Багровые небеса - Андрей Ливадный

– Это почему?.. - Попытался вступить в спор Дитрих, но Вадим жестом остановил его, попросив дать ему высказаться до конца.

– На Окраине, по моему личному мнению, есть всего пять объектов, атака которых не приведет к жертвам среди мирного населения, и не отягчит нашу совесть, такими понятиями как «разбой».

– Очень интересно… - Не выдержав, все же перебил его Кроу. - И что это за «объекты»?

– Склады РТВ[29] военно-космических сил корпораций.

– Спятил? Я туда по сети-то не рискнул бы соваться, а ты что на полном серьезе, собираешься в «реале» брать их штурмом? Одним фрегатом?

– Альтернатива есть?

– Слушай, давай я просто взломаю кредитный банк Форта Стеллар, так будет надежнее.

– Дитрих, замолчи.

– А почему ты затыкаешь мне рот? Что я задолжал этому миру? Ты бредишь, Вадим. Склады РТВ - кибернетический ад, там даже мнемоников нет, все автоматизировано и не нуждается в присмотре. Системы просты и функциональны до полного абсурда, их не взломаешь, потому что программы защитных комплексов намертво «зашиты» в чипах, которые самоликвидируются при попытке вмешательства в код. И таких чипов, я имею ввиду резервных, у каждого сервомеханизма с десяток! Они не просто функциональны - я бы сказал сверхфункциональны!.. Уж об этом позаботились, так, что любому кибрайкеру тошно станет. Это тебе не сеть, а набор из миллиона изолированных исполнительных устройств, которые тупо изрешетят тебя на дальних подступах, даже имени не спросив!

– Задача сложная, согласен. Но, атакуя склады РТВ, мы получим все необходимое, не причинив морального или материального вреда никому, кроме тех, кто непосредственно покупал и продавал нас, как экзотических животных или дорогие машины, можешь выбрать термин по вкусу.

– Ладно! - Дитрих скрестил руки на груди. - Посмотрим, как ты решишь эту задачу. Только не вводи в уравнение мою жизнь в качестве переменной, договорились?

– Я не буду продолжать спорить, тем более в таком тоне. - Собрав все самообладание, ответил Вадим. - Я предлагаю задачу и прошу вместе подумать над ее решением.

Андрей Шмелев и Лиза Браун, молча слушавшие Вадима и Дитриха, переглянулись.

– Можно высказать мнение? - Произнес Андрей, нарушив возникшую паузу.

– Да, конечно.

– Я считаю, что есть смысл попробовать. По крайней мере, мы можем проработать один или несколько планов и убедиться, осуществима поставленная задача, или нет.

Дитрих лишь саркастически хмыкнул.

– В любой системе есть узкое место. Нужно только найти его, выявить недостаток. - Неожиданно поддержала Андрея Лиза. - Кстати, а почему склады РТВ полностью отданы во власть машин?

– Корпы боятся элементарного предательства. У человека много слабостей. Больше, чем ты надеешься найти у сонмища автономных механизмов. - Ответил Кроу. - Могу сказать, что в свое время мне предлагали разработку подобной акции, правда на уровне виртуальной атаки. Я подумал и поначалу отказался.

– Почему? - Насторожился Вадим, зная авантюрный характер Дитриха.

– Потому что там нечего взламывать! - Огрызнулся кибрайкер. - Абсолютно провальная, бредовая идея!

– Ну-ка, поподробнее, начиная со слова «идея»? - Вадим уселся в кресло, всем видом показывая, что готов слушать.

Кроу мрачно посмотрел на него, но все же ответил:

– Примерно за год до событий на Фрисайде у меня истек контракт с небольшой, но весьма успешной частной фирмой, занимавшейся торговлей информацией.

– Краденой информацией? - Уточнил Рощин.

