Расколотая жизнь - Штефан

по улицам, не боясь разговаривать о положении дел даже с мимо проходящими солдатами. По дорогам разъезжали гражданские и военные машины, а по рельсам во всю тут и там скользили поезда с вагонами. На одном из перронов люди прощались со своими близкими, желая им удачно добраться.

— Рай, ты всё поняла? — спрашивал Кина.

— Да-да. Я тебя поняла. — закатывала глаза девушка. — Полгода в Лазурных городах и сразу обратно.

— Вот и молодец. — он играючи погладил девушку по голове.

— Эй! — девушка взялась за его кисть обеими руками и придавила к своей макушке, не давая её убрать. От чего сразу покраснела. — Не думай найти кого-то, пока меня не будет. — приглушённым голосом сказала она. — Или я тебе голову отсеку! — уже на повышенном тоне воскликнула девушка.

— Ха-ха, не сомневаюсь. — Мужчина искренне улыбался на её угрозы. — А! Чуть не забыл. — Кина снял свою кобуру с пистолетом и отдал ей. — Как мы знаем, размер одежды у нас один и тот же, так что держи. Чтобы помнила.

«Ничего получше придумать не мог, а, Кинаши?» — говорил он сам себе.

— Ладно уж, возражать не стану. Знаю же, что…

— Раааай! Вы долго там? — перебила её Алиса, стоящая поодаль.

— Иду!

Пара посмотрела на друг друга, как в последний раз, прощаясь то, глазами, то мыслями. Девушка кивнула и сделала шаг, чтобы уйти, но в последний момент резко развернулась и поцеловала лейтенанта в щетинистую щёку, после чего смущённо побежала к своей младшей сестре. Поравнявшись с ней, она снова развернулась к мужчине, и замахала рукой.

— Увидимся! Не умирать, пока я сама жива!

«Сама не поняла, что ляпнула» — думала она.

— Так точно! — лейтенант отдал честь и оборачиваясь стал уходить с перрона.

— Ну всё, пошли, поезд через пару минут едет. — младшая сестра стала буквально заталкивать её в двери поезда.

— Алиса… — приглушённый мужской голос привлёк внимание. — Удачи вам и прости меня.

Девочка чуть обернулась, краем глаза смотря на своего дядю. Он стоял, опираясь на трость. Она печально вдохнула.

«Ходит…»

— Спасибо. И вам удачи, товарищ генерал. — горделиво ответила она.

Она остановилась у входа в поезд и задумалась.

— Если дождёшься нас, то прощу.

— К-конечно! Обязательно дождусь. — оживлённо, но также тихо ответил Марк.

Как только девочка скрылась в глубине поезда, по усталому, морщинистому лицу мужчины прошлась одна единственная слеза.

Эпилог

Революционеры Левова, всего за месяц смогли восстановить большую часть города и его инфраструктуру. Находящиеся в городе склады оружия, продовольствия и сырья, а также наличие сотен фабрик и заводов в регионе, позволили Народному Освободительному Фронту Руфии вести долгосрочную и полномасштабную войну. Благодаря взятию второй, по величине, руфийской агломерации, весь север материка перешёл под контроль революционеров, объединив разрозненные группировки и организации, тем самым положив начало «Великой гражданской войне». Из-за удачного восстания в Левове, в стране образовался общественный раскол, вызвав очаги сепаратизма на востоке. Как итог — большая часть востока раздробилась на множество государств, открывая сразу несколько фронтов руфийскому имперскому правительству. Из-за критической ситуации, в подконтрольных ими территориях, развернулось очередное царство террора, подавляя все мятежные и инакомыслящие элементы и перебрасывая ресурсы, и войска к столице, но с каждым днём, на сторонников правительства всё чаще стали смотреть косо, а «элита» открыто заявляет о нежизнеспособности старой, многовековой монархической системы. Неизвестно, сколько им будет удаваться сдерживать это несогласие силой, но факт остаётся фактом — фундамент многовекового режима наконец дал трещину.

Кинаши, генерал Растламов и Сэм остались сражаться на восточном фронте, как и многие другие выжившие участники «Левовской операции».

Дед-Бердай пропал без вести. После городских боёв, никто, кроме одной юной девушки его не видел.

Артём вернулся домой. После контузии, он помутнился рассудком и был отправлен домой военно-врачебной комиссией.

Женева стал быстро продвигаться по службе после событий «Левовской операции». Поднявшись на несколько рангов выше, он убедил начальство сформировать и забросить в тыл диверсионные группы, командиром и организатором которых, он и стал. После заброски в тыл, он перестал выходить на связь.

Волков остался лежать на той злосчастной площади, как и большая часть его отряда. Памятью о нём стало его имя, разнёсшееся по ветру и по памятникам героям революции.

Рам стал известным военным врачом и учёным в области эзотерики. Порой, после трудового дня, он вспоминал о своей способной ученице и в тот же момент, бросался писать ей письма.

Райя, после инцидента в госпитале, была отправлена, в так называемые, «Лазурные Города». В первую очередь — для того, чтобы спрятать, во вторую очередь — чтобы научить её пользоваться своей силой. Сестра, как не удивительно, увязалась за ней.

ПодЭпилог

Сёстры расположились в уютном купе поезда. Алиса рисует, попивая чай, пока Райя рассказывает ей о своей жизни в трущобах и ужасы, пережитые во время боёв за город. Взяв слегка черстоватое печенье, она подшучивает над младшей сестрой, представляя, что это крыса из трущоб, а после с страшным чавканьем, по-варварски, зубами отрывает куски как зверь от сырого мяса. Алиса делает гримасу отвращения и смеётся.

Даже спустя месяц, девушка не могла забыть всё, что происходило. Всех, кого она жестоко убила. Иногда она залипает в одну точку на стене, чем сильно пугает свою сестру. Но всё же, со временем ей становилось лучше. Припадки, как тогда, в больнице, не повторялись, голосов больше не было, а самозваная «богиня» больше не появлялась в её снах. Пресловутые осколки, так же, не доставляли никаких проблем — они были полностью послушными и покорными.

— Рай, а когда у тебя день рождения? — неожиданно спросила Алиса.

Девушка поперхнулась чаем от такого резкого вопроса, но всё же ответила.

— Тринадцатого февраля.

— А у меня сегодня. — сказала девочка, улыбаясь.

Сегодня было двадцать первое апреля. Глаза девушки расширились от удивления. Она зачем-то взглянула на календарь, висящий на стене, хотя она и не помнила дня рождения сестры, еще с момента как их разлучили.

— Поздравляю! — Девушка встала из-за стола и потрепала сестру по голове. — Когда доедем, я куплю тебе что-нибудь. Чего бы ты хотела? — спросила та, сев обратно.

— Хочу таёжную рысь!

— Э?! — Девушка ошалела от такого ответа, оставив рот открытым.

Девочка тут же рассмеялась, увидев глупое выражение лица своей старшей сестры. Алиса немного поникла, обратив внимание на множественные шрамы на её лице, но отбросила эту мысль, понимая, что именно её тяжёлое прошлое определило их судьбы.

— Я же пошутила! — младшая всё продолжала смеяться.

— Дура, блин! — Девушка надулась и скрестила руки — Я же почти