Займемся с... самбо? (СИ) - Анна Лисовская

по каждой глазами. Типа, заметил и оценил их старания! Хотя до конца был в неведении, удалось ли ему показать напускную радость от встречи с ними, или все же презрение победило!

Я прыжком забрался на сцену, в ожидании своей мелодии, заигрывая глазами с бесстыдными кокетками. С ними даже говорить не приходилось — они все себе придумывали сами! Никакого интеллекта, даже его зачатия нет!

Поднял глаза на барную стойку, отметив, что скотское «начальство» обернулось в ожидании моего номера, кивком подбородка обозначив мое место у шеста. Стебется, мразота!

Внезапно мое внимание привлекла та самая мокрая, как мышь, девушка. Она сильно закашлялась и никак не могла избавиться от удушающих спазмов.

Я без раздумий спрыгнул с подиума и подлетел к ней, осторожно похлопав по спине. Еще умрет, подавившись коктейлем!

— Вы в порядке? — спросил у этого пунцового чуда.

Сзади услышал своих «стервочек»:

— Вот дрянь! Ни рожи, ни кожи, а нашла, чем привлечь!

— Чертова продуманка!

Уверен, она тоже это слышала, но никак не отреагировала и не прокомментировала.

— Дда! — кое-как выговорила она. — Спасибо! — просипела, еще не отойдя от кашля. Или это я стал причиной ее кашля? Так понравился?! Ненормальные!

Я вежливо улыбнулся ей и еше раз мельком покосился на ублюдка у бара. Уверен, моя лживая маска дала трещину!

Вернулся на сцену, дождавшись мелодии, подготовленной только для меня, и начал плавно двигаться под чарующие звуки, обволакивающие тело, как вторая кожа. Девушки начали бесноваться, кричать, рыдать, облизывать губы и вообще- вести себя недостойно. Но кто бы мог подумать, сколько они готовы заплатить?! Ремня надо было давать по молодости и не даватьтак много карманных денег, хотя бы требуя чек, чтобы свериться с растратами!

На самом деле, мне нравится танцевать, двигаться под музыку, чувствуя мелодию всем телом, но не так! Мне нравится танцевать в одиночестве, а не перед возбужденной публикой, толкающей деньги мне во все карманы. Терпеть не могу, когда они лапают мой пах, в надежде добраться до ширинки и не только! Я приносил сраному мудозвону огромные бабки, причем ни разу не оголяясь ниже пояса. Хотя с удовольствием бы это сделал по просьбе своей девушки, если бы таковая имелась!

К сожалению, девушки у меня нет и не предвидится. Разочаровался в противоположном поле! Быстрый секс и ничего более — адьё, дорогуша! Пятнадцать минут животного траха в гримерке перед зеркалом — и разошлись, как в море корабли, не забыв оставить номер помадой для возможного повтора!

Ни одна давалка на вечер не видела во мне человека или мужчину — только красивую секс-машину на вечер! Так что желание состоять в отношениях — отбилось по техническим причинам! От перепихона с дурами уже тошнит, а нормальную девчонку встретить — ритм жизни не позволяет!

Закончил номер, думая только о том, что сейчас все решится!

Виновато улыбнулся девушкам, как бы извиняясь за свой уход. Они разочарованно захныкали и пошли на выход. Я собрал раскиданные вещи и ушел в раздевалку, чтоб избавиться от пидарских шмоток.

Натянув на себя свою майку с джинсами, собрал в кучу все деньги, «заработанные» сегодня. Получилось несколько солидных пачек бабла с преобладающими пятитысячными купюрами, затянутыми резинками.

Вдох, выдох. Сжал в руке грязные деньги и направился к барной стойке.

Глава 4. Драка, но не моя!

Феликс

Я остановился в паре шагов от владельца этого логова разврата. Он все также цедил свой виски, время от времени прося бармена добавить еще льда в стакан.

Пора!

— Это все! — решительно сказал, стоя за его спиной. Он не мог не услышать!

— Что всё? — издевательски протянул мужчина, оборачиваясь. Делаешь вид, что не понимаешь, мразь?!

— Я не собираюсь больше унижаться! Ты прекрасно знаешь, какой сегодня день! — тем не менее, ответил спокойно. — Я больше ничего тебе не должен! — отрезал.

— Вернись на сцену и захлопни пасть! — вызверился, сверкнув золотыми зубами. Вот ты и показал свою сучность!

— НЕТ! — приготовился к более суровым «переговорам». Вполне ожидаемо!

— А ну повтори, сосунок! — мерзко осклабился «начальник».

— Ты слышшшал! — вышло с шипением. Сдерживаемый долгое время гнев требовал выхода.

— Это мне решать, сколько ты еще будешь работать! Марш на сцену, ушлепок, и добавь огоньку!

Вот как? Недостаточно обогатился?!

Я швырнул ему в лицо те самые «грязные» деньги, которые достал из- под резинки штанов сегодня. Удерживающие деньги резинки не выдержали такого обращения и лопнули, усеяв весь бар драгоценными бумажками.

— Ах ты, сучонок! — процедил этот отвратительный тип и щелкнул пальцами. — Парни! Проучите его как следует! Двигать бедрами можно и на костылях! — отдал команду.

Вот сам бы и попробовал своей толстой жопой! Ни разу за сегодня не оторвал свои ляхи от бара! Но я и не ожидал, что будет по-другому! От таких прогнивших насквозь людей не стоит ждать честных сделок и гуманных поступков!

По обе стороны от «рабовладельца» встали выпивающие с ним же амбалы в количестве трех человек. Наши охранники, хотя я бы сказал «бухраннички».

Я остался стоять на месте. Пока что не произошло ничего, что могло бы меня смутить или сдвинуть с места! Всего трое и пока что безоружны! Норм!

Они угрожающе надвигались на меня, больше пугая своими объемами и возможностью раздавить, нежели кулаками!

Внезапно мимо меня пронесся мелкий вихрь и одного из амбалов распластало на полу. Я непонимающе посмотрел на нарушителя нашего междусобойчика, не поверив глазам. Та самая девушка с неудавшимся кокейлем! Какого?!

Пока таращился — она уже вырубила второго, заламывая руку и третьему. Удовлетворилась, когда и третий охранник свалился с кровоточащим носом. Короче, она сделала за меня всю работу и рванула на выход! И что это было?!

А я уже говорил, что такие девчонки самые опасные?!

Внезапно она обернулась и как рявкнет:

— Че стоишь?! Бежим! Времени мало, амбальчики скоро встанут!

Она схватила меня за майку, потянув за собой. Молодец! Не забыла свой трофей!

Ну уж нет! Хватит с меня распоряжений!

Я остался стоять на месте, лишь слегка качнувшись в ее сторону.

— А НУ СТОЯЯЯТЬ! — заорал паскуда, поняв, что мы сейчас вырвемся из его лап, а подкрепление еще не прибыло.

Черт! Надо бежать, а то и пришибленная эта пострадает!

Я отцепил ее от своей майки и схватил за руку, выбегая на улицу. Так не отстанет!

Мы петляли по улице, как зайцы, скрываясь в проулках и минуя арки.

Шел дождь. А я продолжал бежать,