с последним гостем, я смог вздохнуть с облегчением. Теперь можно расслабиться и перестать фальшиво улыбаться всем подряд. Пора домой, там меня ждут люди, с которыми я действительно хочу отпраздновать свою победу.

Возле выхода из здания меня ждало трио моих телохранителей.

— Верни всё как было! — накинулся на меня Гриша. — Я теперь не могу сигарету взять в рот, как сразу же начинаю задыхаться от кашля. Даже просто от сигаретного дыма.

— А по-моему, очень даже хорошо. Наконец в доме перестанет вонять табаком. — высказал своё мнение Сергей Михайлович.

За эти слова Гриша наградил его взглядом полным ненависти. Думаю, если бы он мог испепелять взглядом, то сейчас на нашем месте лежало бы три горстки пепла. Денису бы досталось просто так, за компанию.

А он что вообще здесь делает, кстати? Неужели Юлька его уже отпустила? Что-то на неё не похоже. Или он попал в опалу, за принесённую Инессу? Ну, может оно даже и к лучшему, хоть немного парень отдохнёт, а то такими темпами сотрёт она ему там всё под корень и закончится на этом их великая любовь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пока шли домой, Воронцов доложил мне о том, что лично разговаривал с Искандером и передал наши требования. Формулировки командующего полностью устроили, поэтому сразу после того, как мы отыщем кукольника я могу рассчитывать на полномасштабную, поддержку имперской армии в вопросе, связанном с Газни.