Соперницы. Знаменитые «любовные треугольники» - Ульрика Грюневальд

«Джон жил так, как будто не будет никакого завтра. Это был его способ обходиться с давившей на него тяжестью. Он был смелый, делал все, что хотел. Но это не имело отношения к его браку. Брак оставался браком. А Джеки была его женой», – рассказывает Олег Кассини.

Джеки, следовательно, слабости мужа были хорошо известны. Она научилась с ними обходиться и не в последнюю очередь искала утешения в том, чтобы тратить очень, очень много денег. А когда Джон сбивался с пути истинного, Джеки просто делала то, чем владела в совершенстве уже с детства, когда наблюдала, как рушится брак ее родителей: она отстранялась. Уходила в себя, молчала, смотрела в сторону. Этой же стратегией она впоследствии доводила и первого, и второго мужа до белого каления. Эта стратегия помогала мириться и с неизбежным. Кеннеди-мужчины не умели быть верными. Ей был известен этот феномен, ведь и ее любимый, обожаемый отец Жак Бувье был очень большим дамским угодником. И самое главное, умная Джеки обладала достаточным политическим инстинктом, чтобы понимать: если она оставит своего неверного мужа, клан Кеннеди потеряет президентство. После Джона Кеннеди к высочайшему посту страны должен был устремиться его брат Бобби. Так, по крайней мере, выглядели планы патриарха семьи Джо Кеннеди, хотевшего основать политическую династию.

Америка и не подозревала, как в действительности обстояли дела президента. Ничего не было известно ни о его болезнях, ни о его амурных эскападах. Афера с практиканткой Белого дома осталась тогда в тайне – тайна была раскрыта только совсем недавно биографом Кеннеди Робертом Даллеком. Сексуальные связи Кеннеди Джеки терпела, но неистово ревновала к женщинам, с которыми президента связывали платонические чувства. Тогда ей казалось, что он исключил ее из своей жизни. Внешне же функционировал фасад семьи Кеннеди. «Тогда это была невероятно притягательная семья. Жаклин Кеннеди, такая стильная. Джон Ф. Кеннеди был принцем, королем. Она принцессой, королевой. Все это выглядело так привлекательно», – пишет Роберт Даллек.

Джон Ф. Кеннеди умел использовать шарм красивой жены в своих политических целях. В марте 1962 года он посылает ее с нелегкой миссией в Индию. В начале шестидесятых эта страна все более склонялась к дружбе с Советским Союзом. Джеки предстояло это положение изменить. Ни больше ни меньше! Индусы принимали ее с восхищением и кричали: «Amerikirani» – «королева Америки».

В поездке Джеки сопровождала ее сестра – Ли Радзивил, у которой дела в браке обстояли довольно неважно. Преклонение индусов, восхищенные приветствия в адрес улыбающейся Джеки – для Ли это было трудно переносимо. Видеть сестру на том месте, которое она сама бы с удовольствием занимала! Не говоря уже о том, что к Джону Кеннеди Ли и сама всегда питала слабость, а теперь еще он был и самым могущественным человеком на земле. Ли едва удавалось скрывать свою ревность по отношению к сестре. Однако она считала уместным извлекать выгоду из славы сестры-соперницы, а не вступать с ней в открытую вражду. Итак, она играла роль компаньонки. Кстати, это бывало нередко. Ну а путешествием по Индии остались довольны все.

На обратном пути первая леди сделала остановку в доме Ли в Лондоне. Здесь, у одного ювелира, она обнаружила необыкновенную драгоценность, которую обязательно хотела иметь с совершенно определенной целью. Это была античная бриллиантовая брошь в форме солнечного диска. С помощью этого украшения Джеки хотела затмить одну красавицу, которая должна была вскоре посетить Вашингтон.

Фара Диба со своим мужем, персидским шахом, объявили о своем приезде. Шахиня, как предполагала Джеки, будет увешана драгоценностями. С новой брошью в волосах Джеки могла бы выиграть соревнование. Ах, что это была за брошь! В уплату за нее пошли некоторые из дорогих украшений Джеки, и среди них фамильные драгоценности семьи Кеннеди. Мужу Джеки ничего не сказала. И впоследствии первая леди умела снова и снова находить пути и возможности потратить деньги, когда все бюджеты были давно исчерпаны. Со своим новым украшением, во всяком случае, королева Америки могла предложить персиянской шахине состязание под девизом: «Самая красивая женщина в мире».

Дома, в Вашингтоне, предстоял большой праздник, и Джон Ф. Кеннеди на глазах у всех открыто играл с огнем. Его 45-й день рождения должен был быть отпразднован большим гала-представлением в Мэдисон-сквер Гарден. В списке приглашенных – самые выдающиеся имена. Великая певица Мария Каллас должна была спеть попурри из «Кармен». Имя Мэрилин Монро – секс-символа Голливуда – тоже было представлено в программе.

Джеки лучше было бы не принимать участия в вечере. Слухи о ее муже и актрисе уже ходили по стране, и Монро хвасталась, что будет следующей первой леди. Кеннеди якобы хочет на ней жениться, сообщала кинозвезда со свойственной ей смесью наивности и переоценки собственных сил. И вот Мэрилин Монро на сцене Мэдисон-сквер Гарден в облегающем фигуру ярко-красном платье дышит в микрофон: «Happy Birthday Mr. President».

«Мэрилин Монро была для Джона развлечением, приятным времяпрепровождением, – вспоминает Олег Кассини. – Я не знаю, насколько глубоко она запала ему в душу. Об этом много говорилось, но я думаю, что он просто восхищался ею. Она забавляла его, и только». По крайней мере, после этого поразительного выступления в Мэдисон-сквер Гарден тема Монро была для президента закрыта. Ее же серенада ко дню его рождения хранится и по сей день в архивах телевидения.

О том, что великая Мария Каллас, с ее потрясающим голосом, блистала в тот вечер, давно забыли. Каллас и сегодня пришла бы в ярость, знай она, что маленькая артистка, с ее более чем скромными вокальными данными, навсегда похитила у нее это шоу.

Мария, доводящая все до совершенства

Это был долгий путь от маленькой Марии Калагеропулос – дочери греческих эмигрантов, родившейся в Нью-Йорке, до примы ассолюта международной оперной сцены.

Ее деловая мать рано обнаружила у дочери талант к пению и так же рано стала его использовать. Где только можно было, она заставляла девочку петь, не стесняясь брать за это деньги. Девочка пела, а на душе было плохо, она с детства чувствовала себя одиноко! Что касается внешности, Мария была далеко не красавица. В детстве и юности это доставляет столько страданий! Кстати, ее мать была интересной женщиной, а сестра – настоящей красавицей.

Далее, если следовать официальной биографии Каллас, должна идти такая фраза: «Преследуемая честолюбием матери, Мария начинает брать уроки пения». Да, Мария начинает брать уроки пения. Вскоре она смогла получить ангажемент в Вероне. Там же познакомилась она и с первым мужем, он был значительно старше нее, бизнесменом Джованни Батиста Менегини. Бизнесмен берет молодую, не имеющую средств певицу под свою опеку, заботится о ее нарядах, семье и быте. Мария обязана делать только одно – ПЕТЬ. Менегини заботится, конечно же, и об учителях – он же был менеджером Марии и делал ей карьеру. Первые большие успехи не заставили себя ждать.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});