Кольцо с топазом. Белая королева (СИ) - Летняя Алина

— Кто вернется? — спросил парень, — разве что кот Ваш, и то не факт.

— Экий ты непонятливый, да та, которую не зовут, она сама приходит, с косой, которая. И лучше имя ее не называть понапрасну.

— Сейчас вот кофе допьешь и чашечку ровнехонько так переверни на блюдечко. Буду смотреть и говорить, а ты слушай и на ус мотай. Потом карты разложу, да не простые игральные, а ТАРО МАНАРА! Они сделаны по заказу и привезены для меня из Италии. Могу многое через них увидеть и рассказать. Если сама не смогу чего, так подмогу позову. Родню свою. Жаль, не всё тебе позволено знать. Ох, дорогой ты мой, не всё. Ну, да ладно.

Руслан допил свой элитный кофе и перевернул фарфоровую чашечку так, как сказала ему гадалка, и стал ждать. Женщина нехотя потянулась за сигареткой и сказала сокрушаясь, что никак не может бросить эту дурную привычку. После закурила, и тонкие кольца дыма заполнили кухню, потом прищурилась и посмотрела куда-то за спину Руслана. Улыбка осветила ее лицо, глаза слегка увлажнились, а взгляд стал мягким и невероятно нежным.

— Знаешь, ангел один сейчас рядом с тобой, любящая душа оберегает от напастей, хотя сама очень страдает, что не может прикоснуться. Может только во сне к тебе прийти и обнять.

Руслан вспомнил, что прошлой ночью ему снился сон, где он, малой, получил в подарок от отца новенький велосипед. Как в первый же день катаясь на велике, навернулся на нем и пришел с содранными локтями и коленкой. Ему влетело тогда от отца, а мама утешала его и ласково гладила по русой макушке.

— Не сердись, мой герой, на папу, — говорила ему мама. — Он не со зла! Просто он испугался за тебя, что ты косточек своих не соберешь после такого падения. Ласковые руки мамы гладили его и утешали, утирали детские слезы, которые Руслан пытался спрятать, памятуя фразу, сказанную отцом, что настоящие мужчины никогда не плачут.

— Верно подумал, матушка это твоя, — тихо проговорила женщина. Марго взяла чашечку и, потихоньку вращая ее, начала говорить странные, казалось бы, на первый взгляд нелепые и бессвязные слова.

— Ангел твой не всесильный, тяжело ему тебя оберегать. Напасть твоя придет к тебе через ту, которую ты сейчас любишь. Препятствие стоит на твоей дороге к ней, а задуманное тобой не случится. Одно скажу, что той, что сейчас обманом мой Лео увел за порог, тебя не отдадут. Ангел за тебя молился, время еще твое не пришло. А у САМОГО на тебя совсем другие планы. Долгая дорога предстоит тебе и будет она нелегкой, многие предадут тебя и позабудут, как звать тебя и величать. Победа твоя, от тебя улетит, не будешь ты с ней. А вернется все нежданно и негаданно, тогда, когда уже и ждать перестанешь.

Руслан под действием голоса этой странной женщины чувствовал, что уплывает на легком белом облаке.

— Ладно, давай теперь договор сладим с прабабкой, моей помощницей Изольдой, и пойдешь ты, соколик, дальше по жизни своей, главное, что живёхонек. А остальное…про остальное, надо б у Александра Сергеевича спросить.

Руслан все это время сидел как зачарованный и смотрел в темные как смоль глаза Марго.

— У какого такого Александра Сергеевича?

— Известно у какого, того, что за окном моим стоит, — смеясь? ответила ведьма. Подойди и сам посмотри.

Руслан подошел и увидел, что окна выходят аккурат на Пушкинскую площадь. Даже издали памятник был великолепен в своём величии.

Маргарита накинула на плечи черную накидку и тут же, на глазах Руслана постарела на несколько десятков лет, лицо ее осунулось, а кожа приобрела смуглый оттенок.

— Так не вижу я сама больше, придется прабабку мою покойницу потревожить. Брр-р-р озябла я, через Изольду могильным холодом тянет.

