Ангел-хранитель - Галина Светлова

Лена не лукавила, когда рассказывала про знакомого астролога: она до мельчайших подробностей помнила тот визит, потому что он поверг тогда её в ещё больший шок от происходящего. Другое дело, что Лёше она донесла информацию штрихами, не отклоняясь от прогноза астролога, – в деталях это выглядело гораздо более впечатляюще….

Будучи реалисткой в том, что касалось земной жизни, Елена признавала астрологию, как науку, но всех современных астрологов считала шарлатанами – они не вызывали у неё доверия. Телефон Агнессы – так звали «астрологиню» – Елене дала одна из многочисленных подруг. На первую встречу Елена пошла из любопытства, скорее убедиться, что это обычное запудривание мозгов, чем с мыслью услышать что-то полезное. Однако, когда Агнесса по дате, часу и месту её рождения, – дала ей полную раскладку всех этапов её жизни, всех значимых событий с привязкой к датам, – вынуждена была признать, что астрология, оказывается, – серьёзная наука, и дальше уже слушала внимательно. Потом она ещё несколько раз навещала Агнессу, когда не могла себе объяснить происходящих в её жизни событий, когда нужна была уверенность в правильности принятых решений, – и всегда получала ответы на свои вопросы. Поэтому, в очередной свой приезд в Хабаровск по делам, она созвонилась с Агнессой и договорилась о встрече. До последнего сомневаясь, – надо ли обсуждать мучивший её вопрос, как будто чего-то внутренне опасаясь, она поднялась на лифте на шестой этаж и нажала кнопку звонка.

Особо не расспрашивая, что её привело, Агнесса открыла хранящуюся в её ноутбуке космограмму Елены, плавно-растянуто приговаривая:

– Так, давай посмотрим, под какими планетами ты сегодня, как они влияют на твои дела….

После нескольких рекомендаций в деловой сфере Агнесса спросила:

– Ну, что, – личную жизнь будем смотреть? Или так и будешь убегать от жизни?

– Давай, посмотрим по данным рождения одного человека….

Реакция астролога, когда она совместила у себя в программе все введенные данные, была неожиданной: она впервые за время их знакомства чертыхнулась, и сказала:

– Подожди, я где-то неправильно ввела данные, сейчас посмотрю, где ошибка….

После долгих манипуляций с ноутбуком она растерянно произнесла:

– Ничего не понимаю…. А у тебя с ним – отношения?

– Нет, Агнессочка, я просто влюбилась, как последняя дура, а он об этом ничего не знает, – и Лена разревелась.

Дальнейший монолог Агнессы, изобилующий специфическими терминами, Елена ни запомнить, ни пересказать не смогла бы, но суть сводилась к тому, что впервые в её практике ей встретилось столько совпадений и пересечений планет, как в их с Лёшей космограммах.

– Понимаешь, такого абсолютного совпадения я не встречала ни разу, – поэтому и засомневалась в правильности введенных данных. Он – стопроцентно твой мужчина, а ты – стопроцентно его женщина. Но так не бывает… – Агнесса обескуражено смотрела на монитор, – в реальной жизни такого не может быть….

– И что теперь мне делать-то? – жалобно спросила Елена, промакивая платочком глаза, – как дальше-то жить?

– Трудно судить, будете вы вместе, или нет, но это чувство – дар вселенной, и ты должна его прожить до капли, ничего не отвергая и не отталкивая…. Только так твоя душа может пройти положенный урок.

Перед визитом к Агнессе Елена в глубине души надеялась, что та убедит её в бредовости её фантазий, и поможет от них избавиться. Вышла она в ещё большей растерянности и непонимании: зачем ей всё это?

К действительности её вернул Лёшин вопрос:

– Ты действительно веришь в предсказания астрологов?

– Ну, не всех, а только некоторых, – улыбнулась она. – И потом, – мы все родились в определенное время, в определенном месте, при определенном расположении планет, которые оказывают на нас своё влияние. Это факт, который глупо отрицать….

Елена готова была обсуждать любую интересующую его тему, лишь бы не последовало конкретных земных вопросов. Кажется, пока ей это удавалось. От разговоров отвлекли хлопоты вокруг проснувшегося Вани, к вечеру спасение пришло в лице вернувшихся с работы дочери с зятем.

Дочь, Маша, с которой у Елены были очень близкие отношения, – они обсуждали самые заветные тайны, – поглядывала на маму с интересом в глазах, – тему своего отношения к Алексею Елена не обсуждала даже с ней. «Потом, – сказала себе Елена, – потом я с ней поговорю…» Хотя внутренне понимала, что объяснять ничего не придётся, – дочь вычислила её на «раз».

