Торжество тревог - Валерий Александрович Пушной

синяки на теле скрыть от Павла не удастся. И что-то опять придется придумывать. Как все это противно, и как все это ранит душу.

23

Для Истровской стало неожиданностью, что Хавин сошелся с Мариной. Это не укладывалось в голове. Но флюиды ревности у нее не вспыхнули, отнеслась к новости спокойно. Потому что была увлечена Пекрасовым, удивляясь, какой занозой он в ней засел.

Сейчас она решала с банком вопрос по кредиту. Под залог своего магазина. Однако стоимость магазина не давала возможности оформить полный кредит. Ее доли в общем торговом бизнесе Хавина – Аспенского также не хватало для покрытия требуемой суммы. И Алла ломала голову, где достать недостающие деньги. Выход был один: взять в долг в торговой сети, которой руководила она.

Но так как весь бизнес, куда входила торговая сеть, возглавляемая Истровской, находился под общим началом Адаевского, надо было вопрос займа согласовать с ним. Но она знала, Анатолий согласия не даст. Потому соваться к нему бессмысленно. Следовательно, нужно взять деньги в обход него. Он, конечно, скоро узнает, но денежки уже будут сняты. А ей перед Анатолием как-нибудь удастся выкрутиться.

Алла все разложила по полочкам. Она сама подпишет договор беспроцентного займа магазину от имени магазина и от имени торговой сети, одна в двух лицах. Но и здесь появилась сложность. На счетах сети не хватало свободных средств. Надо было срочно предпринять меры для их пополнения.

Неделя неумолимо двигалась к концу, а денег у Аллы все еще не было, и она попросила Пекрасова договориться с Зибировым о продлении срока сделки. Но Дмитрий в ответ замахал руками, предложил больше не заморачиваться и забыть обо всем. Демонстрировал независимость и раскаяние тем, что втянул Истровскую в свои дела. Этим убеждал Аллу в порядочности. Такой Пекрасов ей нравился. А когда он восхищался ею, то вообще сводил женщину с ума.

Колесо вертелось с сумасшедшей скоростью. Она решила встретиться с Зибировым. Но тот не отвечал на телефонные звонки. Как предполагала, не хотел с нею разговаривать после ее отказа ему.

Но Алла никогда не останавливалась на полпути. Оделась в эффектный черно-желтый наряд, на высоченных каблуках, повесила на руку дамскую сумочку и поехала в гостиницу. На середине фойе – большой бежевый ковер под ногами. На стенах – постеры. Истровская, не смотря по сторонам, независимо прошла мимо дежурного администратора. Та проводила женщину оценивающими глазами.

Алла костяшками пальцев постучала в дверь номера Зибирова. В ответ – тишина. Достала из сумочки телефон и набрала его номер – тоже тишина. Стукнула в дверное полотно сильнее ладонью. Нетерпеливо прислушалась, но за дверью – никаких звуков.

Истровская вернулась на ресепшен к администратору, чтобы спросить, где постоялец. Та пристальным взглядом осмотрела Аллу с ног до головы, как бы примеряя на себя ее наряд, прищелкнула языком и ответила:

– Ключа он не сдавал. Впрочем, не все сдают ключи, когда куда-нибудь отлучаются на короткое время. Наверно, скоро придет.

Алла решила подождать. Вышла на улицу и стала прохаживаться по асфальтовой дорожке перед окнами гостиницы. Из некоторых окон выглянули мужские лица и стали глазеть на нее. На ближайший балкон выбрался усатый верзила и помахал ей рукой. Взгляды мужчин всегда грели ее.

Она посмотрела на усача, представила его в своей постели и улыбнулась, такой великан может раздавить, она для него маловата, такому громиле нужна женщина вдвое выше нее.

На улице было тепло. Еще не отпускала дневная жара, хотя солнце уже клонилось к горизонту.

Алла поискала взглядом окно в номер Зибирова, нашла, присмотрелась, никого не увидела, но почему-то заподозрила, что Федор никуда не уходил. Или прячется в номере, или шастает по другим постояльцам.

Она, конечно, сумела бы сейчас найти подходы к администратору, чтобы проникнуть в номер Федора, ведь у уборщиц есть другие ключи. Но оставила эту мысль, а вдруг что-то пойдет не так и навредит делу. В создавшихся обстоятельства условия диктовал Федор, а не она. Пока приходилось плясать под его дудку, однако ради Пекрасова она умерила свой гонор.

Правда, сейчас ее коробило оттого, что она держала себя в тисках, пытаясь встретиться с Зибировым, но надо было вытащить Дмитрия из ямы, которую тот сам себе уготовил.

Понятно, Федор начнет выкаблучиваться перед нею, но она – битая в бизнесе, уверена, что все равно он примет ее предложение. Жажда денег заставит его сделать это. Истровская снова вернулась в гостиницу и вновь постучала в дверь номера, затем потревожила постояльцев в ближайших номерах. Те на ее стук выглядывали из-за дверей, пожимали плечами, никто не знал Зибирова.

Внутри у Аллы волнами пошло раздражение, терпение начинало лопаться. Она почувствовала, что должна скорее уйти, иначе, если вдруг появится сейчас Федор, то получатся не переговоры, а схватка, в которой она загрызет Зибирова. До этого доводить нельзя.

Алла тронулась по длинному коридору к выходу на лестничную площадку и уже приближалась к нему, как навстречу ей вышла Марина Печаева с папкой в руках, а за нею шли ее две сотрудницы.

Марина двигалась легко, играя округлыми, несколько полноватыми формами тела. На ней было синее платье с фасонным вырезом на груди, в котором Истровская еще год назад видела ее. У Аллы мелькнула мысль, что же это Хавин даже нового платья не приобрел ей. В старье отправил сюда. Неужели настолько жаден стал? Вот что годы делают с людьми.

Печаева увидала яркую, как всегда, Истровскую и улыбнулась:

– Ты ко мне, Алла? – спросила добродушно.

Аллу удивил этот вопрос. С чего бы вдруг она приперлась к ней? Раздраженная ожиданием Зибирова, она в ответ на улыбку Марины нервно дернулась. Все как-то в одну кучу. Сверкнула глазами и тоже растянула в улыбке красивые губы, а потом слукавила:

– Вот, жду, – Алла не сказала, кого именно ждет, и можно было понять, что ждала Марину.

– Тогда пошли ко мне, – сказала та и направилась к своему номеру, который располагался недалеко от номера Федора. Открыла дверь, оглянулась на Истровскую. – Ну, ты чего?

У Аллы совсем не было желания заходить к Марине и точить с нею лясы, она легко могла бы отмахнуться и уйти, но что-то ее удержало и подтолкнуло за Печаевой. Как вихрь она пронеслась мимо сотрудниц Марины и вошла в ее номер. Сотрудницы протопали к соседнему номеру.

– Что это ты в своем городе в гостинице углы отираешь? Разве больше ночевать негде? – импульсивно упрекнула Алла.

Марина показала ей на стул у стола, положила папку с бумагами