Хроника Великого всплеска - Алексей Беркутов

Вытащив всех пилотов, Стелли выбиваясь из сил и все больше потея, перетащил тела к реактивному самолету, подальше от глаз детей.

Затем осмотрел машины. Бойца очень порадовало, то обстоятельство, что боевые комплекты почти полностью были нетронутыми, и энергии было под завязку. В одном наполовину, в другом три четверти.

Когда эджи проветрились, отступник вернулся к детям.

– Забирайте свои вещи и продукты, понесем в другую машину,- сказал он Джейси и Сирене. Дети энергично хрустели орехи, взятые в одном из ящиков.

– Ник, зачем нам менять стратолет?

– Это был глупый вопрос. У нас нет ни энергии, ни оружия. Поторапливайтесь, не забывайте, что за нами погоня.

Стелли поднял один из ящиков и направился к эджам.

В полной апатии дети последовали примеру главного. Взяв за лямку один из пилотских вещмешков, они потянули его в сторону удаляющегося мужчины.

Показав, к которому эджу нужно таскать вещи, Никита начал снимать с подвесок второй машины глакет-ракеты. Все четыре он аккуратно уложил в грузовом отсеке эджа. Похвалив детей за помощь, Стелли принес оставшиеся, неподъемные для близнецов ящики и расставил их в кузове.

Дети стянули с себя защитные костюмы, и удобно устроившись в кресле, стали ждать Ника, дотошно подгонявшего под себя новое кресло.

Наступили сумерки, заметно стемнело.

Главный всполошился поведением ребят не на шутку.

– Что происходит? Почему вы не спите? Мы вместе уже вторые сутки, а вы не на минуту не сомкнули глаз.

– Мама говорила, что нейро плохо, а папа напротив был за нейро. Наверно это оно виновато,- несколько отрешенно пробормотала Сирена.

– Что с тобой, Сирена?

– Она говорит о нейро, Ник. Дома мы спали под влиянием микрочипов. Теперь мы не чувствуем их, ничто не управляет нами. Нет контроля, как мама говорила.

– Нет!? Не чувствуете передатчиков?

– Нет, Ник.

– И когда он исчез? Когда мы улетели?

– Намного раньше, даже тебя мы ещё тогда не встретили.

– Значит, все выжившие люди свободны? И нейро не выдержали?!

– Да, наверно так.

– Ха. За это и боролось большинство наших бойцов. Но не руководители. Я постоянно вспоминаю слова отца о кучке преступников. В полисах значит бродят освободившиеся люди. Я даже не знаю, что лучше. Контроль или то, что они свободны и видят все происходящее вокруг. Как же вам помочь?

– Нам нужно снотворное.

– А где его теперь взять?

Джейси выбрался из кресла, несмотря на протесты главного и исчез в грузовом отсеке. Вернулся, протягивая Никите фармауниверсал.

– Снотворное в нем,- мальчик с довольным видом показал на прибор.

– Откуда он у тебя?- изумленно спросил Стелли.

– Стефани положила в мешок.

– Снова эта безумная женщина. У нее там четверо больных, а она отдает единственные лекарства. Бред какой-то!

– Она сказала, что у нее ещё есть.

– Это ложь! Она обманула вас. Почему вы мне не сказали?

– Она запретила. Сказала, что сама сообщит, а у тебя забот много. Но он же нам нужен.

– Конечно, но ведь она поставила под удар не только себя, но и подчиненных. Все, хватит. Давай Джейси. Нужно ввести препарат.

Боец ввел в окне меню фармауниверсала слово снотворное и прижал прибор поочередно к плечу Сирены и Джейси.

Дети минут пятнадцать ещё наблюдали за полетом, а потом ушли в мир снов.

Уже на подлете к родному спиралевидному гигасу, на радаре возникли три знакомых синих точки.

Прижав машину к земле, Никита рванул на полных оборотах к рабочему, строящемуся торцу гигаса.

Добравшись до него, Стелли резко затормозил эдж и, подняв его до третьего уровня, скользнул внутрь комплекса. Едва не собрав правую стену, он посадил эдж на перекрытия.

Вдохнув как можно больше воздуха, Ник взял излучатель наизготовку и выбрался из кабины. В кромешной тьме он пробрался до строительных перекрытий и, нащупав двери, толкнул их. За ними была жилая зона, тускло освещенная светлячками.

Родной гигас. Родной ярус или нет. Никита не знал, это ему предстояло выяснить. Добежав до следующего сектора, он начал вспоминать и сопоставлять воспоминания с символами на стене.

– Что-то не укладывается в голове,- размышлял он вслух,- я улетал, когда строили 10620 сектор, а написано 10419. Получается, не строили совсем новые сегменты, а разбирали.

– Ты прав мужчина.

Вздрогнув и чуть не забыв про лазер, главный отскочил в сторону и направил оружие в направлении, откуда прозвучал голос. На улице лежали сотни трупов, и как не всматривался он в них, не замечал нигде движения. Владелец голоса сам выдал себя, помахав бойцу рукой.

Положив излучатель в захваты, Стелли подбежал к японке лежавшей возле стены. Женщина была сплошь покрыта язвами. Ноги её были придавлены мертвым телом. Пожилая женщина слабо улыбнулась, но глаза выдали и страх, испытываемый явно к нему.

– Как вы себя чувствуете?

– Почти не чувствую. Смерть уже рядом,- болезненно улыбнувшись, ответила она.

– Может вам нужно что-нибудь?

– Нет. Хотя перед уходом в иной мир. У вас есть вода?

– С собой нет, но там,- он указал в направлении, откуда пришел,- да. Я принесу, потерпите.

Никита убежал.

В темноте он увидел черное, без луны, освещаемое только звездами небо и большую тень своей машины.

Дети все ещё спали, Ник без хлопот ушел, взяв с собой два пакета, с синтом и с водой.

Женщина жадно выпила всю воду, а на синт даже не взглянула. Отдышавшись, она вновь заговорила.

– Сначала я решила, что вы террорист, но не испугалась. Да и чего мне бояться, я уже не жилец. Потом подумала, что вы военный, но их я тоже давно не видела. Хотя у меня нет временных показателей, нейрочип не работает. Я все не могу понять, что вы за человек?!

– Я здесь раньше жил.

– И кто вы?

– Никитос Стелли, возможно вы знали моего отца, Джона Стелли?

– А говорите, что жили в Токио раньше. Как я могу его знать, если в гигасе ещё неделю назад жили более четырех миллионов человек. Что вы. Такое только в сказках бывает.

– Я просто спросил.

– Так кто вы, Стелли?

– Я человек.

– Не сомневаюсь, а можно поподробнее. Думаю, мне перед смертью вы можете рассказать.

– Я бывший террорист. Боец элиты. Сейчас человек, борющийся за жизнь, как свою, так и других.

– С вами ещё кто-то?

– Да, два восьмилетних ребенка из Сиднея. Они спят в эдже.

– Вы что залетели прямо в комплекс?

– Да.

– Однако, вы отличный пилот. Что вы собираетесь делать дальше?

– На данный момент выполняю спецзадание отца и ООН. Хотя сам не знаю. Вопросов больше чем ответов. Гораздо больше…

– Кто-то жив? Что вообще происходит?

– Нет. Мало кто выжил. Задание и предусматривает ситуацию критичную, как в данном случае.- Ник уселся на пол и начал массировать уставшую ногу.