– В том числе. - Сухо ответил Дитрих. - Так вот, мне предложили возобновить контракт еще на пять лет, но я отказался. Это очень не понравилось моему бывшему работодателю, - слишком много я знал. Пришлось выкручиваться, даже на некоторое время прекратить свою деятельность и в полном смысле «залечь на дно». Все происходило на Квердайке - сравнительно молодом мире Окраины, откуда трудно выбраться незамеченным, - у планеты только один космопорт. Скрываясь, я узнал, что транспортные корабли иногда садятся на втором материке, где идет активный процесс терраформирования. Пришлось завербоваться в отряд планетного преобразования. Там я познакомился с совершенно опустившимся компьютерным техником. Подозреваю, что он был в стадии белой горячки, - джунгли Квердайка гиблое место, поэтому освоение новых территорий удел неудачников и отщепенцев. Два месяца я пробыл там: сущий ад, другого слова не подобрать. Транспортный корабль так и не прилетел в назначенный срок, а выдерживать дальше борьбу за «жизненные пространства» оказалось выше моих сил. Единственное, что мне удалось вынести из диких лесов Квердайка, стало отвращение к всякого рода растительности, да еще бредовые откровения моего напарника, который утверждал, что занимался монтажом оборудования на базе РТВ корпорации «Инфосистемз». Я бы ни за что не поверил ему, но в минуты просветления он действительно демонстрировал настоящий талант компьютерного техника. За два месяца он успел многое выболтать, а память у меня цепкая. В общем, в конце концов, я все же выбрался оттуда, проведя двое суток в грузовом отсеке транспортного корабля. В бортовой декларации я значился как «особо хрупкий антикварный груз», - Мрачное настроение Дитриха сменилось озорной усмешкой. - На Эрлизе, куда я попал, подходящей работы не нашлось. Мне надоело скрываться, настроение было гнусным, перспективы не лучше.

– И ты вспомнил о кодах технического доступа?

– Догадливый. База РТВ меня особо не интересовала, - там нечего взять через сеть. Но кроме робототехнических вооружений на территории складов есть компьютерный центр, где храниться нечто, исключительно ценное. Так, по крайней мере, утверждал тот компьютерный техник. Теперь я думаю, что у него было обострение галлюцинаций из-за гиблого климата Квердайка.

– Какой смысл строить на территории базы РТВ компьютерный центр? - Спросил Андрей. Он долгое время работал на корпорацию «Инфосистемз», но, тем не менее, только сейчас впервые услышал о самом факте существования складов РТВ.

– Смысл есть, и старик, как выяснилось, не лгал. Но сама акция закончилась для меня плачевно. Глупо было действовать против корпорации, находясь на территории ее главной планеты. Меня не спасли ни меры предосторожности, ни «плавающий» канал гиперсферной частоты, которым я воспользовался для контакта с удаленной сетью. Меня вычислили, в буквальном смысле этого слова, но прежде чем взломать двери гостиничного номера, откуда я производил атаку, они дали мне вволю помучиться, одновременно проверяя дееспособность оборонительного комплекса.

– Тебе не удалось прорваться к заветным базам данных?

– Нет. Я их даже не почувствовал. Контакт с сетью возможен только через посредничество сотен соединений, в виртуалке это сущий лабиринт, где угадать следующий шаг правильной последовательности так же сложно как в «реале» пройти через незнакомые тебе катакомбы.

– Ты говоришь под явным впечатлением. Что же так повлияло на твой рассудок, Дитрих?

– Виртуальная клаустрофобия. Я объясню. Это чувство возникает, когда твое сознание вливается в очередной электронный блок, и вдруг… щелчок обыкновенного доисторического переключателя отрезает тебя от сети. Все. Абзац. Ты ощущаешь себя внутри крошечной коробочки с несколькими микрочипами, которые через пару секунд войдут в режим самоликвидации и сгорят вместе с твоим рассудком, - вот что такое виртуальная клаустрофобия. Это ожидание неизбежности, которое вдруг оборачивается чудом: тебя хватают, выдирают из виртуалки, и поверь, Вадим, я улыбался ребятам из мнемонического отдела, как родным, они были для меня в тот момент, как спасатели для погребенного под руинами здания человека. Просто представь, как я сидел на металлическом стуле и улыбался им, ощущая, как одна рука полицейского держит у моего лба импульсный пистолет, а пальцы другой выдирают нейромодули из гнезд имплантов. Я был счастлив, потому что познал настоящий ужас.

– Душераздирающая история. - Вадим встал, прохаживаясь по отсеку.

– Издеваешься?

– Упаси Бог. Я не хотел бы оказаться на твоем месте, поверь. Но заработанные фобии - еще не повод говорить о полной неприступности баз РТВ.

– Ох, и упрям же ты, Рощин. Думаешь, потом, уже на Луне-24 я не размышлял над случившимся? Жаль, что все мои свидетели остались на Фрисайде, но клянусь, - мы с парнями проанализировали каждый сделанный мною шаг. Не скрою, коды технического доступа к устройствам оказались верными, но что с того? Не зная правильной последовательности соединения сотни автономных систем, ты не доберешься до центральной сети. А войти в прямой контакт с ее устройствами нет никакой возможности.

– Но речь идет не о виртуальном вторжении.

– Я понимаю. Но, пройдя через полтора десятка локальных устройств, я вполне отдавал себе отчет об их материальном предназначении. Они - изолированные друг от друга, сверхнадежные узелки глубоко эшелонированной обороны. Находясь внутри, читая программное ядро, я видел их, как на ладони.