Рожденный в Пустоте. Книга I. - Рассказчик

воплощением величия и утончённости. Высокие потолки, украшенные изысканной резьбой и позолотой, создавали ощущение простора и благородства. Стены, обшитые панелями из ценных пород дерева, придавали интерьеру особую атмосферу.

В центре зала располагался массивный стол для заседаний, окружённый креслами с высокими спинками. Во главе стола сидел император. Мебель была изготовлена из дорогих пород дерева и украшена тонкой резьбой. На стенах висели картины и гобелены, изображающие сцены из истории империи. На полу лежал мягкий ковёр, приглушающий шаги. На окнах висели тяжёлые бархатные шторы, защищающие от яркого света.

Однако среди привычной роскоши зала можно было заметить несколько необычных деталей. На стенах были развешаны экраны, на которых транслировалась сцена жесточайшей битвы. Хотя, скорее уж бойни. Члены совета молча наблюдали за происходящим на поле боя, ведь происходящее невозможно было описать словами.

Высокие потолки были украшены изысканной резьбой и позолотой. Потолочная лепнина изображала сцены из истории империи, богов и героев. Позолоченные элементы добавляли залу блеска и торжественности.

Стены были обшиты панелями из ценных пород дерева, таких как дуб, красное дерево и эбеновое дерево. На стенах висели картины и гобелены, изображающие сцены из истории империи, богов и героев.

Массивный стол для заседаний был изготовлен из тёмного дерева, вероятно, из дуба или тика. Он был украшен тонкой резьбой и позолотой. Вокруг стола стояли кресла с высокими спинками, обитые бархатом или кожей. Кресла были украшены резьбой и позолотой и имели удобные подлокотники.

На полу лежал мягкий ковёр, приглушающий шаги. На окнах висели тяжёлые бархатные шторы, защищающие от солнечного света, чтобы ничего не отвлекало заседающих.

Императорский зал военного совета был местом, где принимались важные решения, определяющие судьбу империи. Но сейчас в нём царила тяжёлая атмосфера безысходности. Первым нарушил многочасовое молчание правитель империи.

- Ну что, господа, какие решения будем принимать? - спросил Алексей Михайлович. - Ситису нужно помочь, но он и сам прекрасно справляется с обычными солдатами.

- Какая помощь? - воскликнул Степан Викторович, вскочив со своего места. - Вы видели? Видели же? Из каких-то порталов вышли Семь Смертных Грехов и Четыре Всадника Апокалипсиса! Вы же знаете это пророчество из священных текстов! Там сейчас начинается Рагнарёк!

Он трясущимися руками полез в карман, вытащил пузырёк успокоительного, которым пользовался даже император, и залпом опрокинул содержимое в себя и тяжело дыша, откинулся на спинку кресла.

Кстати, среди собравшихся можно выделить нескольких наиболее влиятельных фигур. По правую руку от императора сидит Степан Викторович Суворов, военачальник, облачённый в артефакторные доспехи. А по левую руку сидел Иван Сергеевич Волков, мудрый советник, к мнению которого всегда прислушивался Алексей Михайлович. Обычно его лицо выражало спокойствие и уверенность, но сейчас он был в панике и вообще не знал, что делать в данной ситуации. В принципе, как и все остальные.

- Ваше Величество, может, просто приведём туда нашу армию? - Николай Дмитриевич Громов высказал первое, что пришло в голову. Он был главой министерства внутренних дел. - Вы же договорились с другими правителями сразу привести войска к месту разрыва.

- Николай Дмитриевич, зачем вести наших солдат на убой? - Возразил ему Михаил Павлович Крылов, глава тайной канцелярии. - Там сражаются такие силы, что простым смертным там делать нечего.

- Хо-хо-хо, а у иномирных магов интересные заклинания. - Поглаживая свою бороду, прокаркал Константин Ильич Соколов, архимаг империи и директор магической академии, в которой обучались только самые одарённые юноши и девушки.

На вид это был дряхлый старец, а на деле — одно из мощнейших оружий империи, сильнейший маг-стихийник. Хотя все знали, что до Владыки Разрушения, Гранд Инквизитора Корочуна, ему как до Китая на карачках. Хотя, ясен пень, как безоблачный день, ему такое в глаза никто не скажет, а то сгорит дотла или навечно в ледяную статую превратится.

- И что вы предлагаете, Константин Ильич? - Язвительно ухмыльнувшись, спросил у него Михаил Павлович. - Не уж-то вы решили туда лично отправиться и захватить парочку иномирных магов?

- Хо-хо-хо, кха, кха, кха! - Закашлялся Соколов. - Что за ересь ты несёшь, мальчишка? У меня есть кого туда отправить! Я секретное оружие империи, сильнейший маг! Я не могу так безрассудно кидаться в гущу боя!

- Ой-ёй, а маги-то иномирские кончились! - Схватившись за живот и стуча по столу, рассмеялся Громов. - Их только что Гнев покрошил в капусту! Аха-ха-ха-ха-ха!

- Тихо! Заткнулись все! - Ударил кулаком по столу Алексей Михайлович. - Вы что тут за балаган устроили, дебилы? Вы умнейшие и сильнейшие лица империи, а ведёте себя как бабки базарные!

- Виноваты, Ваше Величество! - Хором сказали советники и замолчали.

- Итак, я принял решение! Вооружить солдат новейшими разработками, поднять в воздух секретные истребители, вытащить из секретных ангаров все новейшие танки, все что есть на поле боя! Армия Российской империи выступает немедленно! Император слово дал, император слово сдержал, иначе грош цена такому императору!

***

Китайская империя.

Дворец Великого императора Цинь Шихуанди.

Император Цинь Шихуанди сидел на своём троне, подперев голову рукой и смотрел огромный экран. Он был первым императором Цинь, основатель династии Цинь и первый император, объединивший Китай. Он был одет в замысловатую мантию с открытыми плечами, у него были две татуировки многоножек: первая на правой щеке, идущая вертикально вниз от правого глаза, вторая на спине. Так же на безымянном, среднем и указательном пальцах левой руки он носил украшенные золотом щитки для ногтей. На глазах у него была повязка, украшенная узорчатой полосой, что ни сколько не мешала ему смотреть трансляцию.

На экране транслировалась битва, в которой участвовал тот странный мужик с Совета Правителей. Как там его звали? Шмитис кажется... Нет, Хиритис... Тоже не то. Китайский Император поморщился, пытаясь вспомнить того наглого мужика. Он был так силён, что редко когда запоминал кого-то, кто не заслужил его уважения, а это было не так просто как кажется на первый взгляд, для начала