Маша постелила на диване для Елены с Ванечкой, – только так она сразу стала называть малыша, а Алексею, мило извинившись, предложила постель на надувном матрасе на полу, – в двухкомнатной квартире был не самый большой выбор спальных мест.

Иван мирно посапывал, а Елене казалось, что ночная темнота зала пропитана электричеством: одно неловкое движение – и разряд. Лёша, в полутора метрах от дивана, тоже не спал. Наконец, он не выдержал молчания:

– Мне кажется, что ты не всё мне сказала….

Напряжение, в котором она всё время находилась, всё-таки прорвалось: Елена приподнялась на постели, фраза прозвучала, пожалуй, жёстко и вызывающе:

– А что ты хочешь ещё услышать? Что я влюбилась, как последняя дура, и потому готова для тебя на всё? Не дождёшься, этого я тебе не скажу….

Повисшая тишина ещё более сгустила темноту. Он проговорил задумчиво, как бы для себя самого:

– Знаешь, каждый раз, когда в моей жизни встречалась, как казалось, одна-единственная, думалось, что это судьба. А потом приходило понимание, что это опять очередной опыт…. А может, ты – та женщина, которую я искал всю жизнь?..

– Вот, когда ты в этом убедишься, тогда и поговорим, – нарочито категоричным тоном сказала она. – А сейчас – спать!

А мысленно добавила: «Мне ещё целую ночь с тобой в купе поезда как-то пережить надо…»

Утром она ловила на себе какие-то изучающие взгляды Алексея, это и радовало, и злило её одновременно: злилась она на себя за то, что нарушила данное себе обещание держать дистанцию. «Не время сейчас, совсем даже это ни к чему…. Пусть сначала разберётся сам с собой, а мне нужно быть сильной, вся эта лирика только делает беззащитной. Мне с пацаном бы разобраться, а не копаться в переживаниях. Он душу разбередит, и свалит на свои гастроли, а потом поймёт, что принял свою благодарность за любовь, – мне это надо?..» – Такой внутренний монолог она вела с собой полдня, не признаваясь себе, что панически боится предстоящей поездки в тесном купе, где спрятаться от вопросов и разговоров некуда, а всё пространство – сплошная зона притяжения.

Ситуацию спасал Иван, – парнишка был не то, чтобы слабым, но Елене сразу стало понятно, что его здоровьем придется заниматься всерьёз, какой-то он был … недосмотренный, капризничал и требовал внимания. Они по-прежнему не говорили ни о семье Алексея, ни о причинах развода, – она не хотела спрашивать, он тоже не поднимал эту тему.

День был субботний, поэтому на поезд их отвозил Игорь, зять, – суббота и воскресенье были у них с Машей законными выходными.

Елена зашла в купе, как на Голгофу, – она понимала, что абсолютно беззащитна в своем сумасшедшем чувстве, – если бы Егор был чуть постарше, лучше бы она справилась сама, отправив его отца обратным рейсом самолета. Насколько сильным было желание его увидеть, – настолько же сильным было чувство паники и страха, ей хотелось быть от него как можно дальше, она понимала, что в его присутствии становится слабой и уязвимой. Она продолжала тешить себя мыслью, что ей как-нибудь удастся убежать от этой любви. И, в то же время, будучи иногда даже излишне ответственной в тех вопросах, которые касались детей, она понимала, что нельзя Ванечку так сразу лишать знакомых лиц, нужно было хотя бы несколько дней, чтобы ребёнок свыкся с новой обстановкой и привязался к Елене.

Алексей, казалось, тоже был не в своей тарелке, – то ли чувствовал её напряжение, то ли просто не знал, как себя вести после ночного разговора.

После ужина, с разговорами ни о чем, снова установилось неловкое молчание. Изнуренная в своей внутренней борьбе, Елена ухватилась за спасительную мысль: надо с толком воспользоваться образовавшейся ситуацией! – Они же начали работу над книгой, Лёша рассказывал ей в СКАЙПе сюжет, а она писала очередной кусок текста. За всеми своими душевными волнениями она начисто забыла об их сотрудничестве.

– Давай, ты мне расскажешь про Нюрку (книга была о пограничной собаке, жившей на их заставе в Афгане)…

– Какую? – непонимающе поднял на неё глаза Лёша, – а, про Нюрку….

«Не у меня одной в голове кавардак!» – язвительно подумалось Елене. Диктофон, по журналистской привычке, она всегда держала под рукой. Радуясь, что нашла выход из столь щекотливой ситуации, она с энтузиазмом приступила к расспросам. Постепенно и он включился в процесс. Так удалось скоротать время до ночи. Ваня, под перестук колёс, уснул быстро, изредка – то улыбаясь, то морщась, – ему снились неведомые сны.