Пятна света на серой шкуре - Дмитрий Казаков

На место встречи Лиза явилась раньше и пятнадцать минут мерзла, переминаясь под пластиковым козырьком.

Подъехавшая маршрутка извергла из чрева порцию спрессованных людей.

– Привет, – выныривая из нее, поздоровалась Ирина. – Идем?

– Да, – обреченно согласилась Лиза.

Переулок, где Лизу атаковал наркоман, оказался безлюден, точно недра Сахары. Один из фонарей несколько дней назад погас, а второй светил из последних сил, пляшущие вокруг лампочки капли воды переливались, создавая радужный ореол. По мокрому асфальту скользили тени и пятна света.

– Мамочка родная, – сказала Ирина изменившимся голосом. – Сколько же их тут?

– Кого? – ощущая себя последней дурой, спросила Лиза.

– Смотри, – и ведьма, повернувшись, неожиданно отвесила Лизе подзатыльник.

В голове что-то екнуло, из глаз брызнули слезы. Проморгавшись, Лиза хотела было сказать все, что думает о таких поступках, но открывшаяся картина заставила ее окаменеть, застыть с открытым ртом.

Вокруг фонаря, едва касаясь земли пушистыми лапами, скользили десятки гибких силуэтов. Их серые тела чуть заметно светились, вились длинные хвосты, сверкали желтые и зеленые глаза.

Все сопровождалось едва слышным низким урчанием, похожим на звук работающего под землей мотора.

– Что они делают? – шепотом спросила Лиза.

– Танцуют, – так же негромко отозвалась ведьма. – Приветствуют наступление зимы… Видишь своего, того, что тебе помог?

В изысканном танце гибкие тела сплетались и казалось невозможным отличить одну пантеру от другой. Лиза отчаялась, когда неожиданно наткнулась на знакомый синий взгляд.

Взгляд Ваньки.

– Вот он! – крикнула Лиза, вскинув руку.

Пантеры замерли, десятки морд обратились в одну сторону, урчание стихло.

– Орать не стоило, – заметила Ирина. Руки ее двигались, совершая один за другим какие-то сложные пассы. – Теперь попробуем его позвать. А ну-ка иди сюда, мой милый…

Голубоглазая пантера отделилась от собратьев и мягко, точно струясь, двинулась к людям.

Лиза как зачарованная глядела на нее, силясь увидеть за знакомыми глазами Ваньку.

– Сейчас, сейчас посмотрим, – шептала ведьма, тяжело и хрипло дыша. – О, да… Он был, был человеком…

– Это мой сын? – требовательно спросила Лиза, глядя на остановившееся в нескольких шагах животное.

– Тот, кто когда-то им был, – мягко поправила Ирина. – Теперь так вышло, что он выбрал другую часть нашего мира, жизнь разлитых по городу дорог, сумерек и кружащегося снега, бликов на асфальте и танцев под луной…

– Он счастлив… там? – Лиза ощутила першение в горле. Слова приходилось выдавливать.

– Наверняка. Тебе повезло, что остатки человеческой памяти сохранились. Поэтому он тебя и спас. Еще месяц-другой, и он забудет все, станет просто асфальтовой пантерой, одной из сотен, обитающих в нашем городе.

Молодая пантера подозрительно смотрела на женщин, и в сапфировых зрачках светился разум, но не человеческий, звериный.

– Ванька… – прошептала Лиза. – Ванька, вернись!

– Прошлое нельзя вернуть, – Ирина схватила Лизу за руку, удержала на месте. – Жизнь продолжается, теперь у каждого из вас – своя…

Последовал новый удар по затылку. Лиза всхлипнула, сквозь слезы видела, как шагает прочь грациозная крупная кошка, как ползут по серой шкуре пятна света…

А потом все исчезло. Остался лишь пустынный переулок и качающийся на ветру старый фонарь.

Лиза решительно вытерла слезы, ощущая, как на сердце становится легко, как рассеивается окутывавшее его последние месяцы облако горя. Теперь она знала, что ее сын жив и, может быть, даже счастлив.

А что еще нужно матери?