Маргарита взяла с тумбы темно-синий платок, накинула на голову, повязала, и лицо ее приобрело землистый оттенок, глаза из карих стали болотными. Голос же сделался надтреснутым и слегка картавым. Руслану почудился акцент, с которым Марго произнесла: «Экий ты, милок, доверчивый, все оттого, что душа твоя полна любви и страсти. Вижу, подарок задумал купить зазнобе своей, но нет, это не она будет. И не сейчас это будет, ой, не сейчас. Не случится, не сбудется, как ни крути. За спиной твоей стоит та с косой, но я с ней договорилась, не твой черед будет, другой уйдет с ней, но по твоей нечаянной вине. Платой будет потеря твоя. А вернешь потерю, сразу счастье свое найдешь. По-другому никак. Знай, милок, чтобы ты ни делал, уже не изменить ничего. Судьба решила за тебя. Больше знать тебе пока не положено.

С этими словами Марго скинула синий платок с головы и тихо сползла на спинку дивана. Снова потянулась за сигареткой.

Руслан сидел на диванчике как прибитый. Руки лежали как плети на коленях, в голове стоял туман, а тело было тяжелым и расслабленным.

— Хотела еще спросить у Пушкина, но он, негодник, тоже горазд был до женского полу. Вот и сейчас убег к своей пассии, все в деревню шастает. А вчера у главного просился Аринушку Родионовну навестить. Она вишь в раю, а туда не всяк вхож. Не пустили его, говорят, сильно грешен был. Так Александр Сергеевич обиделся, бузить начал, потому прабабка моя Изольда одна и пришла. За ней еще Есенин увязался, так в стельку он пьян, знай горланит про московского гуляку и Айседору вспоминает то недобрыми словами, то кричит, что любит её до сих пор. Бестолковый Серега, одним словом, не помощник он нам. Но ты Пушкина позже сам спросишь, через него и поймешь, к кому душа лежит, и не сможешь ее уже никогда забыть. Все, милый иди, я, что могла, сделала. А теперь отдыхать мне пора, утомилась я сегодня.

Руслан встал и словно проснулся ото сна, голова была на редкость свежа. Он не помнил, как спустился и вышел из подъезда, видел только как, рядом шел ярко-рыжий кот, который проводил его до машины и умчался по своим кошачьим неотложным делам. На заднем сидении авто мирно спала Златка. Она по-детски поджала под себя длинные ноги, золотистые волосы разметались, на щеках был нежный румянец.

***

Руслан взглянул на сестру, хотел было чертыхнуться по привычке, но вспомнил Марго и прикусил свой беспечный язык. Потихоньку, чтобы не разбудить Златку, он отъехал от Пушкинской улицы. Пыл улегся, и теперь Руслану абсолютно не хотелось делать выволочку сестре. Златка спала как маленький ребенок, подпихнув кулачки под щеку, а Руслан ехал по направлению к ювелирному магазину. Проснувшись, сестра потянулась на заднем сидении, показала язык и скорчила забавную гримасу брату в зеркало заднего вида.

— Ты не сердишься на меня? — осторожно начала разговор Злата.

— Да чего уж там теперь. Давай забудем это недоразумение и не будем больше возвращаться к этому нелепому событию.

Ах, если бы Руслан знал, как все скверно обернётся дальше, он бы записал каждое слово, произнесенное Марго в то утро.

Глава 4

— Русланчик, братик мой любимый, а давай мы сначала поедем куда-нибудь и перекусим? — Златка сложила ладони перед грудью в умоляющем жесте. Никуда же не убежит твоя помолвка, тем более что до вечера во-о-он еще сколько времени. Успеем мы купить и букет, и кольцо твоей невесте. И еще, мне так хочется мороженого, — Златка мечтательно подкатила серо-зеленые глазки и сложила губки розовым бантиком.

— Ой, какая же ты подлиза! Смотрю я на тебя и просто диву даюсь, — беззлобно ответил ей Руслан. — Бедный твой будущий муж, ты же из него веревки вить будешь.

— Почему это бедный? Вовсе нет, мне Марго сказала, что он будет очень богат и даже известен в определенных кругах Питера и Москвы. Ай, опять проболталась я, — Златка испугано заморгала и продолжила шепотом, — я могу удачу свою спугнуть и накликать беду на свою голову. Так ведьма сказала.

— Надо было замОк на рот повесить тебе не на час, как она это сделала, а на всю оставшуюся жизнь.

— Какой у меня братик добрый-добрый, — Златка шутливо скорчила рожицу и ткнула Руслана под ребро.

— А чего? Златка, тебе бы цены не было, это же клад, когда жена красивая и при этом молчит, — Руслан легонько щёлкнул Златку по вздернутому хорошенькому носику. — Ты такая красивая, с чувством юмора, и глаза и фигура — все прекрасно